Сергей Диковинный – Кот на подоконнике (страница 12)

Ильдар посмотрел на него.

И набрал номер.

А вечером, ближе к десяти, к Денису на телефон пришло сообщение. Незнакомый номер. Одно предложение. Без подписи.

«Нашла. Сидела под машиной. Не красной. Серой. Спасибо».

Денис прочитал. И положил телефон на стол.

Барсик спал на подоконнике. Москва горела тысячами окон. Ильдар внизу, у себя, смотрел сериал про бандитов и ругался, что «всё не так в жизни».

А на столе, рядом с телефоном, лежала визитка. Из тех, что раздавались в зале. Белая, плотная. С одной стороны — золотая надпись: «Магия судьбы». С другой, от руки, чуть дрожащей ручкой:

«Завтра в пять. Ясмина».

Денис посмотрел на неё. Взял. Положил в карман. И сел рядом с Барсиком у окна — смотреть на город, в котором у него наконец-то началось что-то настоящее.

Глава 6

Клиент

Ясмина пришла в пять. Ровно. Без свиты, без помощников, без бархата.

Чёрный костюм, простые серьги, волосы убраны. В руках — небольшая сумка. У входа сняла туфли, не спрашивая. Прошла за Ильдаром в гостиную, посмотрела в окно на Москву, потом на Дениса, потом на Барсика на подоконнике.

— Кот, — сказала она.

— Барсик, — сказал Денис.

— Он главный?

— Он старший.

Ясмина улыбнулась — впервые без расчёта. Села в кресло. Ильдар принёс чай — поставил две чашки и отошёл к двери. Ясмина заметила его манёвр. Отметила. Ничего не сказала.

— Денис, — сказала она. — Я пришла без публики. Понимаете, что это значит?

— Да.

— Я хочу поговорить честно.

— Говорите.

Ясмина поставила чашку. Посмотрела ему прямо в глаза.

— Я двадцать лет в этом деле, — сказала она. — Я видела десятки «настоящих». Они приходили. Все. Психики, ясновидцы, потомственные целители, люди с родовыми дарами, люди из ниоткуда. Все они — сцена. Если ты умеешь говорить красиво, держать паузу и попадать в человека — ты выиграл. Это театр. И я в этом театре — прима.

Денис молчал.

— Но вы — не театр, — сказала Ясмина. — Вчера вы сделали что-то, чего я не поняла. И я не понимаю это до сих пор. Вы не сказали адрес. Вы не сделали так, чтобы кто-то зааплодировал. Вы просто открыли в Вере то, что в ней уже было. Люди ответят: «ну, повезло», «ну, наводка», «ну, психология». Я так не отвечу. Я двадцать лет вижу, что такое «психология». То, что было вчера, — не психология.

Она помолчала.

— Что вы такое?

Денис смотрел на неё.

Долго.

А потом сделал то, чего сам от себя не ожидал. Он не стал уходить от ответа. У него было два пути: врать — как врал всем, «провинциал», «наследство от деда», — или сказать не всё, но не соврать.

— Я приезжий, — сказал он. — Я не из этого города.

Ясмина кивнула — это она уже знала.

— И не из этой страны, — добавил Денис.

Ясмина молчала.

— Я не из этого мира, — сказал он совсем тихо.

Ильдар у двери выпрямился.

Ясмина сидела. Ничего не изменилось в её лице. Она отпила чай. Поставила чашку.

— Хорошо, — сказала она. — Спасибо, что не стали врать.

— Вы верите?

— Не знаю, — сказала Ясмина честно. — Но я верю, что вы в это верите. Это уже больше, чем всё, что я видела за двадцать лет.

Она встала.

— У меня к вам дело.

— Одно? — спросил Денис.

— Одно. Но не из тех, что ищут кошку. — Она вынула из сумки телефон, посмотрела на время. — Через час сюда приедет человек. Я дала ему ваш адрес. Не спрашивайте, откуда я его взяла. Считайте, что это мой первый подарок вам. Он приедет, потому что через меня. Не через Ильдара. Через меня. Это важно.

— Почему?

— Потому что на него нельзя смотреть как на соседа. — Ясмина застегнула сумку. — Это не Наталья Сергеевна. Это не Вера. Это человек, у которого деньги, связи и очень мало страха. И у него есть вопрос, на который он хочет ответ сегодня.

— Кто он?

— Его зовут Антон Игоревич Ремизов. Владеет несколькими компаниями. Строительство. Логистика. Недвижимость. — Ясмина помолчала. — На публике не светится. В газетах не пишут. У него хорошие адвокаты, хорошая жена, трое детей, две квартиры. И один вопрос.

— Какой?

— Он не знает, кто из его партнёров его сдаёт. — Ясмина посмотрела на Дениса. — Я не знаю подробностей. Я не спрашивала. Он сам расскажет. Я только передала: есть человек, который может ответить.

— Вы сказали ему, что я — настоящий?

— Я сказала ему, что вы — не такой, как все. — Ясмина улыбнулась. — Это правда. Больше ничего. Он сделает выводы сам.

Она пошла к двери. Уже на пороге обернулась.

— Денис. Постарайтесь понять одну вещь. — Она посмотрела на него, и в первый раз за всё время в её глазах появилось что-то похожее на жалость. — Когда вы нашли кошку для Веры — это была правда. Правда, которую никто не увидел. С этим человеком будет иначе. Он увидит. И потом уже не отстанет. Он не тот, кому можно сказать «да» и уехать. Он не тот, кто забудет. — Она выдохнула. — Если он поймёт, кто вы, — вы станете его. Он вас купит. Деньгами, связями, людьми. Он всегда покупает.

— А если я не продаюсь?

— Тогда он купит кого-то рядом с вами. — Ясмина бросила взгляд на Ильдара. — Всегда рядом есть кто-то.

Ильдар молча смотрел на неё. Ничего не сказал.

Ясмина ушла.

Ремизов приехал через час.

Не как бизнесмен. Как охотник. Вошёл тихо. Оглядел пентхаус — не с завистью, а с оценкой. Снял пальто. Не подал его никому — сложил сам, аккуратно, перекинул через спинку кресла. Сел в кресло — не в то, где сидела Ясмина, а в то, где вчера сидел Денис. Оценил. Улыбнулся чему-то своему.

Лет пятидесяти. Седой, коротко стриженный. Серый костюм без логотипов. Часы — дорогие, но не выпендрёжные. Глаза серые, спокойные, как у врача. Он смотрел на Дениса так, как смотрят на нового сотрудника: интересно, но недоверчиво.

Ильдар стоял у двери. Ремизов на него даже не посмотрел. Ни разу. Это было заметно — Ильдар заметил сам. Он в первый раз в жизни понял, что его не замечают. И не обиделся. Запомнил.

— Денис Сергеевич, — сказал Ремизов. Голос мягкий, ровный. — Антон. Мне вас рекомендовали.

— Здравствуйте.