Сергей Чертопруд – Мост шпионов. Обмены: от послов до разведчиков-нелегалов (страница 4)

Сентябрь 6, 1918 г.

Мы получили информацию, что возмутительное нападение было совершено на британское посольство в Петрограде, что помещение было частично разграблено и частично разрушено и что капитан Кроми, который пытался защитить посольство, был убит и тело его изуродовано до неузнаваемости. Мы требуем немедленного удовлетворения: жестокого наказания всех ответственных за это безобразие и тех, кто в нем участвовал.

Если русское советское правительство не даст нам полнейшего удовлетворения и насилие над британскими подданными будет продолжаться, британское правительство будет считать каждого члена русского правительства ответственным за происходящее и примет меры к тому, чтобы все правительства цивилизованного мира признали их индивидуально ответственными, и тем самым вне закона, и в случае необходимости не дали бы им убежища на своей территории.

Вам уже было послано извещение г. Литвиновым о том, что правительство Его Величества готово сделать все, что возможно, для немедленного возвращения представителей Великобритании в Англию и отъезда представителей русского советского правительства в Лондоне – в Москву. Гарантии были даны в случае обмена тех и других на русско-финской границе. Г. Литвинову будет разрешено покинуть пределы Англии, как только британские представители будут вне пределов России. До нашего сведения дошло, что 29 августа был издан декрет, что все британские подданные от 18 до 40 лет будут арестованы и что официальные представители Великобритании уже арестованы по ложному обвинению в заговоре против советского правительства.

Ввиду этого правительство Его Величества считает нужным подвергнуть г. Литвинова и его сотрудников превентивному аресту, до тех пор пока британские представители и все остальные арестованные британские подданные не будут освобождены и доставлены на финскую границу, с гарантией свободного перехода ее.

Бальфур“».

Так получилось, что накануне отправки ноты из Лондона Москва отправила свою. Вот ее текст:

«Заявление Народного Комиссара Иностранных Дел по поводу участия дипломатических представителей Англии и Франции в организации заговоров против советской власти.

6 сентября 1918 г. № 102

В то самое время, когда при посредстве представителей нейтральных держав Правительство РСФСР вело переговоры с правительствами Англии и Франции об обмене дипломатических представителей, военных и граждан вообще, обнаружилось, что дипломатические v военные представители Англии и Франции пользуются своим званием для организации на территории РСФСР заговоров, направленных к захвату Совета Народных Комиссаров с помощью подкупа и агитации среди войсковых частей к взрыву мостов и продовольственных складов и поездов.

Данные, имеющиеся в распоряжении Правительства и отчасти уже опубликованные в сообщениях Чрезвычайной Следственной Комиссии и комиссаров Северной Коммуны, устанавливают с несомненностью тот факт, что нити заговора сходились в руках главы английской миссии Локкарта и его агентов. Равным образом установлено, что здание английского посольства в Петрограде фактически было превращено в конспиративную квартиру заговорщиков.

При этих условиях, будучи всецело проникнуто искренним желанием в полной мере соблюдать дипломатическую неприкосновенность и правила международного общения, Правительство РСФСР лишено возможности предоставить свободу действий лицам, прибывшим в Россию в качестве дипломатических и военных представителей и поставившим себя фактически в положение заговорщиков против Правительства нашей страны.

Поэтому Правительство РСФСР поставлено в необходимость создать для лиц, уличенных в заговорах, такие условия, при которых они лишены были бы возможности продолжать дальше свою преступную с точки зрения международного права деятельность.

Когда английские и французские войска продвигаются по территории РСФСР для поддержки открытых мятежей против Советской власти и дипломатические представители этих держав внутри России создают организацию для государственного переворота и захвата власти, – Правительство РСФСР принуждено во что бы то ни стало принять необходимые меры самообороны.

Все интернированные представители английской и французской буржуазии, среди которых нет ни одного рабочего, будут немедленно освобождены, как только русские граждане в Англии и Франции и в районе оккупации союзных войск и чехословаков не будут больше подвергаться репрессиям и преследованиям. Английские и французские граждане будут иметь возможность немедленно покинуть территорию России, когда эту же возможность получат российские граждане в Англии и Франции.

