Сергей Герасимов – Сердце помнит дорогу. Сказки для тех, кто ищет себя! (страница 7)

Сквозь щель в крыше просочилась лунная дорожка и медленно, как воспоминания топора, поползла по соломе.

Вот он – совсем молодой топорик, недавно уговоривший прекрасную березовую Хватку. Теперь Тяп без нее никуда, ни одного шага, и работает только с ее поддержкой. Он и стал-то полноценным топором, когда встретил Ее. Хватка сразу почувствовала надежность мощной груди Тяпа и решительно протиснулась в самую его душу, скрепив их союз свадебным клином. Жизнь у них потекла по давным-давно заведенным мудрым правилам. Одна судьба на двоих.

Несмотря на серьезный семейный статус, Тяп еще витал в облаках, особенно когда к ним приходила двуручная пила Дзыня, высокая худая местная певичка из самодеятельности, живущая мечтами о подиумах, славе и богемной жизни. Помогали ей в этом горячие настойки на травах от Кошелки Бабовны – узкопрофильного специалиста и большой мастерицы вязать ажурные интриги.

При Дзыне всегда прицепом вертелась Ножовка Шуха – скромная, компактная девица без притязаний, довольная только тем, что приобщена к великим планам подруги.

– Тяп, ты еще здесь? – пискляво врезáлась в семейное гнездышко Дзыня. – А я думала уже там, – и она кивала куда-то вверх, туда, откуда нисходили только ей слышные райские переливы мировой известности.

– Иду, – откликался топор, – только Хватку прихвачу.

И они снова и снова порхали в вечерний кабак веселить местных работяг повизгиваниями и звяками с небольшого пандуса у стойки.

В какой-то счастливый момент ему все это надоело, точнее – его половинке, и они тихонько слились, не успев зависнуть на настойках Бабовны. Дзыня же, потеряв зуб на вечерних скрежетаниях, не успокоилась, и при случае на пару с Кошелкой подначивала Тяпа, намекая на его мягкотелость и предательство мечты. Это было больно, но терпимо. И все-таки, если хотите знать всю правду, Тяп все равно временами возвращался в это трио, а Хватке оставалось просто смириться и найти в своем повиновении особый смысл.

Не сказать, что Тяп жил несчастливо, но что-то его-таки беспокоило, время от времени толкало в пятку, и тогда он ударялся обухом то в одно увлечение, то в другое. Что это? Мечты, идеи или блажь? Не суть. Ну, пусть будут мечты. Вот, например, Тяп буквально нагревался от мысли о сокровищах, зарытых где-то неподалеку и дожидавшихся его, как уверяла Лопата Ковыря, дальняя родственница топора, близкая ему по духу искательства. Разве ж плохо – выкопать их и разом вылечить все финансовые недомогания? Но даже если удача не улыбнется прямо сразу, то сама мысль об этом могла годами согревать их души и не хоронить надежды.

– Ну, скоро ты? – Подгоняла Ковыря Тяпыча и кивала куда-то вниз, туда, где, очевидно, мерцали в тесной темноте золотые бриллианты, – а то я сама все откопаю и заберу себе.

– Иду, – откликался топор, – только Хватку прихвачу.

Компания нечасто выбиралась на поиски сокровищ, только по выходным. Чтобы не проголодаться на земляных работах, друзья брали с собой провиант: и твердое, и крепкое для поддержания сил и настроения. С ними всегда увязывалась и Шуха, бессменная напарница любых начинаний. Можно было и без нее обойтись, чтобы не делиться, но на троих работалось лучше, да и лишние руки всегда могли пригодиться тащить тяжелый сундук, полный счастья.

Годы шли, но топор так и не дождался ни славы, ни беззаботной богатой жизни. Постепенно истощались резервы молодой наивности, и он все больше прислушивался к двоюродному брату Уху, колуну с тяжелым характером и узким профилем, ни на что не претендующему, кроме умиротворения и дивана. Лежал Ух в чулане, прикрываясь пылью и почитывая старые журналы. Обратимся к физическим понятиям. У колунов много потенциальной лежачей энергии и мало кинетической, подвижной, ну-ка поди раскрути эту болванку, но как раз это его качество и помогало в важной работе. Тут топор сам задумался о своем потенциале и его реализации, но к однозначному выводу не пришел.

– Брось ты это, – говаривал Ух Тяпу, незаметно превратившемуся в Тяпыча, кивая куда-то в сторону, туда, где можно было прилечь и тихо себе поживать свой век, – давай лучше к нам, на сезонные работы, отýхаем вахту по заготовке дров и будем отдыхать до следующего раза. Красота!

Идти было некуда, разве что на диван к Уху планировать летние работы да обсуждать романы из журналов. Так он и поступал, составляя компанию брату, однако его то и дело тревожили, доставали, правили и пускали в ход.

– Иду, – грустно откликался топор, – только Хватку прихвачу.

Хватка у топора была хоть и красивая, но березовая, сомнительная, поистрепалась за годы, даже подгнила в одном месте. Но Тяпыч и не думал ее менять на другую, помоложе. Это постоянство его было во всем, в своих мечтах тоже. Ни от одной он не отказывался, в том числе и от мечты научиться плавать. Да-да. Просто плавать. Уговаривали Тяпыча, что это не его вариант, что наверняка он утонет. Но куда там. Он продолжал мечтать, как поплывет по волнам мимо целого мира, мимо удивленных глаз друзей и знакомых, и все будут восхищаться им и хлопать в ладоши. И наконец, однажды Тяпыч все-таки рискнул подойти к реке на опасное расстояние, без тренировок, без спасательных средств, на одной вере. Тут же собралось все общество утвердиться в своей правоте и пособолезновать.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.