Сергей Дымов – Логово Иблиса (страница 7)

И нет, звуки деревни, с ее собаками и петухами ей не сильно мешали. Но вот шум прибрежного леса, ветер и какие-то неясные, но жуткие звуки с той стороны реки… Что это, нечисть? То есть, твари, мутанты?

Нет, Алиса не сомневалась в существовании тварей, более того, она даже видела несколько фото. Твари были мертвы и обезображены, и понять, как они выглядели при жизни, было решительно невозможно. Одно можно было сказать – это не собаки, волки, лисы, медведи или какие-то знакомые животные. Нет, это было нечто чуждое и незнакомое, совершенно точно. Но нечисть? Увольте, двадцать первый век на дворе!

Утром Алиса с трудом продрала глаза. Будильник, который поставила на пять утра, она, конечно, не услышала. Как и его дубль в шесть и в полседьмого. Но в семь, кряхтя и чертыхаясь, девушка выбралась из кровати.

Потянулась, поморщилась. С едва сдерживаемым стоном, пошла на кухню и полезла в шкафчики.

– Есть в этом доме кофе? – не особо надеясь на успех, спросила она, и, к радости своей, обнаружила банку растворимого Jacobs. Не супер, но на безрыбье и рак рыба, решила она. Налила в чайник воды, щелкнула кнопкой. Чайник тихо загудел.

Интересно, подумала Алиса, электричество по-прежнему подают, вода в кране есть, то есть инфраструктуру поддерживают. Хорошо. Она ожидала худшего, что они тут носят воду из Волги и вытирают задницу камнем. Даже большую пачку влажных салфеток с собой захватила. Мало ли, вдруг подходящего камня не найдется?

Чайник закипел, и Алиса налила себе кофе. Сахар она даже не искала, кофе она любила крепкий, черный, не сладкий. Она закурила сигарету, сделала глубокую затяжку и, не выпуская дыма, сделал глоток кофе. Вредно, да, она знала. Но нет лучшего способа проснуться, в этом она была уверена.

– Алиса, проснулась? – раздался стук в дверь, и девушка открыла. На пороге стояла Гульнара.

– С трудом, – мрачно ответила девушка – проспала, извините. Мой… Ярослав меня не дождался?

– Сидит, третий самовар чая дует, – усмехнулась Гульнара – иди, я и так удивляюсь его терпению.

– Да, сейчас!

Она закрыла дверь и принялась быстро наводить лоск. Махнула слегка тушью по густым ресницам, немного помады. Критически оценила себя в зеркале – сойдет, для сельской местности.

Нацепила на себя штаны и майку, схватила телефон и выскочила. Подходя к беседке, сбавила скорость и степенно, будто никуда не спешила, вошла.

Воронов сидел за столом и пил чай. Одет он был так же, как вчера – майка, поверх нее разгрузка. Перевязь с мечом (шпагой?) и кинжалом лежала рядом на лавке. Точнее, она была похожа на кавалерийскую портупею времен Гражданской войны, но не суть, Алиса в этом не сильно разбиралась. Да, на сей раз, автомат тоже был. Короткий, но смертоносный14. Он небрежно лежал на лавке рядом с портупеей.

Ярослав заметил подходящую девушку и пристально посмотрел на нее.

– Любите вы поспать, – буркнул он, делая глоток из чашки.

– Простите, не привыкла, – она развела руками – будильник поставила, но даже не услышала его.

Мужчина лишь пожал плечами.

– Извините, Ярослав, можно вопрос? Вы вармонк?

Тетя Гульнара, казалось, поперхнулась и схватила приступ одышки одновременно, так она закашлялась и покраснела лицом. Но у мужчины не дрогнул ни один мускул. Он спокойно отхлебнул еще чаю и ответил:

– Так нас называют, да. Мы себя так не зовем.

– Простите, не хотела вас обидеть, – быстро сообщила Алиса – а как вы себя зовете?

Он помолчал, сделал еще глоток чая и долил себе из самовара. Отпил еще, удовлетворенно кивнул. Журналистка ждала.

