Сергей Фомичев – Хозяева океана (страница 58)
Митя не сразу понял, что тот имел в виду. Голландский форт прикрывал глубоководный фарватер, ведущий к городу, и мог противостоять другой европейской державе, вздумай она прислать фрегаты или другие крупные корабли. Однако их главными соперниками в этом районе были бугийские пираты и джохорские султаны, которые использовали легкие мелкосидящие суда. Множество мелководных проток шли в обход крепости и туземцам на проа и джукунгах мощные пушки помешать не могли.
Возможно, именно эта уязвимость позволила султану Махмуду отбить остров у голландцев, и она же послужила основной причиной того, что и сам Махмуд Риаят Шах решил сменить столицу. Здесь, рядом с главным маршрутом мировой торговли, он чувствовал себя, как на витрине, защищенный лишь хрупким стеклом.
Американская экспедиция тем более не располагала силами, спсобными удержать крепость. Полковник изначально выбрал другую стратегию обороны. Но и пренебрегать преимуществами крепости он не мог. С бастионов форта открывался хороший обзор, в том числе были видны ближайшие подходы к проливу с юга. Это следовало использовать.
— Поставим здесь пикет, — решил Раш. — Если застава увидит какую опасность, поднимет тряпку на шесте или другой какой знак. Да и пошуметь не мешает, пусть думают, что здесь прочная оборона. Поставим пушку.
— Пушка потребует людей, — напомнила Галина Ивановна. — А у нас и так лагерь охранять некому.
— Мы поставим не настоящее орудие, что-нибудь лёгкое, — предложил Раш и повернулся к Мите. — Сможете выделить мне сигнальную, шкипер?
Митя пожал плечами. Фальконет, выполняющий роль сигнальной пушки, ему было не жалко. Но вряд ли однофунтовое орудие сможет кого-то обмануть. Слишком слабый звук, слишком маленькое облако дыма. Чуть больше чем у старого мушкета. Лучше поставить здесь карронаду. Возни чуть больше, но издалека выглядеть будет солидно.
Митя как мог объяснил свою мысль гвардейскому полковнику.
— Думаю понадобится и лодка, чтобы пикет смог удрать, — добавил шкипер. — А раз так, то предлагаю поручить это дело моим парням. Отсюда грести до якорной стоянки будет сподручнее. И не потребуется снимать охрану с лагеря.
— Отлично! — кивнул Раш. — О сигналах договоримся позже.
После этого они отправились на крупный остров под названием Батам, что находился на другой стороне пролива Риау, примерно в пятнадцати морских милях от заброшенного города. Собственно Батам и являлся основной целью всей экспедиции. Сейчас он выглядел диким, не приспособленным для жизни и представлял собой сплошные мангровые заросли, болота и джунгли. Всюду преобладали два цвета — рыжая земля и яркая зелень растений.
Остров окружали неудобные для крупных парусников отмели, а берег не имел ни одной защищенной от ветров бухты и ни единого подходящего под застройку клочка земли. Лишь в глубине острова имелась относительно удобная возвышенность.
Зато пресной воды на Батаме имелось сколько угодно. Вместе с живностью которая там обитала и болезнями, которые распространяли микроскопические организмы. Ничего здесь не выглядело пригодным для основания торговой станции или тем более города.
— Алексей Петрович утверждал, что болота и отмели не имеют значения. Мы осушим одни и углубим другие. Нам нужен остров, а если не остров то хотя бы его северо-восточная часть, а если не в собственность, то хотя бы в длительную аренду. Любой договор, который закрепляет его за нами надолго или навсегда. С ежегодными взносами или единовременной выплатой, или с любого вида помощью, кроме, пожалуй, прямого выступления против европейских наций. Мы, конечно, постараемся выбить условия получше.
«Незевай» прошел вдоль берега и они с трудом нашли песчаный пляж, где можно высадиться и вытащить лодку. Но углубляться в джунгли пока не решились. Из зарослей раздавались природные звуки — крики, треск, пение. Ни запаха дыма, ни звона железа, ни человеческой речи.
Прямо сейчас эти земли пустовали. Если только оранг-лауты или пираты не скрывались где-нибудь среди мангров. Их дома на сваях, поставленные в заросших дельтах рек, обнаружить было бы непросто.
В любом случае, как пираты, так и морские люди в счёт не шли. Казалось бы, раз так, поднимай «Большую медведицу» и провозглашай землю своей. Но здесь так дела не делались. Это не Южные моря с маленькими бесплодными островками, здесь каждый камень уже принадлежал какому-либо сформировавшемуся государству. А чаще всего претендентов находилось несколько.
— Нам важна законная возможность организовать здесь факторию, — сказала Галина Ивановна. — Господин Тропинин утверждал, что со временем из торговой станции вырастит огромный город с миллионом жителей.
