Сергей Чувашов – Вчера ты был королём, а завтра уже в музее (страница 2)

Каскадёры. Это вообще жесть. Сейчас компьютерная графика может сделать любого актёра Человеком-пауком. Каскадёры нужны всё реже. Через десять лет они останутся только в очень крутых фильмах, где режиссёр — фанат настоящего огня и битого стекла.

Риелторы. — Мам, а зачем нам риелтор? — спросил как-то Арсений, когда мы искали квартиру. — Мы же сами нашли объявление на «Циане». Мама задумалась. И правда — зачем? Каталоги, форумы, обзоры — всё есть в интернете. Риелтор как вид вымирает, как мамонт.

Хорошая новость: не всё потеряно

— Так что, нас всех уволят? — паникует Арсений.

— Не всех. Только тех, кто не хочет учиться новому.

Я достаю список профессий будущего из того же «Атласа». Там есть, например, «сити-фермер» — человек, который выращивает овощи на крышах небоскрёбов. «Проектировщик умных домов». «Эко-аналитик». «Разработчик киберпротезов». «Тренер творческих состояний» — звучит как бред, но без шуток.

— Ты понял, да? — я смотрю на Арсения. — Тот, кто умеет переучиваться, выживает. Тот, кто застрял в прошлом, идёт работать фонарщиком в музей. Буквально.

— А если я не знаю, чему учиться?

— А если я не знаю, — передразниваю я. — Слушай, вот тебе план. Найди то, что тебе реально интересно. Не «чтобы мама не ругала», а от чего у тебя глаза горят. И прокачивайся в этом каждый день. И ещё — учись всему вокруг. Как собрать дрон. Как настроить рекламу. Как говорить с людьми. Как писать тексты. Как продавать.

— Это же куча всего!

— А ты думал, в будущем будет легко? Легко — на свалке истории.

Пример из жизни: тётя Зина победила прогресс

Знаете, кто меня вдохновляет? Тётя Зина, бывшая машинистка. Она в 55 лет выучилась на SMM-менеджера. Сейчас ведёт аккаунт местного музея. Публикует посты про старые пишущие машинки. У неё 20 тысяч подписчиков, и она счастлива.

— Зина, как ты это сделала?

— А ты думал, — смеётся она, — если я умела печатать 400 знаков в минуту, то не научусь постить мемы? Просто не бойтесь, люди. Прогресс — он не враг. Он друг. Немного наглый и бесцеремонный, но друг.

Последний диалог

— Ладно, — Арсений вздыхает и прячет телефон в карман. — А кем мне быть, чтобы не пропасть?

— Кем угодно. Но с одним условием.

— Каким?

— Ты должен уметь делать то, что не сможет робот. Например... придумывать шутки. Утешать друга. Смотреть на закат и говорить: «Красиво». Любить в конце концов.

Арсений молчит минуту.

— Тогда, наверное, я буду... человеком, — говорит он.

— Отличная профессия. Самая редкая сейчас.

— Да?

— Самая. И самая нужная. Роботы не умеют быть людьми. Пока не умеют. А ты умеешь. Иди, дыши.

Он улыбается и уходит. А я остаюсь думать: мы меняем мир. Мир меняет нас. И это не грустно. Это просто... интересно.

Глава вторая: А давай копнём глубже?

Он улыбается и уходит. А я остаюсь думать: мы меняем мир. Мир меняет нас. И это не грустно. Это просто... интересно.

Интересно, чёрт возьми. Как наблюдать за муравейником, который вдруг решил построить небоскрёб. Смешно, суетливо, иногда трагично, но никогда — не скучно.

Я наливаю себе чай, сажусь в кресло и смотрю в окно. За стеклом — обычный двор. Дети гоняют на самокатах. Собака лает на голубя. Бабушка на лавочке тычет пальцем в смартфон. Ей, наверное, внук показал, как заказывать лекарства с доставкой. А лет десять назад она ходила в аптеку пешком, и это было целое приключение: очередь, строгая тётка в белом халате, запах валерьянки и вечные «рецепта нет, приходите завтра».

А теперь? Тыц-тыц — и курьер у двери.

Прогресс, мать его.

Но вот о чём я всё думаю: мы привыкли считать, что технологии — это круто. Быстро, удобно, чисто. Но почему-то, когда я вижу старые фотографии, где люди пишут письма от руки, где стоят в очередях за хлебом, где шьют одежду сами, мне становится немного... тепло. Ностальгия по тому, чего я даже не застал.