– Да вы диктофон включайте, не стесняйтесь. За вас большие люди просили, я расскажу, что знаю, – он помолчал – и то, что вам можно узнать.

Алиса мысленно назвала себя дурой и включила диктофон.

– Мы беседуем с одним из тех, кого называют вармонками… простите, имя называть можно?

– Позывной. Ворон я, – ответил Яр.

– Это воин с позывным Ворон. Здравствуйте, уважаемый Ворон.

– Просто Ворон, без «уважаемый», – поправил вармонк – здравствуйте.

– Скажите, вас называют вармонками, точнее Орденом Вармонков. Насколько мне известно, вы себя называете иначе?

– Да. Мы себя зовем Божьими людьми.

– Почему? – уточнила Алиса.

– Потому что воюем с Нечистым, именем Господа нашего.

– Вы все настолько верующие?

– Насколько «настолько»? – холодно спросил Ярослав.

– Ну… – Алиса подбирала слова – настолько, чтобы вести праведную жизнь и воевать с… нечистью.

– Насчет праведной жизни это не нам судить, – ответил он – а нечисть бить, это обязанность любого человека.

– Вы тут все православные? – спросила девушка.

– С чего вдруг? – поднял бровь Яр – мы в Казани, тут половина мусульмане.

– И тоже Божьи люди?

– А почему нет? Вы же знаете, что христианство и ислам это две очень близкие религии?

– Знаю, – кивнула Алиса – ну ладно, допустим. И чем вы тут заняты?

– Патрулируем, в основном. Чтобы нечисть за пределы Логова не вылезала, да людей не рвала. Для того и патрулируем.

– А правда, что в Логово ходите тоже

– Ходим, но не все, – хмуро ответил Ярослав – не все могут, не справляется большинство.

– Даже верующие?

– Крест на груди еще не страховой полис, – назидательно ответил Ворон – многие гибнут. Многие пропадают.

– А вы? Сколько раз ходили в Логово? Говорят, больше всех остальных.

– Пустое болтают, – ответил Яр – но да, хожу давно.

– И что там делаете? Расскажите, если не секрет.

– Расскажу, – ответил воин – нечисть убиваю. Вот этим.

Он поднял с лавки портупею и вытянул из ножен клинок, показал Алисе. Неширокий, больше похож на рапиру 17 века, чем на рыцарский меч. Простая крестообразная гарда без чаши. Чуть шире у рукояти, чем ее исторический прообраз, сантиметра четыре. Сужается к острию. Обоюдоострый клинок, треть длины ближе к рукояти без заточки.

Металл тускло поблескивал, на клинке были видны мелкие царапинки, тщательно заполированные, увидеть их можно было только присмотревшись.

– Понятно, – сказала Алиса, вернув оружие – и сколько вас тут таких?

Ярослав пожал плечами.

– Тут человек двадцать, на этом берегу. Есть и другие, в других поселках. Сколько там – не знаю.

– Все мужчины?

– Почему же, и женщины есть, но мало. У нас их три всего.

– И как вам тут без женщин? – сама не понимая, зачем она затронула эту тему, спросила Алиса.

Яр нахмурился и пожал плечами.

– Справляемся как-то, – буркнул он – да и так-то немало женщин. Это среди Божьих людей их всего трое. А так… да вон, хотя бы Гуля, – и он кивнул на тетю Гульнару.

Ей показалось, или он усмехнулся, совсем чуть, краешками губ? Нет, не может быть…

– А вы… ну… монахи? – спросила наконец Алиса.

И тут произошло то, чего она никак не ожидала. Ярослав расхохотался. Он смеялся так долго и так заливисто, что Алиса сначала испытала недоумение, затем раздражение, а затем рассмеялась и сама. Но смех утих так же быстро, как и начался, и лицо Ворона вновь приняло каменное выражение, а глаза вновь блеснули льдом.

– Так вот что интересует ваших читателей, не евнухи ли мы тут, да?