Сергей Джевага – Когда оживают Тени (страница 73)

— Я не так глуп, чтобы с порога бросаться титулами. А те, кто знает меня в лицо, сейчас приобщаются к святости под присмотром инквизиторов. Но планы возьму. Пусть и старые, но пригодятся. Вряд ли основные помещения переделывались.

Одобрительно хмыкнув, Дампир протянул бумаги. Я просмотрел схемы одна за другой, постарался запомнить. Затем сложил конвертом и кинул на столик.

— Побольше б времени, я бы нашел у кого раздобыть нужные сведения, — словно оправдываясь, сказал старый корсар.

— Знаю, — произнес я, памятуя, насколько много у него связей легальных и не очень, сколько ключевых знакомых, разумения, как работает черный рынок. Развел руками и добавил: — Чего нет, того нет, не суши мозги. Лучше скажи, что тебя терзает. Я же вижу.

— Не то, чтобы прям терзает, — хмыкнул Старик. — Не отпускает одна мысль, парень. Все свидетельствует о том, что твои недруги или конкуренты, называй как хочешь, в курсе о том, что ты задумал и зачем шел к Молоуни. И даже в курсе твоей второй личности. Но ума не приложу откуда. Ты не болтлив, слишком хорошо тебя знаю. В присутствии посторонних не распространялись. Так откуда?..

— Откуда, — задумчиво повторил я.

Вновь мысленно вернулся в прошлое, прошелся по событиям, а особенно по тем людям, кто посещал грот после моего возвращения. Встал и прогулялся по гостиной, повторяя путь… вдоль стены, заглянул под столик, просунул руку под помутневшую картину с изображением матери и отца. Вернулся к дивану и удобно уселся, на миг прикрыл глаза, восстанавливая в памяти детали того разговора.

— Парень? — насторожился Уильям. — Что ты ищешь?

— Это, — ответил я. Наклонился и пошарил под диваном, нащупал чужеродную металлическую деталь, рывком оторвал от металлического основания мебели и показал в открытой ладони.

Предмет напоминал металлическую шайбу. Не слишком большую, ровно такого размера, чтобы помещалась в кармане куртки или пиджака, с магнитным основанием и отверстиями на лицевой стороне.

— Ну-ка, ну-ка! — заинтересовался Старик. Надел очки и вытащил из кармана жилета отвертку, мигом выкрутил три винта на боку устройства, открыл и пару минут рылся в проводах. А затем швырнул на стол и грязно выругался.

— Прослушка, — констатировал я.

— Боюсь, что да, — мрачно подтвердил Дампир. — И знаешь, что любопытно? В устройстве нет ни одного гнозис-контура, абсолютно нет связи с Изнанкой. Чистая физика. Батарея, кажется, солевая, уже разрядилась, а передача осуществлялась посредством электромагнитных волн. Очень остроумно. Я читал о таких машинах, но считал технологию бесперспективной и устаревшей. Слишком ограничена, Изнанка дает больше возможностей.

— Но гнозис-устройство ты бы почувствовал. И я тоже. А чтобы скрыть вибрации Той стороны, потребовалась бы такая работа, что стоимость оказалась бы неоправданно высокой. Тут цена вопроса — грош.

— Верно, реальный плюс технологии. Тот, кто подкинул, знал о наших умениях. Или подозревал, что чуть выше, чем выставляем напоказ. Но кто? Как ты догадался?..

Взгляды встретились. Я криво усмехнулся, а в зрачках Старика сверкнула искра понимания. Он широко распахнул глаза и приоткрыл рот.

— Осознал? — хмыкнул я.

— Да, — выдохнул Уильям. — Но зачем?..

— Вот и выясню, — легко ответил я. Вздохнул и вновь встал, взъерошил волосы.

До последнего закрывал глаза на подозрения, факты и выводы. Сейчас, когда нашел шпионское устройство, по-прежнему надеялся, что ошибаюсь. И вместе с тем появилась определенность. Так как можно реагировать, действовать. И верно, легче ведь спросить, чем строить догадки?..

Однако как бы то ни было, подслушивающее устройство в доме все меняло. Не знаю, что выяснили недруги. Но стоило полагать — многое. Как минимум, что планируем делать и как. Максимум — догадались о наших вторых личностях, истинном роде занятий. И на фоне пристального интереса Тайной службы это было чертовски плохо. Не будь я привязан к гроту, не останься в беде Проныра, уже б паковал чемоданы и делал новые паспорта.

К моему удивлению, ругаться Дампир не спешил. И верно, находка ничего не меняла в текущей ситуации, лишь добавляла проблем и тревог. Только скривился, будто съел нечто кислое и сказал:

— Ты прав. Но точно знаешь, что делаешь? Прикрытие нужно?

— В другой раз, старина, — ответил я. — Справлюсь.

Бывший корсар скорчил мину — дескать, спасибо, что щадишь чувства, но способен постоять за себя. И, безусловно, был способен на многое. Но возраст накладывал отпечаток, да и не хотелось, чтобы засветился в моих делах. И Уильям проникся, лишь махнул рукой.

— Тебе стоит поторопиться. Если люди гранда вздумают нанести визит вежливости, это произойдет в ближайшее время.

— Ладно, — согласился я.

