Сергей Давыдов – 4. Сергей Давыдов. Смотрящие в ночь (страница 9)

      Мама просто не поверит. Мама ведь врач ухо-горло-нос, а врачи не верят в потусторонние силы, в привидений и упырей.

– Кто же это тогда хулиганил? – задумалась мама, подозрительно глянув на играющих в ножички ребят. – Ладно, мне хотелось бы знать, что ты вчера устроил на уроке. Почему на тебя учительница жаловалась?

– А чего? – замялся Кешка, нерешительно переступив с ноги на ногу.

– Я иду домой, а тут твоя учительница по арифметике, – сдержанно сказала мама и в это время из песочницы вылез Котька. – Сказала, что ты про неё гадости рисуешь. И это уже не первый раз!

– А чё, не я же первый написал, – обиженно засопел Кешка. – И вообще это не про неё написали, а про биолога!

– Значит про биолога можно писать… – рассердилась мама. – Совсем распустился! И нечего сопеть, сам виноват! Ничего, завтра вы, балбесы получите по первое число. Ваш учитель по математике выздоровел!

– Вурдалак чтоль? – обалдело ахнул Кешка и мальчика бросило в жар.

      Четыре дня назад заболел математик. Его, по слухам, здорово покусала собака, но ребята были только рады, что он заболел. Математик готовил им такую контрошку, с которой не сравнится вчерашняя проверочная!

      И вот он вызлоровел!

      "Значит контрошки теперь не избежать! – уныло подумал Кешка. – А я даже не учил! Всё, он мне вкатает единицу!"

– Какой вурдалак? – растерялась мама. – Ты что несёшь?

– Ну… так его все ребята зовут… – пробормотал расстроенный Кешка. – Потому, что вредный, двойки и единицы ставит!

– Вот значит, как вы своих учителей зовёте! – с осуждением заметила мама. – А я всё удивлялась, что Юлия Тимофеевна про тебя говорила! Химик у вас "Шкалик", учителя по физике, вы, говорят зовёте "Франкенштейном", учительница по музыке "Кикимора", а математика в нечисть записали!

– Кешка, айда в киношку! – позвали Кешку мальчишки.

– Сейчас! – откликнулся Кешка.

– Завтра вы узнаете, как лодырничать! – едко обещала мама. – Котя домой!

      Котька побежал за мамой. Кешка остался во дворе.

– Кешка, ты чего? – подошёл к другу Егор. – Мамка не отпускает?

– Вурдалак из больницы выписался, – упавшим голосом отозвался Кешка.

– Чё-о-о-орт! – уныло протянул Егор, сразу догадавшись, что завтра их ждёт в школе. Он тоже не учил арифметику. И Алик тоже, потому, что все те дни, когда математик болел, они после школы до ночи играли во дворе.

– Пацаны, айда на вечерний сеанс! – свистнул Кешке и Егору Алик.

      Мальчики добежали до остановки, влетели в аэробус и помчались по шумному проспекту, на котором уже зажегались вечерние огни…

                                    2

      Назад они возвращались, когда солнце скрылось за домами и лишь полоска заката, свет от фонарей и витрин расплескался на мокром асфальте. Но ещё держалось золото солнечных лучей на верхушках домов.

      Мальчики влезли в запоздалый аэробус и долетели до своей улицы.

      Завтра начиналась школа, но друзья не спешили расходиться по домам.

– Может притворимся заболевшими? – неуверенно предложил Алик.

– Узнает, – мрачно ответил Егор. – Ты чё, Вурдалака не знаешь чтоль?

– А если панатри заболеть? – подал идею Кешка. – Налопаемся мороженного, простудим горло, утром дохать будем, как бармаглоты!

– Ну да, достанешь ты сейчас мороженного! – с сарказмом фыркнул Егор.

      Повеяло холодом и вдруг раздался скрипучий, простуженный голос:

– Кому мороженного?

– Мороженное! – обрадовался Егор.

– Вон, мороженщица! – оживился Алик.

