Сергей Фомичев – Тайная миссия "Нибелунг" (страница 53)

Нюанс в том, что на планете прямо сейчас происходит переворот и большой вопрос, будет ли у аварийных служб время, желание и возможности для проведения спасательных операций в космосе. У повстанческого флота тоже имелись дела. И до их выполнения никто не придет на помощь.

— Что ж, не разбив яйца, не приготовишь омлет, — произнес Кид Покер.

Эсминец взорвался, и зримая даже из космоса ударная волна вновь всколыхнула верхние слои атмосферы. Она расходилась во все стороны, точно кольца табачного дыма, выпущенные гигантским курильщиком.

Четыре эскадры крейсеров, основа космического флота Квиринала, была уничтожена единственным ударом, но отдельные корабли и группы дислоцировались в различных районах системы, совершали визиты к соседям, отстаивались в резерве или стояли на ремонте. Их следовало принудить к сдаче и захватить, чтобы пополнить повстанческий флот. Этим занималась вторая группа эсминцев, которая вошла в систему с меньшей скоростью и теперь тормозила, одновременно расходясь веером.

— Группа Чикасо сообщает, что производит развертывание по плану, — сообщил Хорхе.

— Отлично. Сбрось им уточненные разведданные по местоположению кораблей противника.

Кид Покер знал, что прямо сейчас другие группы повстанческого флота атакуют и высаживаются на Целий и его обитаемые луны Карну и Минерву. Там всем заправляли другие люди, подчиненные, впрочем, ему, Киду Покеру. Он был уверен, что и у соседей всё прошло гладко. Иначе и быть не могло. Два года подготовки, изнурительные тренировки, агентурная работа. Всё оказалось не зря.

А к Квириналу на максимальном торможении уже приближалась третья группа — флотилия транспортных судов повстанческого флота. Они везли не только и не столько морскую пехоту, сколько сонм управленцев, способных взять под контроль все аспекты деятельности развитого мира.

Генерал понимал, что на конфискованных у свергнутой элиты запасах долго не протянуть. Эти средства дадут лишь кратковременное преимущество. Вот почему нельзя допустить обвала экономики и остановки промышленности. Генерал намеревался оставить все, как есть, и лишь изъять на свои цели то, что прежний вороватый класс рассовывал по карманам. А для этого ему была нужна армия управленцев. И она у него имелась.

Среди заключенных трех королевств нашлись не только флотские офицеры и специалисты, не только морские пехотинцы и спецназовцы, куда больше попадалось администраторов. Когда-то они воровали, убивали, насиловали ничуть не меньше военных. Генерал отобрал лучших, сформировал из них группы для управления той или иной отраслью или планетой. Два года их натаскивали с не меньшей энергией, чем морских пехотинцев или матросов. По десять часов в день они изучали производство, экономические связи, местную специфику, моделировали те или иные ситуации. Слабых отбраковывали, сильных возвышали, складывались команды, появлялись лидеры. Все они ошиблись однажды и оказались в положении рабов. Теперь у них появился шанс стать новой элитой.

Повстанческий флот нуждался в работающих военных мастерских, верфях, фабриках вооружений и боеприпасов. С квалифицированной рабочей силой, с грамотными инженерами. Квириал являлся наиболее развитым миров в Холмах, отличной базой для начала экспансии. И вот теперь он лежал у ног повстанцев.

Кид Покер мимолетно подумал, что будь здесь Норри, он бы порадовался. Это был его мир. Мир, извергший его. Именно Норри когда-то навел генерала Марбаса на идею, как застать флот Квиринала со спущенными штанами. Так что в успехе нынешней операции была и его лепта.

Кид Покер улыбнулся, мысленно отсалютовав погибшему товарищу.

— Что ж, парни, — сказал он, подключив канал связи с орбитальной станцией. — Давайте посмотрим что у нас с посадочными площадками. Центральный космодром теперь вряд ли пригоден.

На самом деле посадочные площадки расписали для сил вторжения заранее, но нужно было как-то приободрить подчиненных.

— Медиацентр под нашим контролем, сэр, — доложил бригадир с поверхности.

Кид Покер активировал еще один заранее подготовленный файл. На всех каналах появилось знакомое лицо Марбаса.

— Народ Квиринала восстал! Повстанческий флот пришел на помощь храбрым борцам за свободу. Коррумпированный режим пал. Правительство национального согласия приступило к работе. Особый комитет пересмотрит уголовные дела, заведенные за последний десять лет на политических противников режима.

Затем в кадре появилась студия с членами нового местного правительства. Иностранным журналистам (тем немногим, кто предпочел смотреть парад из гостиницы) предложили задавать любые вопросы.

Шокированные бойней на центральном космодроме, они путались в именах и плохо ориентировались в политических лозунгах оппозиции, которой еще вчера вроде бы и не существовало в природе.

