Сергей Донцов – Чёрная королева. Третье дело (страница 3)

– Ну что же милочка, у меня, к сожалению деловая встреча, так что кофе, пожалуй, выпьем с тобой в следующий раз, если такой представится. Вадику передай, что я на неделе, как-нибудь заскочу. Провожать меня не нужно, – и Тамара Петровна величественно проследовала в прихожую. Раздался щелчок замка, и о её посещении напоминала только нетронутая чашечка кофе. «Стерва», – подумала Женя и вылила кофе в раковину. На варочной поверхности вольготно расположилась коричневая лужица.

2

Отрезок пути от Никольского шоссе до коттеджного посёлка, а это без малого восемь километров, наконец-то отремонтировали. Совсем недавно это была полоска на земле, по которой прошёл грейдер, а сверху слегка присыпали довольно крупной щебёнкой. Конечно, можно было бы скинуться жильцам посёлка, всё-таки люди не бедные, но как-то не случилось. Может потому и не случилось, что не бедные. Да и на какой-нибудь «Тойоте лендкрузер», неровности на дороге не очень заметны. Но всё равно хорошо, что в посёлке приобрёл себе жильё местный городской депутат. Он то и пробил выделение федеральных денег на ремонт, а фактически на строительство. Есть, есть от них польза. Правда он слегка перестарался, на последних трёхстах метрах перед КПП, высадили аллею из каштанов. Красиво, ничего не скажешь. Но, что будет осенью, когда они, каштаны, начнут плодоносить? Сколько тысяч колючих шариков рассыплется по дороге? КПП из стекла и бетона, шлагбаум и охранник в камуфлированной униформе всегда неожиданно появлялись из-за поворота. Шлагбаум взлетел вверх, беспрепятственно пропуская машину. Для своих, а охранники знали всех, пропуск не требовался. Территория посёлка была спланирована с претензией на оригинальность, прямо за КПП была устроена небольшая площадь в виде полукруга. По краям площади расположилось три общественных здания. В одном из них, как сейчас принято говорить – минимаркет, где можно было купить всё, что душе угодно, разве что, слегка дороже, чем в городе, в другом, небольшое кафе, которое почти всегда пустовало и, наконец, жилконтора, которая ведала водой, газом, электричеством и всем остальным, что может обеспечить комфортное проживание в посёлке. От площади, лучами расходились дороги, вдоль которых расположились «скромные» бунгало местного населения. Глядя с высоты птичьего полёта, всё это напоминало солнце на детском рисунке. Наверно, именно поэтому посёлок назывался «Солнечный».

Машина свернула на один из лучей и через несколько минут въехала во двор большого одноэтажного дома. У ворот замигала оранжевая лампа и они с тихим гудением закрылись. На парковке перед домом уже стояли два автомобиля. Небольшой, розового цвета кабриолет и ничем не примечательный, серенький «Фордик». Дом, хоть и одноэтажный, но раскинулся на территории не менее трёхсот квадратных метров. В нём хорошо сочеталось остекление в чёрных рамах, с кирпичом под старину и кое-где белыми оштукатуренными вставками. Конечно, на участке присутствовали и хозяйственные постройки, и место для барбекю, и бассейн и вымощенные брусчаткой затейливой формы, дорожки, да мало ли ещё чего. Из машины вышел хозяин всего этого великолепия и взглянув на припаркованные автомобили направился к дому. На крыльце его поджидал человек неопределённого возраста – ему можно было дать от сорока до пятидесяти лет, с какой стороны посмотреть. Чёрные волосы, без единого седого волоса были коротко подстрижены, глубоко посаженные серо-голубые глаза, скрывались за стёклами очков в большой роговой оправе и всегда были серьёзны. Слегка портил лицо квадратный подбородок, хотя, с другой стороны он придавал его владельцу мужественности и говорил о твёрдости характера. Он выполнял обязанности секретаря хозяина дома, к своей работе относился ответственно и был очень полезен при решении щекотливых вопросов.

– Добрый день, Евгений Андреевич. Овчаров уже прибыл и дожидается вас в гостиной.

– Хорошо, я поговорю с ним чуть позже. Что-то чертовски проголодался, ты уж распорядись там насчёт обеда. Кстати, Роза дома?

– Нет, Евгений Андреевич. Она ещё вчера уехала на встречу с подружками в клуб. Ночью был от неё звонок, что она заночует у друзей.

– Хм, а не кажется тебе Аркадий, что она зачастила с этими вечеринками. Ведь это, кажется, уже вторая за неделю. Может быть пора уже подумать о выходном пособии для неё.

– Ничего особенного за ней не замечено. Место положение телефона, постоянно отслеживается, разговоры прослушиваются. Но решать, конечно, вам.

– Пожалуй, нужно поразмыслить над этим на досуге. Ладно, я пойду приму душ, переоденусь. Обед пусть накроют на веранде – жарко сегодня.

– Хорошо, Евгений Андреевич.

