Сергей Филатов – Свет отражённый. Стихотворения (сборник) (страница 2)

Ладонь разжимаешь… И пусто в ладони.

Снег. То, что есть, – и то, чего нет буквально через мгновение. То, что застилает, стирает – и одновременно обновляет, питает, дарит надежду. Это один из магистральных образов для Филатова, образ, через который многогранно выражается мироощущение поэта, а за многогранностью совершенно отчётливо ощутима внутренняя цельность личности, позволяющая ей быть мгновенно изменчивой в состояниях и неизменной по сути. Буйная буря и замирание в радости, стойкое мужество и непостижимая нежность, пьяная удаль и вековая вина – всё суть разные состояния, испытующие дух, и надо через них пройти, чтобы увидеть:

Снегопад

Пахнет небом и ладаном Вне пространства и времени. Так приходят на кладбище И приходят к прозрению. Как отчётливо дышится И замедленно тянется!.. Оборвётся, и лишнего Ничего не останется…

Мгновенье, когда обрывается длящееся состояние, чувство очищения и обновления приходит пронзительным мгновением весны, свет (снег) уходит во тьму (землю) и тьма становится светом, а начало нового жизненного круга – исповедью:

Светоносная, первая, тайная, Словно чудо в порочном кругу, – Замерцала на склоне проталина Робкой свечкой в глубоком снегу! Или жизнь мне пригрезилась сызнова… Или радость земного тепла Тихой девочкой в чёрной косыночке Исповедовать душу пришла.

Тем и отличается сегодня традиционная поэзия от трагически осовремененной, что она сохраняет в себе меру вещей и явлений, их гармонию, соответствие. И крайности в ней не вступают в противоречие друг с другом, они суть магнитные полюса целого, между ними рождается могучий ток жизни. Он может ослабевать, а иногда кажется, что исчезает и совсем, но таково родовое свойство русской культуры – как только восстанавливают свой смысловой заряд полюса, ток заново обретает силу…

Ведущие темы творчества Сергея Филатова – жизнь, любовь, смерть. Они более чем традиционны, но в истинной поэзии должны наполняться личным содержанием так плотно, чтобы каждый раз становиться открытием. Ведь каждый из нас, пишущий, читающий или просто живущий, сталкивается с этими понятиями сам, лично, без посредников, в первый и в последний раз. И единственно возможная «территория новизны» – личное осмысление жизни, любви и смерти в границах данного времени и в пределах страны, где суждено родиться, любить и откуда рано или поздно надо будет уйти.

Вёсла ложатся короткими взмахами В тёмную воду. Глухая пора. В тёмной рубахе, застёгнутой наглухо, Сумерки сводят коней со двора. Утром хозяин проспится и хватится – Пустошь похмелья да холод с реки… Что-то недоброе есть в волховании: В звуках приглушенных, в чреве строки… Будто готовится мутное варево И замышляется тайное зло. Знаешь, мне страшно с собой разговаривать И понимать отчуждение слов. За полночь. Кто-то невидимый ахает. Вечности близкой темнеет нора. Время уходит короткими взмахами. И на земле – ни кола, ни двора…

И всё-таки ведущими, главными, на наш взгляд, для поэта являются не темы, а сама музыка речи, которая естественно рождается из глубины дыхания, из тока крови по жилам. Эта музыка свободна в пределах классической формы, но столь же естественно она может приближаться к почти разговорной ритмической вольнице. Филатов любит свободные рифмы, усечённые созвучия, он не скован поэтическим метром. Все составляющие стиха служат одному – внутренней правде слова:

Свет очищенный, свет дочерний, Августовский прохладный свет… Так душа плывёт по течению, Так внимают листве. Эти дни отстранено синие Отрывают взор от земли. То ломая, то строя линию, Журавли летят…

Стихи эти надо воспринимать в их естественной форме существования – как речь не письменную, а в первую очередь звучащую и творящую. Их мелодическое звучание пробивается и сквозь печатную – бронированную! – форму, требуют проговаривания, радости говорения в едином ритме с сердцем и Мiром.

…С Крещенья ещё не спадали морозы, И все в куржаке вдоль дороги берёзы. И чудится, эти морозные кроны – Не кроны совсем, а застывшие звоны, Тряхни – зазвенят, серебром облетая… А ближе к апрелю – и сами оттают, Наполнившись радостной, талой весною И силой живою, и силой земною…

Проговаривание вслух – заговаривание, завораживание речью – усмиряет боль, утишает сердечные смуты, и верится, что к этим строчкам прислушается сама жизнь, помедлит, опомнится – и вернётся в свои берега, и двинется в путь, уготованный ей Богом.

И облака – в миру паломники – Вновь обозначат мне мечту. И снова май в душе надломленной, И снова яблони цветут. И снова яблони венчаются, Как в детстве… Как благая весть,