Сергей Галактионов – Скорлупа земли (страница 1)

Сергей Галактионов

Скорлупа земли

Мы думали, что живём на земле.

Оказалось – на чьём-то ещё не открывшемся глазу.

Глава 1

Нора Келлерман проснулась за несколько секунд до толчка.

Она не открыла глаза сразу. Просто лежала, зная, что он придёт.

На станции всегда что-то дрожало: насосы, термоконтуры, воздух в стенах, собственная кровь в висках. Люди, выросшие на поверхности, быстро учились спать сквозь механический шум. Но это было другое. Не вибрация металла. Не работа машин.

Глубина.

Толчок прошёл через породу мягко, как далёкий удар сердца, и только потом добрался до опор жилого модуля. Койка едва заметно качнулась. Над головой тонко звякнуло крепление лампы.

Нора открыла глаза.

Тьма в каюте была не полной: на потолке мигал зелёный сервисный диод, у двери тлела красная полоска аварийного питания. 04:17 по внутреннему времени комплекса «Тэтчер-9». До начала смены ещё сорок минут.

Она смотрела в потолок и считала.

Один.

Два.

Три.

На четырнадцатой секунде где-то справа, за переборкой, сработал компенсационный контур. Воздух в вентиляции на мгновение изменил тон. На двадцать первой запищал локальный монитор напряжения. На тридцать второй пришло первое системное сообщение на браслет.

Сейсмическое событие. Сектор D-4. Класс ниже порога тревоги.

Нора не шевельнулась.

– Конечно ниже порога, – сказала она в темноту.

Голос прозвучал хрипло. Вчера она уснула прямо в одежде, не дойдя до душа. Экран планшета лежал рядом лицом вниз, на полу валялись распечатки с фазовыми картами ядра, все в её пометках – стрелки, дроби, злые кружки вокруг цифр, которые отказывались вести себя как цифры.

На столе стояла кружка с давно остывшим кофе. Запах был горький, металлический.

Толчок был маленьким. Настолько маленьким, что автоматика не подняла бы никого, кроме дежурной смены. Но Нора знала его форму. Такие она чувствовала иногда ещё до приборов – за секунды, за полминуты, однажды за целую минуту. Не как звук и не как боль. Скорее как изменение веса мира. Будто сама глубина чуть разворачивалась во сне.

Она села на койке и прижала ладони к лицу.

Сегодня.

Мысль пришла без слов, просто как знание.

Сегодня данные либо сойдутся, либо ей придётся признать, что последние восемь месяцев она строила карьерное самоубийство на статистическом мигающем мусоре.

Браслет снова завибрировал. На этот раз личный вызов.

J. FREEMAN

Нора провела пальцем по экрану.

– Если ты звонишь, чтобы сказать «я же говорила», я отключусь.

Несколько секунд в канале было только дыхание, потом голос Джейды Фриман, слишком бодрый для четырёх утра:

– Доброе утро и тебе, солнышко. Ты почувствовала?

Нора встала. Пол под босыми ногами был холодный.

– Да.

– До сигнала?

Нора посмотрела на мигающую полоску аварийного света.

– Да.

– На сколько?

– Двадцать секунд. Может, двадцать пять.

На другом конце повисла пауза. Когда Джейда заговорила снова, её тон изменился – стал ниже, собраннее.

– У нас есть ещё один.

Нора застыла.

– Что значит «ещё один»?

– Это третий за ночь. Тот же профиль. Северная дуга, потом смещение к мантии, потом затухание в районе внешнего ядра.

Нора наклонилась, подняла планшет, ткнула в экран. Тот ожил тусклым светом. На нём всё ещё была открыта вчерашняя модель: шаровая карта Земли, размеченная цветными слоями, словно анатомический разрез какого-то огромного органа.

– Ты уже в лаборатории?

– Я вообще не ложилась, – сказала Джейда. – И тебе советую перестать притворяться, что ты ещё спала. Нора… оно снова ответило.

Нора ничего не сказала.

За стеной кто-то прошёл по коридору, тяжело, сонно. Щёлкнул замок. Донёсся кашель. Обычная жизнь под землёй продолжала идти своим чередом, и от этого хотелось злиться. Мир не имел права быть таким нормальным в момент, когда его внутренности начинали разговаривать.

– Подожди меня, – сказала она.

– Я бы с радостью, но у тебя девять минут до того, как Коул получит ту же сводку.

Нора замерла уже у шкафа.

– С чего ты взяла, что она уйдёт к Коулу?

– С того, что он поставил на наши каналы зеркала три недели назад, – ответила Джейда. – И с того, что я не такая параноичка, как ты, а надо было бы.

Нора прикрыла глаза.

Маркус Коул. Программа планетарной безопасности. Люди в серых формах без эмблем, которые последние месяцы слишком часто появлялись в «Тэтчере-9» с вежливыми лицами и вопросами, не соответствующими их должностям. Они называли это аудитом рисков. Нора называла это тем, чем оно было: наблюдением.

– Ничего никому не отправляй, – сказала она.

– Уже поздно. Лог автоматически синхронизировался.

– Тогда ничего не комментируй.

– Нора…

– Джейда.

Снова пауза.

– Ладно, – сказала Джейда. – Но поторопись.

Связь оборвалась.