Феоктистов Евгений Андреевич прожил весьма насыщенную жизнь, богатую взлётами и падениями, приобретениями и потерями. Свой не простой путь в бизнесе он начал в неспокойные девяностые годы. Нельзя сказать, что он достиг заоблачных высот, но кое-какой вес в узких кругах, всё же представлял. Ему удалось пройти по узкой дорожке между преступлением и честным предпринимательством. Сегодня, в свои не полные шестьдесят лет, он являлся владельцем крупной сети кофеен в городе и области. Спокойная размеренная жизнь его теперь вполне устраивала, а бизнес давал средства к приличному существованию. Семьи он не завёл, дети, если и были, то он о них ничего не знал. Рядом с ним всегда была какая-нибудь молоденькая подружка, не для серьёзных отношений, а, как говорится, исключительно для здоровья. И, надо сказать, что на здоровье он не жаловался. Весь его вид говорил о правильном образе жизни. Седина в его волосах представлена была совсем незначительно, высокий лоб не бороздили морщины, карие глаза под пышными бровями смотрели внимательно и спокойно, нос, с небольшой горбинкой, гармонично разместился над аккуратно подстриженными усами и даже еле заметный шрам на подбородке, неприятное последствие бурной молодости, не портил общего впечатления. Евгений Андреевич только что закончил свой обед и потягивал ароматный кофе из большой белой чашки. Он принципиально не ходил в собственные заведения, встречи со своими агентами предпочитал проводить дома на своей территории. Вот и сейчас с ним за столиком сидел один из них. Это был человек среднего возраста, в общем-то ничем не примечательный, если не считать изящную трость, которую он прислонил к свободному плетёному креслу.

– Евгений Андреевич, на этой неделе ничем особо выдающимся порадовать вас не могу. Есть вещи, которые были бы интересны рядовому коллекционеру, но не вам, цена вопроса не та. Правда вчера приходил один старичок, ничего не принёс, но, по его словам, у него есть кое-что интересное. Я договорился с ним о встрече на завтра. Если это то, о чём я думаю – можно— будет с ним поработать.

– Ну что же, я полностью полагаюсь на твой профессионализм. Держи меня Григорьич в курсе. Если там действительно, что-то ценное – звони, обсудим. На сегодня всё, занимайся своими делами.

– До свидания Евгений Андреевич. Позвоню, как только будет результат, – агент, так его называл про себя Феоктистов, поднялся, ещё раз кивнул и взяв свою трость, заметно прихрамывая на левую ногу, вышел с веранды на парковку, где, усаживаясь в автомобиль, никак не мог пристроить свою больную ногу

Евгений Андреевич собирал марки, не все подряд, а только исключительно ценные. Он не был коллекционером как таковым, его интерес к маркам был специфичен. Он не сидел дома в своём кабинете с лупой, изучая какую-нибудь ценную марку, не восхищался её редкостью, по правде говоря, ко всем этим атрибутам коллекционеров он был равнодушен. Его привлекал в марках их денежный эквивалент. После известного дефолта, когда ему ели-ели удалось удержаться на плаву, Евгений Андреевич обратил своё внимание на эти маленькие квадратики, которые при любых финансовых катаклизмах не теряют своей цены и, которые всегда можно обменять на живые деньги. Кроме того, они не занимают много места, очень удобны в транспортировке и не требуют больших финансовых вложений для надёжного хранения. Здесь, в своём доме он оборудовал комнату с железобетонными стенами и дверью, какие используют в банках. Фактически, это была комната-сейф. Снаружи дверь была замаскирована под обычную стеновую панель, которая отходила в сторону при нажатии неприметной кнопки. Внутри, по стенам, стояли стеллажи с марками, в центре комнаты располагался рабочий стол и два кресла. На столе присутствовал монитор, на который выводилась информация с камер расположенных в доме и на прилегающей к нему территории. Такой уровень защиты, казался Евгению Андреевичу вполне достаточным. Здесь же в компьютере, хранилась вся информация. Коллекцию он пополнял не совсем законным образом. Нет, он не спонсировал кражи, боже упаси. На него работал штат агентов в разных городах. В их обязанности входило ежедневное посещение клубов филателистов и отслеживать появление марок, стоимость которых на рынке была бы не менее трёхсот тысяч рублей. Казалось бы, цена не велика, но Евгений Андреевич хорошо помнил ещё советский слоган: «Копейка рубль бережёт». Когда марка была найдена, в дело вступал агент. Он очень обоснованно предлагал клиенту цену, которая была в десять и более раз ниже реальной. Если человек был лох в этом вопросе, он с радостью соглашался с предложенной ценой, ведь марка валялась где-то на антресолях, никому не нужная и, вдруг, она принесла солидную денежку. Если же человек знал реальную цену марки, в работу включалась специальная группа из отставных спортсменов-боксёров, которую Евгений Андреевич всячески подкармливал и лелеял. Их задача была убедить клиента, что лечение не стоит тех денег, которые он боится потерять. До сих пор не было ни одной осечки. Вот уж воистину- было бы здоровье, а остальное мы купим. Так постепенно, коллекция выросла до внушительных размеров. Теперь при любых потрясениях, Евгений Андреевич мог рассчитывать на обеспеченную старость, тем более он поддерживал связи с известными аукционными домами, изредка выставляя на них не самые ценные экземпляры.