Мы уже успели обсудить возможные последствия внимания со стороны Тайной службы и сошлись на том, что дело дрянь. Нет, с одно стороны у них не было каких-либо доказательств, а смутные подозрения к делу не припишешь. Кроме того, что я скрылся от навязчивого приглашения поболтать.

Но именно последнее и плохо. Если бы подчинился, то вероятно сумел бы пустить водяные брызги в глаза, рассказал свою версию истории. Ту, что я не так давно озвучивал Брану. Ту, где я несчастный скованный наследник великого рода, желающий лучшего для матери и потому прячущийся под личностью дортмундского ученого. А потом вернувшийся в отчаянной надежде сохранить честь рода.

И вполне вероятно получилось бы. Вот только не было времени играть в допросы, так как любое промедление чревато невосполнимыми потерями. Для целостности драгоценной тушки Проныры точно. Потому грубый отказ от общения воспримут как вызов и начнут копать. Найдут нестыковки, укрепятся в подозрениях, мало-помалу выведут на чистую воду. А там, глядишь, и подкинут им информацию те, кто организовал «ухо».

Ну, или же люди гранда просто применят пытки. О Бойле Кейси, главе Тайной службы ходят совершенно дикие слухи, и я почему-то не сомневался — хоть часть, да правда.

Как бы то ни было, но немного времени имелось. И я его собирался использовать, чтобы вытащить Коула. А дальше видимо придется лично пойти на свидание с людьми гранда. Повиниться, объясниться. Ведь когда говоришь полуправду, ее очень трудно отличить от лжи.

Ну, или верно бежать несмотря на опасность сойти с ума от семейного проклятия.

Посмотрим.

Проблемы нужно решать по мере поступления. А данный момент я собирался закончить с Коулом.

Встав, я стянул с себя пижаму, зябко поежился и проверил, насколько туго затянуты повязки и шины на плече и груди. Принял серый комбинезон из грубой ткани, поданный Старик, морщась, надел и подтянул ремни и завязки. Затем пришел черед высоких ботинок с пряжками, наколенников и налокотников. В последнюю очередь я надел куртку-жилет из плотной кожи с вшитыми стальными пластинами. Поколебавшись, посмотрел на листы селенита, протянутые Дампир, но жестом отказался.

Я не собирался пока в Лимб, где без дополнительной защиты делать нечего. Конечно, селенит иногда полезен. Если столкнусь с гностиком, слегка притормозит и ослабит, исказит чужие Печати. Но если вздумаю снять оковы, внешний контур в жилете не позволит осуществлять воздействия, работать так быстро и решительно как хотелось бы.

Старик лишь пожал плечами — мол, дело твое. Покопался в вещевом мешке и подал планшет усиленного спас-комплекта и портативную аптечку. От этого я отказываться не стал, пристегнул оба предмета к поясу. Не стал противиться и шестизарядному револьверу, прикрепил подмышечную кобуру на ремнях. Вытащил оружие и провернул барабан, вернул обратно. Взял коробку с патронами и три заполненных запасных барабана. Поразмыслив, прихватил две коробушки поменьше, ровно по шесть штук. Одну с разрывными пулями из смеси селенита со сталью. Такие по слухам способны остановить и Вестников, а на деле отлично действуют на гностиках. И вторую с наполнением из крупинок соларита — взрываются не хуже гранат, вспышки дают такие, что ослепят любого. Распаковал, рассовал по ячейкам поясного патронташа.

И те, и другие боезапасы стоили столько, что каждый выстрел равнялся приличному куску золота. Но я, скрепя сердце, решил, что лучше перестраховаться.

Дампир лишь усмехнулся, заметив хмурое выражение моего лица. Достал большую шкатулку из потемневшей от времени меди. Я исследовал взглядом содержимое, и выбрал два грубых кастета из почти черного металла, опутанных паутиной линий. Тот, что поменьше обладал чудесным свойством увеличивать энергию удара вчетверо, а больший и более грубый добавлял дезориентирующее воздействие. Взвесив в руках, я рассовал болванки по карманам.

Следующим на очереди был поруч на левую руку со встроенным гарпуном и тросом, способным выдержать вес пары взрослых людей. Я притянул ремни и попробовал, насколько удобно двигаться, удовлетворенно кивнул. Взял из шкатулки короткий кортик в простых ножнах, закрепил на левом предплечье.

Свернув упаковку с колюще-режущим, Старик осторожно развернул чехол с кучей пробирок и ампул. Быстро изучив ассортимент, я взял побольше игл деактиватора, несколько шприцов с особыми боевыми коктейлями и кучу мелких пузырьков, на деле являющимися усыпляющими, шоковыми и парализующими гранатами, разбросал по кармашкам.

Последний сверток, представленный Уильямом, содержал на взгляд непрофессионала абсолютный мусор — какие-то монетки, кусочки стекла и камня, оплавленные фигурки, куски железа, побрякушки, когда-то бывшие украшениями. Тут я завис надолго, вдумчиво осматривая каждый из предметов, размышляя и прислушиваясь к ощущениям. В итоге взял две древних монеты, одну серебряную, вторую медную. Помедлил, и выбрал миниатюрную статуэтку женщины, смахивающей на ангела из-за крыльев за спиной. Прошелся пальцами по бронзовой спине, ощутил покалывание и спрятал в потайной карман.