— Эка хватил, Алексей Петрович, — недоверчиво произнес Мамун. — Просто мечтатель.
— Если бы он не выпускал десятками шхуны, не построил паровую машину, заводы и много чего ещё, я бы и сама не поверила.
— Малаккский пролив, — сказал Барахсанов. — Этот остров стоит как раз на пути. И поставь здесь простой кабак, в него быстро набьются моряки. Все захотят напиться свежей воды, поесть мяса и получить ласковых женщин.
Галина Ивановна фыркнула.
— Но миллион? — не поверил Мамун.
— Дело наживное, — пожал плечами Афанасий Титыч. — Рыжая земля то что надо для кирпича. Построим дома, крепости, пирсы…
Он уже явно подсчитывал в уме барыши.
А Митя вспомнил о пустоши, что они нашли на месте некогда процветающего Танджунг Пинанга. Строительство городов в таких беспокойных местах представлялось ему ненадежным. Но вслух ничего не сказал. Не его ума дело.
— Но что мы можем им предложить? — спросил Афанасий Титыч, вытирая лицо платком.
Четыре вещи, — сказала Галина Ивановна и принялась загибать пальцы. — Богатства, то есть серебро, золото, меха, нефрит; оружие, превосходящее качеством британское и боеприпасы к нему (она загнула второй палец); союзнические отношения и, наконец, торговля.
— Оценят ли они все эти вещи?
— Здесь правят не индийские раджи, у них нет своей Голконды с алмазами и самоцветами. И нет большого числа воинов, как у китайского императора. Поэтому наше предложение будет достаточно весомым. Но конечно, многое зависит от политических и культурных ограничений. А что до торговли… В регионе доминирует Китай и даже испанское серебро, которое добывается в Америке и поставляется на Филиппины, утекает главным образом в Китай. Мы способны организовать независимый ручеёк и тот кто предоставит нам под него место, сможет получить свой кусок пирога.
Глава 28
Пираты
Как и остальная команда «Незевая», Митя не верил в нападение пиратов, дикарей или тем более европейских держав. Он чувствовал себя спокойно в присутствии стольких-то пушек, гвардейцев и настоящей сухопутной крепости. Не то, что на Нука-Хива, когда в подчинении шкипера находилось всего четверо человек команды, да и те предпочитали проводить время с любвеобильными островитянками, в то время как сотни людоедских глаз поглядывали на шхуну из-за каждой скалы.
Не удивительно, что об обещании полковнику устроить сторожевого пикет в старой голландской крепости, Митя благополучно забыл. Или вернее постоянно откладывал это второстепенное дело на потом. Не спешил. Всегда находились дела поважней — подправить снасти, высушить паруса, пополнить запасы воды, дать очередной урок обсервации юнге.
Появление в акватории гостей стало для всех неожиданностью. Юркий, но довольно крупный проа незамеченным пробрался мимо голландской крепости, обогнул с запада небольшой остров Домпак и устремился прямо к стоящему на якоре «Незеваю».
Не заметив лагеря на холме, пиратская лодка набросилась на разукрашенную шхуну, точно голодный тунец на кусок красной тряпки. Дело происходило ранним утром и кроме вахтенного Малыша Тека на палубе никого не оказалось.
— Полундра! — заорал Малыш.
Этому странному возгласу его научил Пулька, который сам услышал его впервые от российских моряков в Порт-Магоне. Пулька и появился на палубе первым.
— К оружию! Тревога! — закричал уже он и закричал куда громче.
Митя выскочил из каюты в одних подштанниках. Ночь была теплая, влажная, он обливался потом, поэтому снял с себя всё. Благо Галина Ивановна на шхуне больше не ночевала.
Он догадался прихватить дробовик. Остальные были безоружными, а открывать несгораемый шкаф не осталось времени.
— Барахсанов, Пулька! К пушке!
Карронада к счастью стояла заряженной, к ней и бросились моряки. Барахсанов (тоже в одних подштанниках) сорвал парусину, укрывающую орудие, а Пулька уже раздувал фитиль в банке из-под тушёнки.
Ветер задувал с юго-запада и проа подходил оттуда же, поэтому его парус закрывал всё что происходило внутри. Возможно, судно не вызвало бы у Малыша Тека тревогу, мало ли, кто мог нанести им визит? Если бы судно не устремилось прямо в борт «Незевая», и если бы не смуглый человек с мушкетом в руках. Его бронзовый мускулистый торс походил на носовую фигуру фрегата. Если не считать небольшой юбки или возможно набедренной повязки и вполне европейской кожаной перевязи на голой груди, другой одежды человек не имел. Он стоял на самой кромке носовой надстройки, что выдавалась далеко вперед, и явно целился в Малыша. А не стрелял до сих пор лишь потому, что порыв ветра раскачал судно, так что палуба некоторое время приходила к равновесному состоянию.