Сергей Диковинный – Дело о пропавшем призраке (страница 3)

Орлов помолчал.

— Вы верите в эту историю?

Кирилл долго не отвечал.

— Какая разница, — сказал он наконец. — Мне за неё платят.

— А если призрак вернётся? — спросил Орлов.

Кирилл посмотрел на него. Впервые за разговор в его глазах появилось что-то — не страх, не злость. Что-то другое. Что-то, чему Орлов не нашёл названия. Как у Ани.

— Не вернётся, — сказал Кирилл тихо.

— Почему?

— Потому что я его не пущу.

Орлов смотрел на него. Кирилл смотрел в стену. Долго. Молча. И в этой тишине Орлов понял, что нашёл первую настоящую ниточку.

Он вышел. В коридоре его ждала Синичкина.

— Орлов.

— Что?

— У меня тоже.

— Да?

— Аня. — Синичкина понизила голос. — Аня — администратор. Но она раньше работала в экскурсионном отделе. Вместе с Кириллом. Она ушла три месяца назад.

— Почему?

Синичкина помолчала.

— Она сказала: «Я не смогла работать с этим». Со «этим» — это её слова. Я спросила: с чем? Она сказала: с тем, что там показывают. С тем, что происходит на экскурсиях.

— А что происходит на экскурсиях?

Синичкина посмотрела на него.

— Она не сказала. Но она сказала другое. — Пауза. — Что призрак — не купец.

— А кто?

Синичкина не ответила. Из кабинета с камином вышел Кулибин — в очках на резинке, с прибором из чайника в руках. Он был задумчив. Очень задумчив.

— Кулибин, — сказал Орлов.

— Ммм.

— Что?

— Ничего. — Кулибин помолчал. — Пока ничего. Но там, на стене...

— Что?

— Царапины. — Кулибин показал на второй этаж. — На той самой стене, где «ходит» призрак.

— И что?

Кулибин посмотрел на него.

— Они свежие, — сказал он. — И сделаны не пальцами.

— А чем?

— Не знаю, — сказал Кулибин. — Но точно — не пальцами.

Он пошёл дальше по коридору. Орлов посмотрел ему вслед. Потом достал блокнот. Открыл. И сделал запись, от которой ему самому стало не по себе: «Призрак — не купец. Тогда кто?»

Глава 4. Ночное дежурство

Решили остаться на ночь.

Орлов — потому что хотел видеть своими глазами. Дроздов — потому что ему было интересно. Муромцев — потому что если что, он самый крупный. Кулибин — потому что у него были приборы. Синичкина — потому что без неё отдел не работал. Тимофей — потому что он всегда был там, где надо, и никто не знал, как он это делает.

Верещагин выделил им кабинет на первом этаже. Принёс чай. Принёс печенье. Принёс пледы. Он был вежлив, внимателен, предупредителен. Он был из тех людей, которые хорошо умеют быть хозяевами — и от этого немного страшно.

— В полночь, — сказал он. — Как всегда.

— Вы будете здесь? — спросил Орлов.

— Нет. — Верещагин замялся. — Я... у меня дела. Я приеду утром.

— Понятно.

Верещагин ушёл. Контора опустела. Сотрудники разошлись по домам. Остались только следователи, кот и пустые коридоры.

Было девять. Потом десять. Потом одиннадцать. Отдел сидел в кабинете. Дроздов листал телефон. Синичкина писала. Муромцев лежал на двух стульях, поставленных рядом. Кулибин возился с прибором. Орлов смотрел в окно. Тимофей сидел на подоконнике и смотрел на дверь.

— Орлов, — сказала Синичкина тихо. — Я вот что думаю.

— Говори.

— Если призрак пропал из-за кого-то, кто его «не пускает»... — она помолчала, — ...то зачем его вообще пускать? Какая разница? Призрак же выгоден. Бренд. Деньги. Экскурсии. Если Кирилл так говорит, значит, у него есть причина.

— Есть, — согласился Орлов. — Только мы её пока не видим.

— А если Верещагин врёт? Если призрак не пропал, а его спрятали? Убрали? Тогда у него мотив.

— У него мотив есть, — сказал Орлов. — Но у него нет нужды. Ему призрак нужен. Он за призрак платит.

— А если он платит за то, чтобы мы нашли не призрака, а... — Синичкина замялась, — ...кого-то другого?

— Интересная версия, — сказал Орлов. — Работай.

Она кивнула.

Часы шли. Ночь делалась глубже. Дроздов начал клевать носом. Муромцев спал — очевидно, но по-честному, как спят большие и уверенные люди. Кулибин отложил прибор и ушёл в коридор. Синичкина вышла поставить чайник. Орлов остался у окна.

И тогда Тимофей спрыгнул с подоконника.

Орлов повернулся. Тимофей стоял у двери. Смотрел на него. Потом поднял лапу и стукнул по двери. Один раз. Тихо.

— Что? — спросил Орлов.

Тимофей повторил. Стукнул лапой по двери. И посмотрел на Орлова. Долго.

Орлов подошёл. Открыл дверь. За дверью был коридор. Тёмный. Пустой.

Тимофей вышел в коридор. Пошёл. Медленно. Не оглядываясь. Как будто точно знал, куда идёт.

Орлов пошёл за ним.