— Да, мы обратились за помощью к генералу Марбасу, — сказал один из представителей новой власти. — Поскольку он известен у нас, как борец с несправедливостью…

На связь вышел Санни, что отвечал за наземную операцию.

— Зацени, братан, — произнес он и подключил к линии какой-то новостной стрим.

Куча людей с рукописными плакатами вывалил на улицу и устремилась к дворцу. Людей оказалось больше чем ожидал Кид. И не все шли мирно по улице. Камера повернула в сторону и в поле зрения попали с полдюжины человек, что повалили на брусчатку полицейского и избивали его строительной арматурой. Ещё одно тело лежало неподалеку.

— Отлично сработано, Санни.

— Ты не понял, братан, это не мы, это сами местные.

— Ну, что ж, тогда поздравляю. Нам меньше возни.

Игра была сыграна.

Глава 28

Испытание огнем

«Нибелунг» некоторое время продолжил полет среди тучи отражателей и свиты имитаторов. Использование одновременно пассивной маскирующей защиты и противоракет исключалось. Мощное излучение дальнего радара демаскировало корабль и делало любые обманки бесполезными. Однако и лететь бесконечно по баллистике не имело смысла, без разгона корабль не мог набрать нужную скорость и попасть туда, куда хотел, а ускорение делало бесполезным уже пассивную защиту. Поэтому Ивор, немного подумав, решил продолжить разгон.

— Если противник далеко, он не сразу увидит наш манёвр. А если близко, мы вскоре получим данные о его положении. Так что… мистер, Томпкинс! Кажется, предстоит работа для противоракет.

— Система развернута и готова к бою, сэр, — с энтузиазмом доложил юнкер.

— Инженерное, давайте продолжим разгон.

— Да, командир, — ответил Радж.

На «Нибелунге» в очередной раз прозвучал сигнал изменения ускорения. И на людей навалилась полуторная сила тяжести.

При поединке «корабль на корабль» относительно эффективную защиту могли дать привычные скорострельные пушки и лазеры. Риск пропустить удар с дальней дистанции, однако, все равно оставался большим. Поэтому основную надежду Ивор возлагал на противоракеты. Решаясь на этот шаг, он убеждал себя, что любая техническая новинка не долго остается тузом в рукаве. Что оружие создается для того, чтобы воевать, а день, когда Королевскому флоту впервые придется использовал противоракеты в бою, должен был настать рано или поздно. И он посчитал нахождение на борту членов королевской фамилии достаточным основанием для раскрытия тайны.

Ивор до последнего надеялся, что Мегалания-два находится на краю системы и вряд ли успеет к их уходу в гипер. Не вышло. То ли противник уже знал об их возможностях, то ли его что-то насторожило, он начал обстрел почти сразу, как только «Нибелунг» продолжил разгон. Вновь взвыл сигнал тревоги, но на этот раз вместо выпуска обманок начали стартовать противоракеты, заработали пушки и лазеры.

Противоракеты имели то преимущество, что после разгона поражали цель со скоростью света, но без использования гиперфазы, а значит, почти не имело значения взаимное расположение и скорость корабля и атакующих его торпед. Не возникало и свойственной гиперфазе погрешности. Корабль не мог защитить себя привычными средствами на дистанциях дальше нескольких километров. Снаряды автоматических пушек летели медленно, а лазеры ПРО имели слишком малую мощность, чтобы сконцентрировать на мишени достаточную для разрушения энергию. Тем более, что боеголовки имели защитную поверхность.

А вот импульсный рентгеновский лазер боеголовок легко мог поразить корабль с пятисот и даже тысячи километров. С увеличением дистанции ущерб значительно снижался, ограничиваясь выбитыми сенсорами и повреждением внешних механизмов. Во всяком случае это касалось современных типов боеголовок. Возможно, в будущем торпеды станут делать больше и ставить более мощные заряды. Тогда придется пересмотреть подходы к обороне. Но пока «Нибелунгу» хватало того, что находилось в его погребах.

Ещё во время легендарного «пути карликов» инженер Джонсон нашел решение в том, чтобы использовать против рентгеновского лазера другой рентгеновский лазер. Но для стационарной установки нужной мощности на борту не хватило бы никакой энергетики. Даже на короткий импульс. Зато ядерный взрыв эту энергию давал. Нужно было лишь отвести устройство подальше от корабля. Противоракета, снабженная самым быстрым из известных двигателей, за десять секунд отходила на относительно безопасную дистанцию — что-то около пятидесяти километров и взрывалась, фокусируя на боеголовке противника лучи от полусотни превращенных в плазму стержней. Каждый из них в отдельности не мог бы нанести вред даже шаттлу, но разом они собирали в одной точке огромную энергию. С тысячи километров лазерный импульс вызывал испарение боеголовки или преждевременный подрыв, с полутора тысяч надежно выводил из строя приборы ориентации, наведения и управления.