Сергей Федоранич – Нет смысла без тебя (страница 39)

– Но это ошибка, – возразил я. – Вы не можете забрать у меня то, что сами же дали.

– Мистер МакКуин, я ничего у вас не забираю, я выполняю свою работу. У нас была проведена проверка, плановая, и мы установили, что вы получили налогооблагаемый доход, с которого вами не уплачены налоги. Дом вы купили не на зарплату, а на компенсацию, и она подлежит уменьшению на величину налогов, если иного в соглашении не указано. А иного и не указано. Что я могу сделать?

– Помочь мне разобраться в ситуации!

Начальник как-то странно посмотрел на меня. Мне его взгляд не понравился. В нем было столько презрения и неодобрения, что я сразу понял: здесь мне не помогут. Его слова лишь подтвердили мою догадку:

– Мистер МакКуин, вам пора повзрослеть, вы уже не маленький мальчик, чтобы все о вас заботились и все вам помогали. В моих обязанностях не предусмотрено оказание помощи неплательщикам налогов, и ваша ситуация совершенно не экстраординарная. Уверяю вас, не вы первый, не вы последний, кто попадает в такую ситуацию. Надо внимательнее относиться к сделкам, которые вы совершаете. Но ведь не все так делают, верно? Глаза замыливаются от одной только мысли о деньгах, и отказаться от такой сделки очень сложно. Поэтому вы идете на все, лишь бы получить деньги, не думая, что существуют законы и требования, которым вы обязаны соответствовать. Такой подход не приводит ни к чему приятному.

Все внутри меня было не согласно с налоговиком, этим самоуверенным чиновником, который завидовал обвалившемуся на меня счастью. Конечно, из газет он читал, за что я получил дом и выплаты, но своими глазами он не видел всех тех кошмаров, которые видел я. Это ведь не его держали на берегу Байкала в промозглой хибаре, не его избивали и насиловали цыгане, это не он слышал, как умирает мать и как плачет сестра. Не ему перекромсали лицо и заставили жить в новой жизни и не у него отобрали целый год и этой жизни. Это не на него взвалили непомерные долги за решения, которые он не принимал. Он ничего этого не знает, и он не обязан мне помогать, он прав. И юридически прав: соглашение о налоговых льготах на дом не распространяется, и заключено оно позже, чем дом перешел в мою собственность, и все налоговые претензии имеют место. Все кругом правы, не прав только я.

Мы уехали из налоговой ни с чем.

– Куда теперь? – спросил я уныло.

– Я хочу познакомить тебя с одним человеком.

Самое время для новых знакомств, Джо! Хотел язвительно сказать я, но не сказал. Не в моей ситуации критиковать и выражать претензии, черт возьми. Но я был зол как тысяча чертей. Сейчас, когда я начал вкатывать в гору камень, с горы стали сходить лавины. Я этого никак не ожидал.

Мы приехали в Сити, в деловой квартал. Это не так далеко от моего дома, можно даже дойти пешком, часов за пять. Я не выдержал и выкурил две сигареты подряд, пока Джо парковался. Ну не получается у человека парковаться, особенно задом. Тюк-тюк – и все тут.

– Давай я выйду и припаркую тебя? – спросил я, вложив в свои слова максимум деликатности.

– Я знаю, что паркуюсь как мудак, но по-другому не умею. Ты вообще никак не умеешь, так что терпи. И хватит курить! Курение убивает.

– Без тебя знаю, – беззлобно огрызнулся я.

Когда все наконец было завершено и мы вышли из машины, Джо повел меня в сторону небольшого особнячка, втиснутого между двумя высотками – обычное дело в Лос-Анджелесе. На особнячке в том же стиле, что дом ведьм из сериала «Зачарованные», была табличка «Shirley & Goldblood».

– Ширли и Голдблат? Серьезно? Это агентство стриптизерш?

Джо улыбнулся:

– Эти двое – профессионалы своего дела, но стоят дорого. Я полагаю, нам нужны теперь только они.

– А кто они?

– Я уже сказал: профессионалы своего дела.

Внутри особняк соответствовал наружности – все было оформлено в старом стиле. Ковры, мягкие кресла, пуфы и огромные картины в тяжелых рамах. Все выглядело так, словно это был жилой дом – сразу от входа начиналась гостиная, с удобным диваном, креслами и камином. Нас встретила приветливая девушка в туфельках без каблуков, с длинными светлыми волосами. Она с любезной улыбкой уточнила цель нашего визита, Джо отдал ей свою визитку и попросил встречи с мистером Ширли.

– Банни сегодня в суде весь день, – ответила девушка. – Однако я могу устроить вам встречу с Сидни Голдблатом.

– Мы с радостью, – ответил Джо.

Нас проводили в гостиную, усадили на диван и предложили прохладительные напитки. Я попросил воды, а Джо согласился на апельсиновый сок. Когда девушка удалилась, я положил папку с документами на стол и спросил у Джо:

– Это адвокаты?

– Это юридическая фирма, но их специализация – аудит. Они настолько умело могут извратить любую сделку, что апогей их профессионализма – составить сделку так, чтобы даже они сами не смогли к ней придраться. Нам нужно проанализировать твою сделку и решить вопрос. Плюс я бы хотел заключить с ними договор на обслуживание наших интересов по твоему проекту.

