Сергей Фомичев – Под знаком Z (страница 30)

Шаровидные пули я заменил, как и планировал, по возвращении в столицу: хотел похвастать перед Марго, показать, как остроконечный комок свинца с щепоткой горючего пороха пробивает железную банку и подпаливает залитое в нее горючее. Провести, так сказать наглядную демонстрацию во всей красе: вот, мол, как на самом деле умирают парогноиды. Но никогда не думал, что сделаю это по-настоящему.

Выстрел. В области живота на жилетке графа появилась дырка. Он поднял на меня полный удивления взгляд и выпустил короля. Из дырки вырвалась искра, за ней повалил дымок. Я отпрыгнул в сторону, увлекая Его Величество подальше к стене.

Взрыв. Куски плоти и обломки трона ударили мне в бок и спину, волосы на затылке опалило. Мы повалились на пол. Его Величество что-то вопил, но я некоторое время прижимал короля к полу, не давая подняться.

Наконец, дым развеялся и подиум опустел.

Трон частично разрушило взрывом парогноида. Я, довольный собою, сел, взглянул на балкон, с которого недавно спрыгнул на люстру. Рядом заворочался король. С криками «Ваше Величество» через зал к нам устремились слуги и подданные. Среди них была и Марго. Но люди не успели к нам подбежать: слуга графа заступил дорогу.

После взрыва хозяина в слуге было сложно не признать парогноида. Одежда сорвана и опалена, в прорехах взгляду открывались стальные гнутые пластины. Часть черепа снесло осколком – ровный срез давно сгнившего мозга представлял куда больший интерес для королевских медиков, чем для меня.

Я пошарил рукой у бедра и нащупал пустые ножны. Кортик-пистолет я обронил, когда перед взрывом метнулся к королю.

Парогноид с горящими глазами двинулся в нашу сторону. Король задохнулся от страха, не в силах отдать приказ толпе. Правда, подданные не питали желания ввязываться в драку с мертвецом, и отхлынули назад. Только Марго продолжила движение немного наискось, удаляясь в сторону трона.

Уж не собирается ли она там укрыться? Но кто тогда взорвет парогноида?

Обгоревшая зомби-машина приблизилась к нам на расстояние вытянутой руки. Схватила обоих за горло.

И тут громыхнул выстрел.

Стальные пальцы разжались. На этот раз король проявил чудеса сообразительности и не заставил себя спасать, рванув к Марго, опустившей кортик-пистолет. Единственным местом, где мы могли укрыться от взрыва, был подиум.

Мне, конечно, в очередной раз досталось. В спину прилетела жаркая струя воздуха, волосы на затылке окончательно спеклись; я упал в объятия Марго и потерял сознание.

* * *

В больничных покоях я не провел и дня. История с Дэмлином, использовавшим меня, чтобы проникнуть во дворец и занять трон, принесла новую славу. Не для всех я стал героем: кто-то считал, что Сиверс Рид провернул хитроумный план, чтобы получить награды и пожизненную пенсию. В газетах меня смело обвиняли в том, что я заранее знал, кто такой на самом деле граф Боремус Дэмлин Оргэйл, что я был с ним заодно, а в подходящий момент предал его и спас короля… И они отчасти правы, но ничего никогда не докажут, потому что вскоре я подотру следы в замке Дэмлина. Там наверняка остались еще парогноиды и мастерская графа. Мне предстоит стремительный поход в Северный фронтир – король благословил меня на подвиг и в помощь открепил от столичного гарнизона гвардейский полк имени моего деда.

Ну что ж, придется вновь наведаться в именное гнездо Боремусов-Оргэйлов. Никому, даже ушлым газетчикам, было невдомек, что я первым разыскал Дэмлина и подкинул древний манускрипт, а с ним и идею использовать меня, чтобы проникнуть во дворец. Бедственное финансовое положение сыграло только на руку; таким способом я вынудил графа поверить в мою наивность и неосведомленность, сумел разыграть безвыходную ситуацию, оказавшись в которой, любой готов принять чужие правила и условия. Граф же надеялся убить короля и вернуть трон, поэтому принял все, как должное, не учтя второстепенные факторы. Я просто оказался хитрее – пристрелил его, главного парогноида, на глазах у всех и тем вернул былую славу роду Сиверсов. Ведь Сиверс Рид, наследник великих предков, о которых была пара слов в том самом манускрипте, хранящемся теперь за подкладкой моего сюртука. И пусть я не так велик, как предки.

Зато я хитрее.

Александр Юсупов

Прокляты и забыты

Мёртвые птицы валялись по всему вольеру. Перья на их шеях топорщились от сильного, холодного ветра. Скворцов в растерянности оглядывался по сторонам, всхлипывал и сокрушённо качал головой. Потоптавшись на месте, он перешагнул через ограду вольера и направился к небольшой луже, около которой сидел на корточках высокий, крепко сбитый мужчина лет сорока.

