Сергей Чувашов – Тени Неонового Города. Городское фэнтези (страница 11)

Клуб «Элизиум» не имел вывески. Его вход был неприметной чёрной дверью между антикварным магазином и закрытым рестораном в районе Трайбека. Но Алекс чувствовала его ещё до того, как они подошли. Воздух здесь вибрировал от сжатой магии – не грубой, как в подземном городе, а отточенной, дорогой, как хорошо скрытое оружие.

– Запомни, – тихо сказал Габриэль, поправляя манжеты своей чёрной рубашки. Сегодня он был одет иначе – элегантный тёмный костюм, который сидел на нём так, будто был сшит специально для этой ночи. – Внутри нет людей. Только существа, которые умеют выглядеть как люди, когда это нужно. Не смотри никому прямо в глаза дольше трёх секунд. Не прикасайся к еде или напиткам, которые тебе предложат. И не говори своего настоящего имени.

– А как меня представят? – спросила Алекс. Её собственный наряд – простое чёрное платье, которое выдал отдел, – казался неуместно простым по сравнению с тем, что она ожидала увидеть.

– Моей спутницей, – ответил он, и в его голосе прозвучала странная смесь защиты и предостережения. – Это даст тебе некоторую защиту. Но также сделает мишенью. Будь готова.

Он подошёл к двери и постучал не в неё, а в стену рядом – три быстрых удара, пауза, два медленных. Каменная кладка дрогнула, и дверь растворилась, превратившись в арку, ведущую в тёмный коридор с бархатными стенами.

За аркой стоял привратник – существо ростом под два метра, с кожей цвета тёмного мрамора и глазами без зрачков, светящимися мягким серебристым светом. Его костюм был безупречен, но под тканью проступали очертания чего-то нечеловеческого – лишних суставов, неправильных изгибов.

– Габриэль Стоун, – произнёс привратник голосом, напоминающим грохот далёкого камнепада. – Долгое время.

– Малхазиэль, – кивнул Габриэль. – Я со спутницей.

Мраморные глаза медленно перевелись на Алекс. Она почувствовала, как по её коже пробежали мурашки – не страх, а реакция на чистую, неразбавленную магию, исходящую от существа.

– Человек, – констатировал Малхазиэль. – Редкий гость.

– Она под моей защитой, – сказал Габриэль, и в его голосе появился тот стальной оттенок, который Алекс уже начинала узнавать.

Привратник наклонил голову, изучая её ещё несколько секунд, затем шагнул в сторону.

– Проходите. Но помните правила: никакого насилия на территории, никакого раскрытия истинных форм без разрешения, никаких сделок с кровью или душами без свидетелей из совета.

Они прошли вглубь коридора, и Алекс почувствовала, как воздух меняется. Запах бархата и старинных духов сменился сложной смесью ароматов – экзотических цветов, неизвестных специй, озона и чего-то сладковато-металлического, напоминающего кровь, но не совсем.

Коридор открылся в огромный зал.

Алекс замерла на пороге, пытаясь осмыслить увиденное. «Элизиум» не был похож ни на один клуб, который она когда-либо видела. Пространство казалось одновременно и ограниченным, и бесконечным – зеркала на стенах отражали не сам зал, а другие места: тропические сады, снежные вершины, подводные гроты. Посетители не просто сидели за столиками – они плавали в воздухе в прозрачных сферах, разговаривали у фонтана из жидкого серебра, танцевали под музыку, которую играли не музыканты, а парящие в воздухе кристаллы, издававшие мелодии при малейшем прикосновении к ним.

И существа… Алекс видела их всех, но её разум отказывался принимать увиденное целиком. Вот женщина с кожей, переливающейся как перламутр, и волосами из живых лоз, на которых цвели ночные цветы. Там, у бара, мужчина с лицом классической красоты, но когда он повернулся, Алекс увидела, что у него второй профиль на затылке – старый, мудрый, с закрытыми глазами. На танцполе пара существ двигалась с такой плавностью, что казалось, у них нет костей, только текучая плоть и шёлк.

– Не застывай, – тихо сказал Габриэль, беря её под руку. Его прикосновение было твёрдым, уверенным. – Ты моя спутница. Ты должна выглядеть так, будто видишь такое каждый день.

Он повёл её через зал, и Алекс заметила, как на них падают взгляды. Некоторые – с любопытством. Другие – с откровенным враждебным интересом. Одна женщина с кошачьими глазами и слишком длинными пальцами даже облизнула губы, увидев Алекс.

– Они чувствуют, что я человек, – прошептала она.

– Да, – подтвердил Габриэль. – Но они также чувствуют, что ты со мной. И это даёт тебе статус. Полукровки редко приводят сюда людей. Это значит, что ты либо очень ценна, либо очень опасна. Пусть думают и то, и другое.

Он подвёл её к бару – длинной стойке из чёрного дерева, за которой стоял бармен с четырьмя руками, ловко смешивающий коктейли, которые светились изнутри разными цветами.

– Две амброзии, – сказал Габриэль бармену. – Без добавок.