      Во дворе было ещё довольно светло и мальчики увидели мороженщицу, толкающую синюю, обшарпанную и какую-то ржавую тележку с мороженным.

– Тёть, подождите! – взволнованно закричали мальчишки. – Мы все хотим мороженного!

      Мороженщица дала им по эскимо и будто провалилась сквозь землю. А мальчики сели на краю песочницы, под грибком и стали лопать.

– Фу! – вдруг скривился Егор. – Оно воняет!

– А у меня червяки в мороженном! – брезгливо воскликнул Алик.

      Кешка, развернув своё в ужасе и с омерзением выронил его. Запах был такой, словно это мороженное целый год где-то кисло и тухло. В вонючей жиже извивались жирные белые червяки с красными головками.

      И вдруг в наступающей темноте раздался чей-то злой хохот, а из подъезда дома выпорхнула стая летучих мышей и взвилось в небо…

      Мальчики поспешили разойтись по домам. Кешка домчался на лифте до своего этажа и дома мама устроила ему головомойку за позднее возвращение.

– Если завтра опять получишь двойку, – раздражённо предупредила она, – я тебе такое кино и мороженное покажу, не обрадуешься!

      Утром все ребята дрожали от предчувствия близкой контрошки по арифметике. Вурдалак вошёл в класс, весь в чёрном, худой, как единица, с длинной шеей, с тараканьими усами и бледный, как смерть.

– Распустились, пока я болел, – проворчал он, недовольно оглядывая класс. – Опять небось не учили, лодыри, в кино шлялись, мороженное ели!

– Как он узнал? – в смятении толкнул Кешку под партой ногой Алик.

– А чё он такой бледный? – удивился Егор.

      Егор сидел сзади мрачнее тучи. Друзья всю ночь и всё утро отчаянно пытались заболеть. И окно открывали, и под холодный душ лезли, но когда настало время уроков, родители погнали их в школу.

– Не знаю… – растерянно шепнул другу Кешка. – Мамка говорила, что он поправился…

– Не шептаться! – услышал их математик. – Сейчас мы узнаем, кто из вас готовился к контрольной, а кто шастал по кладбищам и искал приключений!

      "Откуда он знает?! – опешил Кешка. – Он же в больнице лежал!"

      Дежурные кидали на парты тетради.

      Кешка бросил унылый взгляд в окно. За окном хмурились тучи, хотя, когда ребята встретились во дворе светило солнце.

      К концу урока лишь несколько отличниц и ябед сумели написать контрошку на пятёрки, ещё несколько счастливчиков получили четвёрки. Было немного трояков. Остальные схватили красных лебедей и единиц.

      Математик заявил, что не удивлён, ведь класс весь разболтанный, вожатые совсем не следят, по пионерской линии давно никто не прорабатывался. В общем ужас, а не дети!

      Прозвенел долгожданный звонок и математик ушёл. Кешка увидел странность: математик проплыл мимо зеркала и не отразился!

      И как только он исчез, из хмурых туч сразу показалось солнце. Игра света, или просто почудилось, но это было странным, даже зловещим знаком…

                                    3

      Занятия кончились, мальчики вышли из школы и зашагали по улице, размахивая портфелями и пуская в лужах пробки и бумажные кораблики.

      Кешка вынес мяч и мальчики побежали на детскую площадку. Но там сидели пятеро парней и резались в карты прямо на краю песочницы. Здешние ребята играли в стороне, но было видно, что дядьки им очень мешают.

– Пацаны, вы чего тут? – подошёл Кешка к местным ребятам.

– Эти нас прогнали… – обиженно шмыгнул носом маленький пацанёнок в синей куртке и шапке петушком, который держал за верёвочку грузовик.

– Они, как пришли с уборки на свалке, – недовольно пояснил другой мальчик на самокате, – так и сидят. А нам где играть?!

      Ребята возмущённо зашумели. Кешка с неприязнью посмотрел на взрослых, которые дулись в карты и шумели на весь двор.

      Вот так всегда! Одни трудятся, другие прогуливают, да ещё не дают детям играть! Одним радость, другим слёзы…