Сергей Федоранич – Я сделаю это для нас (страница 48)
— Хорошо, мы этим займемся. Отчеты о ее передвижении вы будете получать на телефон.
Я никак не мог понять, отчего всем вдруг понадобилось в чем-то обвинять Лилю? Просто бред, даже слушать не хочется! Я знаю, как может работать королевская семья. Они не просто подстраивают ситуации, они способны даже случайности подстроить так, что не поймешь, что разыгрывается хорошо спланированный сценарий. Поэтому перемещения Лили, какими бы странными они ни казались, спланированы и имеют под собой реальные причины.
В полете я не мог думать ни о чем, кроме Лили. Что с ней сделали? Чем ей угрожают? Натали никак не могла мне помочь — она пыталась говорить со мной и на отвлеченные темы, и обсуждала Лилю и возможные варианты ее шантажа, но я все равно был так глубоко в себе, что практически не слышал, что она говорит.
Почему-то только сейчас, когда Лиля полетела в Москву на рейсе, вылетевшем раньше нашего на сорок минут, я вдруг осознал, насколько реальная опасность может ее подстерегать. Возможно, Ян прав — ее нужно взять под охрану и защитить. А если угрожают ее близким? Черт, ведь я не знаю о ней ничего! Кто она? Живы ли ее родители? Как быть, если ее защита причинит вред кому-нибудь? Что будет тогда? Она никогда не простит ни себе, ни мне… Господи, ну почему не может быть просто? Почему у людей обязательно есть другие люди, которые им близки и которыми их можно шантажировать?.. Вот я, у меня нет никого. Кроме Лили. Даже в моей, казалось бы, идеальной с точки зрения защиты ситуации образовалась Лиля, с помощью которой мной манипулируют. Принцесса или уже королева, черт ее там поймет, прекрасно знает, что я не подставлю Лилю, не дам ее в обиду, а значит, книга опубликована не будет…
«Radisson Royal Hotel Moscow, Кутузовский проспект, 2/1, стр. 1, номер 1203» — пришло сообщение от Яна.
Мы вызвали такси и поехали на Кутузовский проспект.
— Ваня, расскажи мне об этой девушке, — попросила Натали.
Я чувствовал практически не проходящее раздражение. Как будто во мне что-то прокисло и бурлило, поднимая кислую пену под самый верх. Сколько еще потребуется разговоров, чтобы все вокруг перестали подозревать Лилю черти в чем?! Я не знаю почему, но сама идея, что Лиля может быть причастна к моей травле, наносила мне ожоги третьей степени. Я не понимал, почему Натали так усердно пытается сжечь как можно больше моего тела.
— Что вам рассказать? — спросил я грубее, чем стоило бы.
Но Натали была лояльной, она ласково проговорила:
— Я просто хочу узнать о ней, мне интересно. Насколько я понимаю, вы недавно знакомы. И такие сильные чувства. Ну уважь старую подругу твоего любимого дяди, расскажи мне.
— Нечего мне рассказывать, — ответил я, не отрывая взгляд от окна. — Мы действительно знакомы недавно, и я мало что о ней знаю.
— Ну что-то все-таки ты знаешь?
— Я даже не знаю, где Лиля работает. Знаю только ее фамилию, дату рождения. Вот такие данные. Кто ее семья, где они живут и прочее — я не знаю. У нас не было времени познакомиться поближе, слишком быстро все потянулось…
— То есть она практически с незнакомым человеком поехала в Лондон?
— Да, Натали, люди иногда помогают другим людям.
— Хорошо, — кивнула Натали. — Я не буду оспаривать этого, я хочу поразмыслить. Ты не возражаешь?
— Не возражаю.
— Итак, у нас есть девушка. Красивая, обаятельная девушка. Вы почти не знакомы, но произошло что-то, что заставило ее следовать за тобой. Такое бывает, особенно в романах о любви. Я сейчас говорю о Лиле, пытаюсь думать, как она. Я же женщина, у меня получится. Итак, всем нам, девушкам, иногда хочется стать героиней романа, правда? Ну, чтобы без всяких условностей и бытовых вещей — просто чувства, просто страсть, просто приключения, одно острие, без рутины. Честно тебе скажу, и у такой, как я, бывали подобные случаи в жизни. В жизни должно быть место безрассудному.
— Допустим, — ответил я, еще не понимая, к чему клонит Натали.
— И дальше еще интереснее. У вас случаются приключения, которые подогревают в девушке интерес. Возможно, у вас случилась близость, я это допускаю с огромной вероятностью — располагают сами обстоятельства. Интриги, опасность, уединение и некоторое спокойствие легко вскружат девушке голову. Все логично, все верно.
— Мне обязательно вам подтверждать?
