Сергей Джевага – Охота на хранителей (страница 89)

– И будешь править ты? – пробормотал я отстраненно, пошарил взглядом по усыпанному обломками полу.

– Естественно, – заулыбался Старейшина. – Это будет моя награда за труд.

– Вынужден тебя огорчить, – медленно произнес я. – Не будет твоего будущего. И русские останутся русскими. Мы пойдем туда, куда захотим.

– Это еще почему? – улыбнулся Гвион.

– Я тебя убью, – ответил я.

Наклонился, подобрал с пола большой револьвер. Взвесил в руке, провел рукой по гладкому металлу, крепко сжал рифленую рукоять. Оружие тяжелое и холодное. Сразу ощущалось – эта вещь несет смерть.

– Застрелишь? – расхохотался Старейшина. – Глупец! Я впитал Силу одиннадцати. Пуля просто пощекочет.

Невдалеке жарко трещало пламя, дым стелился под потолком. Слышались скрипы, грохот. Каменные блоки дрожали, из стыков бил щебень. Особняк рушился прямо на глазах. Но это мало волновало. Внешние ощущения притупились. Я чувствовал вяжущую усталость, боль в теле и окровавленной душе. Голова кружилась, меня поташнивало. Дышать трудно, дым забивал ноздри. Во рту отвратительный солоноватый привкус крови и гари.

Я улыбнулся с усилием, поднял взор на врага. Гвион смотрел с презрением и превосходством. Вокруг головы и плеч врага ярко сверкал белый ореол. Силы столько, что не умещалась в теле.

Глубоко вздохнув, я вскинул пистолет и прицелился в Старейшину. Улыбка на губах Гвиона стала шире. Пренебрежительная, веселая… Я щелкнул предохранителем, погладил пальцем курок. Стрелки призрачных часов, что появились в разуме после посещения Храма, передвинулись на последнее деление. «Пора», – понял я. Руку дернуло, ствол изрыгнул пламя и свинец.

Облачко порохового дыма развеялось. Гвион по-прежнему стоял на лестнице, покачивался. Во лбу всемогущего и хитроумного Старейшины зияла круглая дыра. По стене позади мага стекала кровь, сползали ошметки мозгов. Презрительная ухмылка умерла на губах. Белое сияние мигнуло и потухло.

Враг пошатнулся, медленно завалился вперед и с грохотом покатился по лестнице. Я остановил тело ногой, заглянул в бледные буркала глаз.

– Вот и закончилось время Зодиака, духи ушли с Земли. А ты не знал… – пробормотал я устало. – Достали вы. Благо человечества, Сила, власть. Да идите в ж… хм… к черту. Мы, русские, будем жить, как хотим. И ни одна басурманская свинья не ступит на нашу землю.

Прицелившись в глаз, я нажал на курок. Еще и еще… Ствол подпрыгивал, руку дергало. Короткое злое пламя рассекало сумрак. Я давил до тех пор, пока грохот не сменился сухим бессильным щелканьем. Дым снесло сквозняком. Голова врага превратилась в месиво костей, мозга и крови, обрывков седых волос. Я отбросил пистолет. Развернулся и, не оглядываясь, пошел к выходу.

По щекам бежали горькие слезы, в душе осталась гложущая пустота… Победа!..

Эпилог

Легкий ветерок гнал рябь по поверхности водоема. Солнце отсвечивало в чуть зеленоватой воде, прошивало насквозь. Виднелось каменное дно поросшее водорослями и ракушками. Там притаилась изумрудная лягушка. Посматривала с сонным интересом, вяло шевелила лапками. По волнам стремительно скользила водомерка. Останавливалась у листьев кувшинок, бежала дальше. В воде отражалось глубокое голубое небо, солнце, пышные подушки облаков. Слышалось журчание, плеск. Пахло тиной, сладковатыми цветами.

На бортике бассейна сидела стройная темноволосая девушка. Подставляла милое лицо солнечным лучам и ветру, напевала под нос. Водила ладошкой по воде. Зачерпывала в пригоршню, выливала обратно. Нежная кожа золотилась на свету, распущенные волосы свободно развевались. Синяки почти сошли, остались лишь легкие пятнышки. Глаза прикрывала белая тканевая повязка. Даже сквозь свободную блузу и длинную юбку видно худенькое тело, выпирающие кости.

Я отвел взгляд, тяжело вздохнул. Смотреть на Соню чудовищно больно. Сердце истекало кровью, глухо ныло. И хотя ведьма выглядела намного лучше, но глаза… Девушка не жаловалась, молчала. И постоянно улыбалась. Когда бывал рядом, просто прижималась к груди, нежно гладила по щеке. Но я знал, что ей больно. Душу разрывало на части. Каждую минуту, секунду я казнил себя, уничтожал. Ведь опоздал, позволил произойти.

В глазах защипало, в горле застрял плотный удушающий ком. Хотелось взвыть, удариться головой о землю и умереть. Но я держался. Я нужен ей, нужен остальным. И должен быть сильным. Беды уйдут, боль заглохнет. Надо просто работать, идти в будущее… Я сглотнул ком, потер глаза кулаком. Медленно повернулся, огляделся.

