Сергей Давыдов – 3.Сергей Давыдов. Трое в открытом океане (страница 40)
Улица и пустырь, подёрнутые туманной дымкой, купались в янтарном сиянии угасаюшего дня. Сегодня мы с мальчишками поплывём искать таинственную субмарину. Я побежал в отряд. По пути я сыграл с мальчишками в казаки-разбойники, обменялся вкладышами от жвачек и вошёл в клуб.
– Снова действовать мне на нервы прибежал? – встретила меня Катя
– Угу, – отстранённо оглядев зал, ответил я. – Мы хотим на катамаране дойти до трубы, ну которая у девятиэтажки…
– Снова что-то затеяли? – нахмурилась Катя. – Мне стоит бояться?
Я вздохнул, рассматривая свои измазанные коленки.
– Не, мы просто покатаемся, – сказал я. – Мы так, поиграем и вернёмся…
– Знаю я ваши игры, – с сомнением ответила Катя. – В прошлый раз чуть не перетонули, во время игры… И рыбакам это не понравится.
"Мало ли что им не понравилось! – со злостью подумал я. – Заразы!"
Но Катя была права, когда у нас был бой с морфлотовскими, и мы и они чуть не перетонули на озере. А морфлотовские и вовсе втяпались в бакен…
– Ладно, я побежал к мальчишкам! – сказал я и пошёл на улицу.
– До встречи, беспризорная душа, – как то грустно отозвалась Катя.
Выбравшись на дамбу я взглянул на озеро. У пирса бились бортами о кранцы спущенные на воду шверботы. Но вспомнив о маме и об уроках, я поспешил домой. С ботаникой я разделался быстро, одел матроску и побежал во двор, где играли ребята, а они уже шли мне навстречу.
– Где ты был? – недовольно спросил Костя Раскатов. – Мы тебя ждали, а ты где-то шастал всё это время!
– Домой заходил, – уклончиво ответил я. – А потом ботаникой занимался.
– Серёнь, давай с нами купаться? – окликнул меня издали Влад.
– Угу! – обрадовался я и побежал к друзьям. – А мы же хотели на катамаране до трубы плыть…
– Нас рыбаки прогнали, – с раздражением вздохнул Костя. – Говорят, мы им рыбу распугиваем! А мы всего-то по набережной бегали, когда в коли играли. Даже в воду не лезли.
– Давай босиком вдоль берега? – предложил Влад. – А у плотины искупаемся!
Я взмок из-за солнца и беготни по дворам, а вода так манила прохладой.
– Давай! – не утерпев, кивнул я.
Зелёная вода была студёной. Мы шли вдоль берега, по колено в воде, то и дело вскрикивая от холода. Со дна поднимались облака ила при каждом нашем шаге. Зелёные лягушки ныряли в камыши и осоку.
Мы дошли до плотины и искупались. Сунув ноги в кросовки, мы помчались по дороге, назад, во дворы.
На танцплощадке вовсю шла дискотека. Рядом играли мальчишки, которых не пускали, потому, что маленькие. Играла музыка:
Мы ехидно посмотрели на танцующих.
– Юра вумэн, Вася мэн! – передразнили мы с мальчишками песню.
– Будете попугайничать, – погрозила нам Лизавета, – утоплю!
Мы засмеялись и продолжили дразниться.
А в это время началась другая песня:
Когда мы с ребятами снова вышли гулять на набережную канала, на улице темнело. Солнце отражалось в окнах стоявших на том берегу домов.
– Исчезла… – выдавил из себя Костя, когда мы вышли к набережной.
Вода была тихой, ни таинственной субмарины, ни той железяки не было.
– Может причудилось? – с надеждой спросила Светка.
– Ага, всем сразу причудилось? – недоверчиво сказал Тим.
Мы покидали в воду камни и разошлись гулять.
– А я такую жуть слышал, – вспомнил Серёня, – только не о субмарине, а о призрачном мотоботе, который иногда встречают моряки и рыбаки. Будто он весь ржавый, иллюминаторы выбиты. Один рыбак тонул, а тут вдруг мотобот, словно со дна поднялся! На борту три шестёрки, а на мостике стоит чёрная фигура в зюйдвестке и штормовом плаще. А вместо лица череп! Потом этого рыбака нашли, только он чёкнулся короче и всё рвался уплыть.
– Три шестёрки?! – ахнул Влад, споткнулся и чуть не полетел в воду. – Но на той каракатице они тоже были! Докань были, Серёнька?!
– Ага, – медленно кивнул я. – И на той субмарине!
– А что это за мотобот? – спросила заинтригованная Светка.
– Мотобот дьявола! – горячо ответил Серёня. – Шарит везде, ищет утопленников, чтобы они вместо него бродили на этом мотоботе… А капитана иногда там и нет, и видят мёртвую собаку. А иногда и вообще никого. Зайдёшь на палубу, а он сразу раз, и на дно!
Я кинул в воду плиточку и задумчиво глянул на колончу и розовую луну.
Три шестёрки конечно нам не привиделись. Это ведь его метка, по которой его испокон веку узнают все моряки…
И уж не он ли притворялся сегодня субмариной? И не этот ли призрачный корабль мы встречали на водохранилище во время грозы?
Глава IV
Тревожный сигнал
1
Вечером после мультиков, мы с ребятами оседлали дуговую лестницу и менялись вкладышами от жвачек. Я променял один маленький пластмассовый пистолетик на чубрика бумера зелёного цвета, и ещё несколько вкладышей жвачки лав из отдал девчонкам на переводилки с динозаврами.
Девочки визжали от радости, потому, что вкладыши были про всякую девчачью фигню вроде любви, свиданий и поцелуев, а я радовался переводилкам, потому, что их можно было намочить и перевести прямо на руку или на ногу, взамен тех, что почти стёрлись.
– У тебя есть турба? – спросил я Корьку Метёлкина.
– У-у… – стыдливо опустил глаза Корька.
– У тебя чё, нет турбы? – презрительно фыркнул я. – Ну ты лох!
– А мы ему по морде чайником! – дразнительно пропел Симка.
Вдад щёлкнул ноябрёнка по носу, чтоб не зазнавался.
Менялись и самими жвачками. Один лав из я сменил у девчонок сразу на три Базуки Джо. У обоих жовок вкус был так себе, но мне срочно было нужно их сжевать и сделать прилипающие шарики для рогатки.
– Дракулу хочешь? – спросил меня Павлик Найдёнов. – Смотри, какой монстр! Я тебе его, а ты мне жвачку с Черепашками-ниндзя.
– Фиг, – отказался я, жуя жвачку и уже думая пустить её из рогатки в окно злой тётки, которая гоняла нас с бойлерной.
– Ну и дурак! – обиделся Павлик. – Тим, будешь меняться?
– На что?
– На Черепашек-ниндзя!
Закончили меняться, когда родичи позвали нас по домам. Я как всегда ел из-под палки, и едва вытерпел! И доедая сосиску вылетел на улицу.