— Ты чего загрустил? — в дверях появляется моя жена Лена. Она работает фитнес-тренером, но в прошлой жизни, как она любит говорить, была бы знахаркой или лесной ведьмой. Потому что чует настроение за версту.

— Да так. Думаю о том, как всё меняется.

— Это ты про Арсения? Он тебя загрузил своими вопросами?

— Не то, чтобы загрузил, — я кручу в руках кружку. — Просто... сам задумался. Мы же живём как угорелые. Вчера не было интернета — сегодня есть. Вчера не было нейросетей — сегодня они рисуют картинки лучше художников. Вчера мы боялись, что роботы отнимут работу, — сегодня они уже отнимают. А завтра? Завтра они будут петь нам колыбельные и выбирать, какую кашу засыпать в кастрюлю.

Лена садится напротив, поджимает ноги по-кошачьи.

— Слушай, я вот что тебе скажу. Моя бабушка всю жизнь проработала на ткацкой фабрике. Представляешь? Сорок лет, смены по двенадцать часов, шум, пыль, челноки туда-сюда. А когда фабрику закрыли, ей было пятьдесят пять. И что? Она пошла учиться на швею. Открыла ателье. До семидесяти лет шила на заказ свадебные платья.

— И?

— И она была счастливее, чем на фабрике. Потому что меняться — это не страшно. Страшно — не меняться и ныть.

— Ты философ, — улыбаюсь я.

— Я тренер. Это почти одно и то же, только с планкой и приседаниями.

Чай не допит, а мысли текут

Лена уходит на кухню жарить котлеты, а я остаюсь с чаем и мыслями. И вдруг меня осеняет: а давайте-ка я сделаю то, о чём давно мечтал. Позвоню своим старым друзьям, которые работают в разных сферах, и спрошу их в лоб: «Эй, народ, а вы боитесь, что вашу профессию сожрут роботы? Или уже сожрали?»

Идея такая хорошая, что я не удерживаюсь. Достаю телефон, открываю список контактов. Кто у нас тут?

— Саня, системный администратор. Ему тридцать пять. Работает в какой-то крупной компании, отвечает за сервера.

— Катя, бывшая кассирша из «Пятёрочки». Сейчас переучилась на мастера маникюра. Да, да, не смейтесь — это отдельная вселенная.

— Димон, водитель фуры. Дальнобойщик с двадцатилетним стажем. О таких пишут песни и снимают сериалы, но он просто любит дорогу.

— Ирочка, библиотекарь. Работает в районной библиотеке уже пятнадцать лет. Добрейший человек, которого я знаю.

— Славка, журналист. Был в «Комсомолке», потом в интернет-газете, потом его уволили. Сейчас ведёт канал в Телеграмме и говорит, что это «настоящая свобода». Или «настоящая кабала» — зависит от дня недели.

Я набираю сообщения. Коротко: «Привет, есть разговор про работу и будущее. Давай созвонимся?»

Ответы приходят в течение часа.

Саня: «Ок, давай. Только у меня сейчас бекап серверов, буду свободен через час. Позвони».

Катя: «Ой, я как раз клиентку доделываю. Через полчаса звони, поболтаем. А что стряслось?»

Димон: «Сейчас трассу М4 еду. Вечером позвоню, хорошо? А то у меня тут пост ГИБДД, неудобно».

Ирочка: «Звони, милый. Я в библиотеке одна сегодня, тишина. Даже мыши не скребутся».

Славка: «Бро, я только пост допилил про коммунальщиков. Звони через десять минут, сделаю кофе».

Я откидываюсь в кресле. Ну что ж, начинается собственное расследование. Кто боится роботов, а кто уже подружился с ними. Кто сгорел на работе, а кто переродился как птица Феникс. Только без пафоса. С матом, шутками и житейскими историями.

Первый звонок: Саня, системный администратор. Мы нужны, пока всё ломается

Ровно через час телефон оживает. Саня звонит сам, я не успеваю даже нажать «вызов».

— Привет, старик. Ну, выкладывай, зачем тебе про работу? Ты что, книгу пишешь?

— Почти. Статью. Или книгу. Я ещё сам не понял. Про то, как исчезают профессии и люди выживают.

— А-а-а, — Саня протягивает, — классика. Слушай, я, знаешь ли, в этой теме варюсь каждый день. Ты думаешь, системные администраторы — это вечная профессия? А вот хрен.

— Серьёзно? Вы же нужны всегда. Компьютеры ломаются, сервера падают.