Здесь как всегда тихо и хорошо. Шелестела листва, журчала вода. В кустах перекликались синицы и воробьи, хлопали крыльями. Трава ровная, удивительно сочная и зеленая. По белым плитам маленького храма вилась лоза. Деревянный идол, изображающий сурового бородатого мужчину, смотрел вдаль, прошибал взором небесные сферы. Тишина, спокойствие. В самом воздухе ощущалась добрая волшебная сила. Непритязательная и невидимая на первый взгляд, но явная и глубокая. Священная роща — кусочек иного мира на лике Земли. Потаенный, светлый и чистый.

– Раны заживут, Александр, — раздался звонкий мальчишеский голосок.

Я оглянулся. Маленький, лет семи, паренек стоял рядом. На нежном лице огнем горели веснушки. В глубоких голубых глазах плясали яркие искорки. Соломенные волосы развевал ветер. Одет в простую белую рубашку, такие же штаны подпоясанные обрывком веревки.

– Хотелось бы верить, Род, — печально произнес я.

— Так и будет, – уверенно сказал бог. Улыбнулся, пожал плечами. – Я очень постараюсь. Через год заберешь зрячую. Но хуже иное. Разум тоже пострадал. А его излечить сможешь лишь ты. Лишь твоя любовь затянет те раны.

— Я тоже постараюсь, – кивнул я. Сжал кулаки, скрипнул зубами. – Соня вернется!

— Обязательно, — серьезно сказал мальчуган. — Для настоящей любви нет преград. А ты любишь, я чувствую… Тебе пора.

– Я попрощаюсь.

– Конечно, - легко согласился бог.

Шаги получились неверные, ноги подгибались. Я подошел, присел рядом на бортик бассейна. Осторожно погладил Соню по щеке. Девушка заулыбалась, потерлась о ладонь. Порывисто наклонилась, обняла.

– Сашка, я буду ждать!

– Я тоже, родная! – ласково шепнул я. – Все будет хорошо.

– Уже хорошо, Саня, – сказала девушка. – Я чувствую тебя… рядом, здесь.

Ведьма приложила руку к груди, засмеялась. Мягкие волосы мазнули по щеке. Голова закружилась от терпкого чистого запаха. Я улыбнулся, поцеловал Соню в висок. Мягко отстранился, тяжело вздохнул и сделал шаг назад. Глухая боль терзала душу. Девушка сидела на краю бассейна, облитая солнечным златом. Водила рукой по воде и пела. Выводила какую-то песенку, славила небо, славила любовь…

Род проводил до самой границы полянки. Я в последний раз окинул взором пространство. Да, здесь Соне будет хорошо. Бог позаботится, вылечит. А год не такой уж и большой срок. Я дождусь. Обязательно дождусь. Не знаю, чем буду заниматься это время. Все слишком поменялось, вывернулось с ног на голову.

– Ты ведь знал о Велимире? – спросил я.

– Да, – ответил Род. – С самого начала.

– Тогда почему?..

– Не воспрепятствовал? – опередил мальчишка. Развел руками, улыбнулся. – Я всего лишь бог.

– Надо же, – невесело рассмеялся я. – Не думал, что услышу подобное от существа по определению всемогущего.

– Враки, – по-детски хмыкнул Род, небрежно махнул рукой. – Лишь людям дано менять свою судьбу. Открою секрет – вы существа более высокие и могучие, чем любой демон, бог или дух. Потому что способны чувствовать. Но вы должны пройти свой путь, понять важные истины. Тогда добьетесь истинного величия.

– Пройдем, – пробормотал я. – Куда ж деваться…

– Некуда, – засмеялся мальчишка. – Ты сам поспособствовал тому. И изменил судьбу человечества. Так что все зависит лишь от вас.

– Страшно, – признался я.

– Когда загоняют в угол, другого пути нет, – кивнул бог. – Что собираешься делать? Возрождать былую цивилизацию?

– Есть задумки, – отмахнулся я. – Незачем копаться в шелухе прошлого. Но и жить, как сейчас нельзя. Третий путь, компромисс. Сплав магии и технологий. Правда, еще не знаю, как осуществить. Ведь я обычный человек. Ни Силы, ни власти…

– Не надо врать самому себе, – нахмурился Род, плотно сжал губы. – Я ведь смотрел твою память, Александр. У тебя есть сила, есть знания.

– Угу, – без боя сдался я. – Еще б разобраться, откуда пришло. Просто порой знаю что делать, как подчинить природу. Словно кто-то нашептывает на ухо.

Мальчишка добродушно расхохотался, тряхнул соломенными волосами. Яркие глаза сверкнули как драгоценные камни.

– Ты стал ведуном, Александр, – со смехом пояснил малыш. – Первым за многие сотни лет. И знаешь, ведь славяне почти поголовно были ведунами. Ведать – гораздо больше, чем знать. Отсюда и слово совесть – совместное ведание. Души славян едины друг с другом и родной землей. Ты первый в новом времени. И есть надежда, что не последний.

– Угу, – буркнул я, судорожно пытаясь разложить по полочкам новое знание. – Ведун, да… Часто по голове били, поумнел. Ага, и лэвэл ап взял…

– Ты разберешься, – серьезно произнес мальчишка. – Твоя сила мала и велика одновременно. Но главное – ты выше судьбы.

– Чего уж там, – вздохнул я. – Как-нибудь…

Развернулся, шагнул в кусты. Но тут в мозгу вспыхнуло воспоминание. Я развернулся, встретился с серьезным недетским взором мальчика.