— Нет, вовсе нет, — улыбнулась Натали. — Это хорошо, что у меня пока все получается. Давай дальше, да? И тут случается непостижимое — на нее выходят какие-то люди и выставляют требования. Возможно, ей чем-то угрожают. И она соглашается, чтобы избежать опасности. Она уходит, как ей велят, и скрывается. Она все выполняет, чтобы не подвергнуть опасности себя, своих близких, к которым я, конечно же, отношу и тебя.
— Они бы не смогли на нее надавить, — сказал я. — Во всем виноват я. Я ее упустил. Мы поссорились перед тем, как ее схватили.
— Поссорились? По поводу чего?
— Она меня приревновала, — ответил я и даже не смог скрыть улыбки. Такая это была глупость! Чем больше времени проходит, тем больше я убеждаюсь, что поводом к нашей ссоре стала нелепость! И только очень сильные чувства, наверное, могут сделать из такой мухи того огромного слона. Я рассказал Натали о случившемся, но это ее насторожило.
— То есть она ревновала тебя к девушке, с которой уже все кончено?
— Она не была уверена, что там все конечно, — ответил я.
— А ты? Ты был в этом уверен?
— Конечно, я уже и забыл обо всем…
— Понятно. Так, мы скоро приедем. Какой у нас план? Насколько я помню, ты не хотел объявляться перед Лилей до тех пор, пока не поймешь, как именно ее запугали.
— Да, и я не знаю, что делать. Но я чувствую, что надо быть как можно ближе.
Вскоре мы приземлились. Приехали в гостиницу, где остановилась Лиля. Нас высадили на парковке у здания гостиницы, и мы сразу же пошли вдоль набережной подальше от входа. Я ждал сообщения от Яна, но его все не было и не было. Я набрал его номер телефона.
— Ян? Какие у вас есть новости? Мы возле гостиницы, которую вы указали.
— Про вашу девушку пока никаких, мы работаем, — ответил Ян. — А вот о книге есть одна плохая новость. Я сейчас отправлю вам ссылку. Посмотрите сами.
И отключился. Я открыл сообщение, в нем уже была ссылка на американский новостной портал. Новость была озаглавлена: «Последняя книга Майкла Камильтона отозвана из печати племянником погибшего писателя». В тексте короткой заметки сообщалось, что американские издатели посмертного романа Камильтона заявили, что сегодня утром из типографии отозван тираж романа, который был широко анонсирован и должен был появиться на прилавках книжных магазинов 25 июля.
Также в статье говорилось, что с европейскими и азиатскими издателями связаться пока не удалось, но, по словам Ричардсона, роман будет отозван по всему миру.
— Что? Как?
— Что там? — нетерпеливо спросила Натали.
Я показал ей статью.
— Ты отозвал роман? — спросила она.
— Нет, — ответил я. — Я ничего не отзывал. Не успел еще. Скорее всего, это сделала Анна-Мария.
— Но как она могла? Нет, это сделал этот жук, Лео!
Я позвонил Лео. Дядин агент не брал трубку. Я написал ему сообщение, но оно не доставлялось. У меня не было выхода на издательства, я связывался с ними только через Лео. Он же подписывал все договоры. У меня на почте осталось несколько писем, которые мне пересылал Лео, и там вроде бы были контакты редактора из американского издательства. А вот все остальные… Где их взять?
И потом, я был не готов однозначно сказать, издавать книгу или нет.
Но я упустил одну деталь: издательству нужно время на производство романа и его доставку в магазины. И это явно не одна неделя. Скорее всего, времени совсем нет, потому что если американцы, с самым небольшим тиражом, отзывают книгу из печати, значит, европейцы сделают то же самое. Ситуация с неисполненными обязательствами повторяется вновь: когда тираж книги будет изготовлен полностью и я запрещу ее распространение, издательства потребуют возместить убытки… Это почерк королевского семейства — они любое свое действие защищают деньгами. Они сделали так, чтобы Лео отозвал рукопись, и даже если я сейчас обращусь во все издательства и подтвержу выход романа, то потом смогу отказаться, только уплатив огромный штраф.
Ян ответил на звонок оперативно.
— Новостей еще нет, — сообщил он.
— Вы можете найти моего литературного агента? Лео Карлоу? Он не отвечает на мои звонки.
— Вы ему сейчас звонили?
— Да, я продиктую номер.
— Не надо, — ответил Ян. — Я посмотрю в вашей детализации. Сообщу.
На принятие решения у меня было время. Но я понял, что, пока я думаю, пытаюсь взвесить все «за» и «против», пока пытаюсь понять, где меня поджидает очередная ловушка, королевская семья действует. Они впереди меня на несколько шагов, и мне нужно изменить поведение, сделать его неожиданным. Они думают, что я не смогу дать отпор их действию, потому что все еще имеет место неизвестность с Лилей.