Сергей Галактионов – Скорлупа земли (страница 3)
Нора не ответила.
– Нора.
– Да.
– На сколько?
– На этот раз… – Она сглотнула. – На минуту. Может, чуть больше.
Джейда поставила кружку. Медленно. Очень аккуратно.
– Это уже нельзя списать на интуицию.
– Я и не списываю.
– Тогда на что?
Нора смотрела на вращающуюся модель Земли. На белую сферу внутреннего ядра. На янтарную мантию. На тончайшую холодную кору, по которой ползала их цивилизация – города, кабели, сети, самолёты, кладбища, детские площадки, больницы, могилы, кухни, голоса, вся человеческая история на хрупкой скорлупе.
И под этим – что-то ещё.
Оно казалось абсурдом. Оно было научно неприличным, карьерно самоубийственным, логически отвратительным. И всё же каждое новое число упрямо подталкивало их к одному и тому же выводу, который нельзя было произносить без кавычек, а теперь, возможно, уже и с ними нельзя.
Нора поняла, что сказала это вслух, только когда Джейда вздрогнула.
– На то, – произнесла Нора, – что оно учится.
В лаборатории повисла тишина.
Где-то далеко, на много километров выше, шёл обычный земной рассвет. Солнце касалось облаков над Атлантикой. В городах включались утренние сводки. Кто-то варил кофе. Кто-то ругался в пробке. Кто-то целовал ребёнка перед школой. Целая планета жила в уверенности, что под её ногами – минеральная масса, подчиняющаяся законам, которые можно измерить и пережить.
Нора смотрела на экран и думала о том, насколько хрупка эта уверенность.
На боковом терминале вспыхнуло новое окно.
ДИРЕКТОР МАРКУС КОУЛПРИОРИТЕТНЫЙ ВЫЗОВ ПРОГРАММА ПЛАНЕТАРНОЙ БЕЗОПАСНОСТИ Джейда тихо выругалась.
Нора не шелохнулась.
На экране Земля продолжала медленно вращаться, равнодушная и живая, словно не замечала ни вызова, ни двух женщин в глубинной лаборатории, ни того факта, что впервые за всю историю кто-то на её поверхности начал догадываться правду.
Вызов мигал.
Нора нажала принять.
Экран потемнел, потом на нём появилось лицо Маркуса Коула – узкое, усталое, слишком спокойное.
– Доктор Келлерман, – сказал он. – Полагаю, вы уже видели ночные события.
– Видела.
– Хорошо. Тогда не будем терять время. Спускайтесь на уровень С.
Нора почувствовала, как внутри всё холодеет.
Уровень С не значился ни на одной официальной схеме «Тэтчера-9».
– Зачем? – спросила она.
Коул посмотрел на неё так, будто устал от этой части разговора ещё до его начала.
– Потому что, доктор Келлерман, – сказал он, – если ваши расчёты верны, то у нас с вами есть проблема значительно хуже, чем нарушение протокола доступа.
Он чуть наклонился к камере.
– И потому что семнадцать лет назад мы уже видели, что происходит, когда такая планета просыпается слишком рано.
Связь оборвалась.
Джейда смотрела на Нору широко раскрытыми глазами.
– Что значит – уже видели?
Нора не ответила.
Её взгляд упал на собственное отражение в чёрном экране. Бледное лицо. Тёмные глаза. Женщина, которая всю жизнь спускалась под землю, чтобы понять, что отняло у неё отца.
И, возможно, только что получила приглашение познакомиться с этим лично.
Она медленно вдохнула.
– Это значит, – сказала Нора, – что кто-то врёт нам гораздо дольше, чем я думала.
И где-то глубоко внизу, за бетонными кожухами станции, за километрами раскалённой породы и давлением, которое ломало металл, Земля едва заметно шевельнулась снова.
Глава 2
Лифт на уровень С не имел кнопки.
Нора поняла это сразу, как только вышла из лаборатории и свернула к служебному ядру станции, куда обычный персонал почти не заходил. Коридоры здесь были уже, свет холоднее, а воздух – суше, словно даже система жизнеобеспечения предпочитала не задерживаться в этой части комплекса. На дверях не было привычных цветных меток отделов. Только серые таблички с номерами секций и незаметные камеры в углах.
У лифтового узла её уже ждали.
Двое в форме Программы планетарной безопасности. Не броня, не оружие напоказ – просто серые комбинезоны без опознавательных знаков, слишком чистые для глубинной станции. Один мужчина, одна женщина. Лица такие, какие часто бывают у людей, обученных не загораживать собой пространство и при этом полностью его контролировать.
– Доктор Келлерман, – сказала женщина. – Пожалуйста.
Не приказ. И именно поэтому приказ.
Нора остановилась перед створками лифта.
– Внутри моего контракта нет допуска на неразмеченные уровни.
– Сегодня есть, – ответил мужчина.
– По чьему распоряжению?
– Директора Коула.
– Я не работаю на директора Коула.
Женщина едва заметно улыбнулась – не издевательски, а с усталой вежливостью человека, которому подобные фразы приходится слышать часто.
– Пока нет, доктор.
Створки раскрылись.
Кабина была больше обычной и почти пустой. Никакой панели вызова, только узкий терминал идентификации. Нора шагнула внутрь, потому что не видела смысла устраивать сцену в коридоре, где всё равно уже, вероятно, записывалось с пяти углов. За ней вошли оба сопровождающих.
Двери закрылись.
Лифт не тронулся.
Мужчина протянул Норе тонкий чёрный обруч размером с браслет.
– На запястье.
– Что это?