Сергей Диковинный – КАК ИВАН-ДУРАК МИЛЛИАРД ВЫИГРАЛ (страница 2)
Леночка заулыбалась:
— Какая интересная деталь! А вы не могли бы рассказать подробнее?
Иван вздохнул:
— Чего рассказывать-то? Грохнуло — я и проснулся. Думал, у дяди Коли самогонный аппарат рванул. А оно вон чо — гости из космоса.
Он хлопнул себя по колену:
— Ладно, пойдёмте в дом. Чайку попьём. Огурчиками угощу. Вы хоть ели?
Леночка хотела отказаться, но Иван так посмотрел на неё — просто и по-доброму, — что она вдруг сказала:
— Ну... если только чаю.
Они сидели на кухне. Иван налил чай в большую кружку с надписью «Лучший дед» и поставил перед Леночкой банку с огурцами.
— Давай-давай, подкрепись. А то худая какая-то. Вас там в вашей Москве не кормят, что ли?
Леночка засмеялась:
— Да кормят. Просто работа такая — всё время на бегу.
— А, — кивнул Иван. — Ну, это плохо. Человеку положено сидеть, есть не спеша и думать о хорошем. А вы всё бежите. Куда бежите-то?
Леночка задумалась. Потом честно сказала:
— Не знаю.
— Вот. А я знаю. Я никуда не бегу. Мне и тут хорошо. Так что вы это... передайте вашим — пусть к нам приезжают. Не на метеорит смотреть, а так... Пожить. Огурцы есть. Знаете, какие у нас огурцы?
И он начал рассказывать. Про то, как он солит огурцы. Про то, сколько укропа кладёт. Про то, что секрет — в воде из местного колодца.
Леночка слушала. И сама не заметила, как записала в блокнот: «Огурцы. Укроп. Колодец. Счастье».
* * *
Через неделю в Мухосранск пришла местная газета. На первой полосе — статья: «Метеорит упал в Мухосранске: учёные исследуют воронку».
А на второй полосе — маленькая заметка: «Иван Задов: человек, которого не убил метеорит».
Дядя Коля прочитал и обиделся:
— А почему это про него пишут, а не про меня? Я тоже метеорит видел!
Никто не ответил. Все читали заметку.
Там было написано, что Иван Задов — «удивительный человек, который живёт в гармонии с собой и миром». Что он «не гонится за материальными благами и считает, что счастье — в простых вещах». Что он «угостил корреспондента чаем и солёными огурцами, которые, по словам корреспондента, были лучшими в её жизни».
Иван прочитал и почесал затылок:
— Чего написали-то... «Счастье в простых вещах». Ну да, а чо? Оно и есть.
Он сложил газету, положил на подоконник. Шарик подошёл, понюхал.
— Не, Шарик, это не для тебя. Ты газеты не читаешь. Ты лучше Кузю спроси, он у нас грамотный. Правда, Кузя?
Кузя лежал на печке и не ответил. Он вообще редко отвечал. Только фыркал иногда — если что-то было не по нём.
Иван вышел на крыльцо. Посмотрел на закат. Небо было оранжевым и розовым, как в детстве. Он вздохнул полной грудью:
— Хорошо-то как. Огурцы вон растут. Метеорит упал — не в меня. Шарик рядом. Кузя на печке. Чего ещё человеку надо?
И пошёл спать.
Наутро следующего дня он проснулся от того, что телефон — видавший виды, старый, с кнопками — зазвонил. Да так громко, что Кузя аж подпрыгнул на печке.
Иван взял трубку. Заспанным голосом спросил:
— Алло?
— Иван Петрович Задов? — спросил вежливый голос. — Вас беспокоят из компании «Спортлото». Поздравляем, вы выиграли миллиард рублей!
Иван посмотрел на телефон. Потом на Шарика. Потом на Кузю.
— Ага, — сказал он. — И я вас тоже поздравляю.
И нажал отбой.
— Шарик, — сказал он. — Ты слышал? Миллиард я выиграл.
Шарик завилял хвостом.
— Ну вот, — вздохнул Иван. — А у меня огурцы не политы. Пойдём поливать. Миллиард подождёт.
И пошёл поливать огород.
ГЛАВА 2. Огурцы Ивана
Иван гордился своими огурцами больше, чем иной министр гордится своей пенсией. И было чем. У Ивана на огороде росли не просто огурцы — а произведение искусства. Соседи снимали шапку, проходя мимо его парника. Даже дядя Коля — который ни перед кем шапку не снимал, кроме как перед участковым — и тот уважительно козырял, глядя на грядки.
— Вань, ну как ты так делаешь-то? — спрашивали соседи. — У нас вон огурцы кривые, горькие, а у тебя — загляденье.
Иван пожимал плечами:
— Так я их люблю. Они и растут.
Люди не понимали. Но огурцы — понимали.
В прошлом году один огурец вымахал такой, что Иван с него три банки закатал. Три литровые банки, заметьте. Огурец нарезал — и три банки полностью, ещё и хвостик остался. Хвостик Иван отдал Кузе. Кузя хвостик съел и потребовал добавки.
— Не, — сказал Иван. — Добавки не будет. Это ж огурец — не поросёнок. Приходи через год.
Кузя обиделся и неделю спал под печкой, выходил только есть.
* * *
В этом году — а дело было ранней весной, как раз после того самого метеорита — в Мухосранск приехал агроном. Вернее, не агроном, а так... человек, который говорил, что он агроном. Мужичок маленький, юркий, с хитрющими глазами и портфелем, из которого торчали пакетики с семенами.
— Люди добрые! — кричал он на базарной площади. — Семена нового, небывалого сорта! «Богатырский хруст»! Урожай — космический! Пальчики оближешь!
Народ толпился. Тётя Зина взяла два пакетика, потом вернула один — что-то ей не понравилось в глазах агронома. Дядя Коля взял четыре, но потом выменял два на бутылку самогона — правда, самогон оказался водопроводной водой, и дядя Коля ходил злой неделю.
Иван проходил мимо. Агроном его окликнул:
— Уважаемый! Подходите! Сорт чудо-какой! Сами посадите — сами удивитесь!
Иван остановился, посмотрел на пакетик:
— А чего за сорт?
— «Богатырский хруст»! — затараторил агроном. — Огурцы — вот такие! — Он развёл руками, показывая арбуз. — А может, и больше! Сочные, хрустящие, один вкус чего стоит!
Иван взял пакетик, повертел в руках:
— А чего ж ты сам их не сажаешь, если они такие хорошие?