– Какое обслуживание?

– Юридическое. Я хочу, чтобы они делали экспертизу каждого твоего договора. Не начинай даже про то, что ты сам юрист.

Я и не собирался. Да, я юрист. Но юрист российского права, и то – недоученный. И все, что знаю, – это основы. Я знаю, какие отрасли существуют, что они регулируют и какая логика в них заложена. Но детали и нюансы я не смогу выяснить, для этого нужно знать право материальное, а в Америке с этим сложно. Очень сложно – здесь правит прецедент, то есть судьи вершат закон в конкретных делах. И если в России достаточно посмотреть в закон или, в крайнем случае, в обзор судебной практики, то тут нужно вылистывать конкретные судебные решения, собирать по крупицам голоса разума и мастерить из них хор в свою защиту.

Сидни Голдблат являл собой прекраснейшее из человеческих существ. Максимум тридцати пяти лет от роду, идеальный тон загара, белейшие зубы, потрясающие волосы аккуратно уложены и изумительный костюм – изумрудный, без пиджака, под жилетку. Стройная фигура, бицепсы, гордо выпрямленная спина – этот парень знал себе цену и нисколько не старался даже скрыть, кем является.

– Добро пожаловать в «Ширли и Голдблат», мистер Морган и мистер МакКуин, – сказал он, встав в проеме двери. – Я Сидни Голдблат.

Мы встали и по очереди представились. Сидни разместился в одном из кресел, и тут только я сообразил, что обычно юристы принимают посетителей вдвоем – кресло напротив давало идеальный обзор клиентов второму адвокату, Банни Ширли, но он сейчас отсутствовал.

– Как правило, мы принимаем посетителей вдвоем с моим партнером, – сказал Сидни, заметив мой взгляд. – Но, как я понимаю, ситуация у вас неординарная и срочная. Верно?

Абсурдная ситуация. Вместо того чтобы начать обсуждать проблему, я, как маленький мальчик, пришедший с папой, молчал. Джо не дал мне уйти мыслями глубоко, сказал:

– Ситуация шокирующая, но я здесь как моральная поддержка. Джейсон, может быть, ты обрисуешь свою проблему мистеру Голдблату?

– Прошу, называйте меня Сидни.

– О’кей, – опомнился я, стряхнул с себя мысли, которые вообще были не к месту и не ко времени, взял свою папку и вытряс бумажки на стеклянный столик. На изложение истории у меня ушло примерно минут двадцать, Джо не вмешивался, только изредка кивал.

Еще полчаса ушло у Сидни на изучение документов. После этого он сказал:

– Ваша ситуация мне ясна. Я ее разрешу самостоятельно, здесь даже не нужно привлекать Банни. Скажу лишь, что тут не обойдется без судебного заседания, но оно нужно скорее для того, чтобы представители власти захотели говорить с нами на нашем языке. Сейчас они думают, что поступают правильно, но это не так, это очевидно любому более или менее здравомыслящему судье.

Судья Тимоти Барилл принимал нас в своем кабинете. Он был старый, как профессор Дамблдор из «Гарри Поттера», и с седой бородой, но покороче, чем у директора школы чародейства и волшебства. Мне было некомфортно снова оказаться в суде, тем более без подготовки. Но теперь все выглядело по-другому, это было что-то вроде приватного диалога в кабинете судьи. Никаких церемоний, зрителей и присяжных. Судья изучил документы, представил стороны друг другу. Мы с Джо сидели позади Сидни, который по случаю явки в суд надел пиджак и утихомирил свою очаровательную улыбку. Представитель офиса прокурора, обсыпанный перхотью старичок, сидел с непонимающими глазами, но с ним была моложавая дама с обильно напомаженным красным ртом и цепким ехидным взглядом – из управления по налогам и сборам.

Сидни в красках расписал ситуацию, сделав акцент на том, что правительство своими действиями снова начало творить то, за что его пытался наказать Джейсон и в чем оно созналось, и удовлетворило просьбы пострадавшего без суда. Но, видимо, зря Джейсон не пошел до конца. Надо было наказать всех и вытрясти из казны побольше, чтобы неповадно было.

– Ваша честь, – начала дама из управления по налогам. – Я понимаю, о чем говорит истец через своего адвоката. Но, увы, мы имеем дело с фактами. Неужели суд постановит идти против фактов?.. Есть бумаги, и они четко говорят…

– Хватит, мисс Тейлор, – оборвал ее судья. – Я знаю, что вы скажете. Налоговое управление не в первый раз творит такое. Вы не выполняете условия сделки так, как об этом стороны договаривались, и это плохо. У мистера МакКуина нет и не может быть претензий ни лично к вам, ни к вашему ведомству. Вместе с тем вы и ваше ведомство – руки, в которые вложили топор. И это вам приказали снести голову этому человеку. Что ожидают ваши приказчики? Они ожидают предсмертного крика и проклятий сотен тысяч людей, поклонников мистера МакКуина, которые узнают о вашем действии? Но все это будет обращено на вас. Ведь вы – непосредственный исполнитель этих решений. Когда я говорю «вы» – я понимаю ваше ведомство, которое облагает доход каждого человека. Если общественность узнает в ходе судебного процесса такие нюансы, как вы считаете, они вас простят?