– Миш, ну как же так?! Мы же их как деток! – запричитал Скворцов, встав около него. – Витамины из Германии выписывали, тёплый пол сделали! Как такое могло случиться?!

– Свинец! – веско ответил мужчина и поднялся, скривив лицо от досады.

– Какой свинец? – удивлённо ахнул Скворцов.

– Под озером был закопан контейнер со свинцовыми шариками. Видимо, остался от предыдущих владельцев. За долгие годы вода размыла крышку. Когда мы решили провести реконструкцию вольера и высушили озеро, птицы нашли шарики, приняли их за камушки, наклевали себе в зоб и отравились. Идиотская случайность. Здесь никто не виноват, Иван Петрович. Так получилось. Нужно убрать тушки и тщательно очистить вольер от свинца. Мне очень жаль.

Скворцов хотел сказать что-то, но не справился со слезами, махнул рукой и, отвернувшись в сторону, пошёл прочь. Михаил присел над одной из птиц и, достав скальпель, аккуратно сделал разрез.

– Господин Солин? – раздался отрывистый бас позади него.

Зоолог поднял голову и увидел мужчину в строгом чёрном костюме. Коротко стриженный, гладко выбритый, без единой складочки на рубашке, незнакомец воплощал образцовую аккуратность.

– Полковник Рысин, – представился мужчина, когда Солин подошёл к ограде вольера. – Можете уделить мне пару минут?

– Конечно. Давайте поговорим по пути к ветблоку.

Они пошли по асфальтовой дорожке, и Солин невольно отметил идеальную осанку собеседника.

– Вы свободны сегодня после работы? Скажем, часов в семь.

– Вообще-то я хотел задержаться в зоопарке до ночи. У нас скоро роды у гориллы, надо бы понаблюдать за ней.

– Найдите кого-нибудь, кто сможет понаблюдать вместо вас. Насколько я знаю, в зоопарке есть штатный ветврач.

– Есть-то есть… только вот слишком молодой. Он роды принимал на прошлой неделе у тарпана, чуть в обморок не упал…

– И всё-таки я настоятельно прошу освободить сегодняшний вечер!

– Простите, но для чего?

– Скажем так, один высокопоставленный офицер, мой непосредственный начальник, хочет встретиться с вами.

– Пусть приезжает сюда – понаблюдаем за гориллой вместе, – улыбнулся зоолог.

– Ваш юмор неуместен, – нахмурился Рысин. – Машина будет ждать у арки сегодня ровно в семь вечера.

– Там стоянка запрещена – нарвётесь на штраф.

– Не забудьте, сегодня ровно в семь.

Солин ухмыльнулся и покачал головой.

– Послушайте, полковник, мне плевать, во сколько и где вы будете меня ждать! Я уже объяснил, что должен сегодня присмотреть за гориллой, так что перенесите свой визит на другой день.

Рысин подошёл вплотную к зоологу, стряхнул пёрышко с его плеча и спокойным, значительным тоном попросил:

– Пожалуйста, не опаздывайте.

* * *

Ровно в семь вечера Солин вышел из-под арки зоопарка и сел в чёрный, блестящий воском «мерседес».

– Искренне рад, что вы приняли наше приглашение, Михаил, – блеснул улыбкой полковник.

– Не примешь тут! Директор чуть ли не на коленях упрашивал, – буркнул Солин в ответ.

– Моё начальство умеет убеждать. К тому же дело не терпит отлагательств.

Выскочив за город, машина промчалась по широкому четырёхполосному шоссе и вскоре подъехала к шлагбауму перед массивным двухэтажным особняком. Шлагбаум поднялся, «мерседес» мягко скользнул во двор и остановился у крыльца.

– Выходите, Михаил! В машине с вами говорить никто не собирается, – улыбнулся Рысин.

Двое молодых офицеров провели Солина в просторный полутёмный кабинет с портретом президента в позолоченной раме и попросили подождать на диване. Он просидел в тишине минут двадцать, прежде чем двери открылись, и на пороге появился мужчина в штатском, с острым, «орлиным» носом. За его спиной неслышно ступал Рысин.

– Здравствуйте, Михаил, – поздоровался незнакомец.

– Добрый день.

– Меня зовут Алексей Дмитриевич, я – генерал-полковник российской армии, в моём непосредственном подчинении находятся войска радиационной, химической и бактериологической защиты.

– Очень приятно.

– Взаимно. Простите, что оторвали от важных дел, но нельзя терять ни секунды – вопрос очень серьёзный!

– А в чём, собственно, дело?

– Хм. Садитесь поближе к столу. Нам предстоит обсудить один очень деликатный вопрос. Хотите выпить?

– Не отказался бы.

Алексей Дмитриевич достал из сейфа бутылку «Курвуазье», плеснул в три бокала и приветливо улыбнулся.

– Давайте, за знакомство.

Генерал с Солиным выпили, Рысин поставил бокал на место нетронутым.