Сергей Доровских – Выстрел в барских угодьях (страница 5)
– Доброй дороги, дорогой Иван Павлович! Удачи в Петербурге!
– И вам, Евграф Сергеевич, – с лёгким, почти театральным поклоном ответил Адлерберг, и последний раз его перстень мелькнул в свете подвешенного к лёгкой коляске фонаря, будто прощальный сигнал. – Не скучайте в Альтии! Помните о нашем висте!
Он ловко вскочил, и вскоре стук колёс растворился в ночной тиши. Евграф медленно прошёл к своему экипажу. Сев в него, он откинулся на подушки, и неожиданное чувство тепла и лёгкости наполнило его. Усталость куда-то ушла. Вместо гнетущей темноты будущего он видел теперь ясную картину: тёплый кабинет с книгами, стол, накрытый к ужину, сверкающие стопки и зелёное сукно, на котором развернется битва умов. Иван Павлович Адлерберг… Да, это был человек! Шумный, странный, с огненным темпераментом, но – живой! Настоящий.
Экипаж тронулся, увозя его дальше, в сторону спящей лесной Альтии. Евграф прикрыл глаза, но уже не видел ничего из прошлой жизни.
«Как здорово, – пронеслась в его голове ясная, почти радостная мысль, – что в этой глуши у меня будет такой сосед. Сосед и друг!»
В экипаже он откинулся назад и тут же заснул с лёгким, почти предвкушающим ожиданием того, что жизнь впереди – та самая, новая, – возможно, таит в себе не только тишину, но и интересные знакомства, споры, азарт и глоток настоящей, кипящей жизненной силы, которой ему, признаться честно, не очень-то хватало в доме на Английской набережной.