Бармен кивнул одной из своих голов (у него их было две) и принялся за работу. Алекс заметила, как его глаза – все четыре – следят за ней, оценивающе.

– Мы ищем информацию, – тихо сказал Габриэль, когда они получили свои бокалы. Жидкость внутри была золотистой и испускала лёгкое сияние. Алекс не стала её пробовать. – О «Вратах Полуночи». О том, где они планируют следующий ритуал.

– В таком месте спрашивать об этом опасно, – так же тихо ответил бармен, протирая бокал одной рукой, а другой добавляя лёд в другой напиток. – Некоторые из них бывают здесь. И их покровители тоже.

– Именно поэтому мы здесь, – сказал Габриэль. – Тот, кто боится, уже проиграл.

Бармен издал звук, похожий на смесь шипения и смеха.

– Ты всегда был безрассудным, Стоун. Хорошо. Поговори с Мельхиором. Он сидит в зеркальной ложе. Но будь осторожен – он продаёт информацию всем сторонам. И его цена всегда выше, чем кажется.

Габриэль кивнул, бросил на стойку несколько блестящих камней, которые бармен ловко поймал, и повёл Алекс к дальней стене, где среди зеркал были скрыты полупрозрачные кабинки.

Одна из них была больше других, и внутри сидел… существо. Алекс не могла определить его вид. Оно выглядело как очень старый человек в безупречном костюме, но его тень на стене была другой – многорукой, с крыльями и когтями. И зеркала вокруг отражали не его нынешний облик, а множество других: молодого воина, мудреца в robes, чудовища из кошмаров.

– Габриэль, – произнёс Мельхиор голосом, который звучал как шёпот множества людей одновременно. – И твоя человеческая спутница. Интересно.

– Нам нужна информация, – без предисловий сказал Габриэль.

– Всем всегда нужна информация, – вздохнул Мельхиор. Его глаза – тёмные, глубокие, как колодцы – изучали Алекс. – Ты пахнешь страхом и решимостью, дитя. Редкое сочетание.

– «Врата Полуночи», – сказала Алекс, заставляя свой голос звучать твёрдо. – Где будет их следующий ритуал?

Мельхиор улыбнулся, и его улыбка была слишком широкой, показывающей слишком много зубов.

– Прямиком к делу. Мне нравится. Ритуал будет не там, где вы думаете. Не в подземельях, не в заброшенных зданиях. Они стали умнее. – Он сделал паузу, наслаждаясь их вниманием. – Они используют самое очевидное место. То, что все видят, но никто не замечает.

– Где? – потребовал Габриэль.

– Центральный парк, – сказал Мельхиор. – Тот же, где было первое убийство. Но не на поверхности. Под ним. В старых катакомбах, которые были там задолго до парка. Место, где когда-то собирались первые маги этого города. Где земля до сих пор помнит их кровь.

Алекс обменялась взглядом с Габриэлем. Это имело смысл. Полный круг. Возвращение к началу.

– Когда? – спросила она.

– В полночь, когда луна будет в зените. Сегодня, – ответил Мельхиор. – У них есть всё, что нужно. Ключник. Три артефакта. Кровь мага. И… проводник, который знает путь. Тот, кто когда-то был одним из вас, Габриэль. Тот, кого вы знаете.

Габриэль замер.

– Кто?

Мельхиор наклонился вперёд, и его шёпот стал ещё тише, почти неслышным.

– Те, кто предали свой мир, редко делают это в одиночку. Твой старый друг. Лиланд.

Имя повисло в воздухе, и Алекс увидела, как лицо Габриэля побелело. Как будто его ударили.

– Лиланд мёртв, – прошептал он.

– Нет, – покачал головой Мельхиор. – Он просто изменился. Так же, как и ты. Только он выбрал другую сторону. – Он откинулся назад, его выражение стало безразличным. – Теперь у вас есть информация. А у меня будет плата.

– Какую? – спросил Габриэль, всё ещё потрясённый.

– Не от вас, – сказал Мельхиор, указывая на Алекс. – От неё. Кусочек памяти. Неважный. Детский, может быть. Тот, о котором она почти забыла.

Алекс нахмурилась.

– Почему?

– Потому что человеческие воспоминания имеют вкус ностальгии и потери. А я коллекционирую такие вещи, – объяснил он, как будто это было совершенно нормально. – Выбор за вами. Память или время. А времени у вас совсем немного.

Алекс посмотрела на Габриэля. Он мрачно кивнул.

– Это стандартная цена. Он не заберёт ничего важного. Просто… что-то, что уже почти стёрлось.

Алекс глубоко вздохнула. Она думала о детстве, о том, что уже было туманным. И кивнула.

– Хорошо.

Мельхиор улыбнулся и протянул руку. Не к ней, а к воздуху перед её лицом. Его пальцы сомкнулись вокруг чего-то невидимого, и Алекс почувствовала лёгкое головокружение, как будто что-то вытащили из глубины её сознания. На мгновение перед глазами промелькнул образ – она, лет семи, качается на качелях во дворе, смеётся. Затем образ исчез, и с ним ушло и само воспоминание, оставив лишь смутное ощущение потери.