Французские военные получат эту возможность, когда русские солдаты при участии Международного и Русского Красного Креста будут возвращаемы из Франции. Дипломатические представители той и другой страны, и в том числе сам глава заговорщиков Локкарт, одновременно будут пользоваться возможностью возвращения на родину.

Уже после того, как Правительством Советской Республики были приняты приведенные выше решения, нами получено от английского правительства радио с сообщением об аресте т. Литвинова и его персонала. Это обстоятельство служит для нас еще лишним подтверждением правильности наших действий и полной обоснованности наших опасений, когда мы отказывались допустить выезд Локкарта и его сотрудников из России ранее выезда тов. Литвинова из Англии.

И в этом английском радио, и в одновременно полученном по радио заявлении французского правительства в случае дальнейшего содержания под стражей английских и французских граждан эти правительства угрожают индивидуальными репрессиями всем видным большевикам, которые попадут в их руки.

Это обстоятельство для нас не является новостью, так как уже теперь такого рода репрессии, вплоть до расстрелов советских работников, совершаются в районе оккупации держав Согласия. Мы остаемся при нашем прежнем предложении отказаться от репрессий в том случае, если таковые будут прекращены со стороны держав Согласия, как мы о том заявляли уже неоднократно.

Повторяем еще раз, что принимаемые нами меры предосторожности касаются исключительно английской и французской буржуазии и что ни одного рабочего мы не тронем.

Народный Комиссар по Иностранным Делам

Чичерин»[25].

26 октября 1918 года в Петроград прибыли сотрудники советского посольства в Великобритании. Через несколько дней в город на Неве приехал сам Максим Литвинов. Он задержался из-за того, что ждал в Стокгольме, когда Брюс Локкарт пересечет советско-финскую границу.

В истории обменов шпионов в XX веке этот был самым малоизвестным. Советские газеты лишь написали о том, что в РСФСР из Великобритании вернулись сотрудники посольства. Публикаций в западных СМИ о том, что группа высокопоставленных британских и французских дипломатов, часть из которых Москва обвиняла в шпионской деятельности, вернулась домой, – не было. Да и чем было гордиться… Фактически дипломаты были пойманы «с поличным». Более того, существовала вероятность того, что в революционном угаре их могли и расстрелять или надолго задержать в РСФСР.

Впрочем, оба участника обмена – Максим Литвинов и Брюс Локкарт все же сохранили для потомков свои воспоминания о событиях почти столетней давности. Первый благодаря биографу. А второй сам, написав мемуары о своих приключениях в России.

Глава 2

Шпионов на экипажи кораблей

Регулярные обмены советских разведчиков, которые были, говоря современным языком, «пойманы с поличным» в других странах, начались еще до окончания Гражданской войны на территории Советской России. Так, резидент «Особого отдела РВС Республики» (Региструпр Полевого штаба – военная разведка) Павел Дубнер с октября 1918 года по июль 1919 года находился на нелегальной работе на Украине. А с июля 1919 года по декабрь 1920 года – в Турции. Арестован в Константинополе за «пропаганду в союзных войсках» и «весь 1920 год просидел в тюрьмах Константинополя и Чанак-Кале, Дарданеллы», вернулся в РСФСР в результате обмена на английских офицеров[26]. Правда, из военной разведки ушел.

Другой пример обмена. Стефан Жбиковский с декабря 1918 года по март 1919 года находился на военно-политической работе в Варшаве. Был одним из руководителей военной организации Коммунистической рабочей партии Польши и редактором нелегальной газеты «Солдат – рабочий». Так же он организовал Военный отдел партии. Поясню, что основная задача таких структур в то время – организация вооруженного захвата власти или, как их тогда называли, революций. Также нужно помнить и том, что Москва и Варшава находились в тот момент в состоянии войны. В январе 1920 года был арестован и в марте того же года осужден на 8 лет тюремного заключения. В апреле 1921 года благодаря обмену вернулся в Москву. До ареста в 1937 году успел поработать резидентом советской военной разведки в нескольких европейских странах.

Сотрудник советской военной разведки Фриц Калеман работал в Латвии в 1921–1922 годах. В апреле 1922 года был арестован и приговорен к 8 годам лишения свободы. В 1923 году вернулся в СССР по обмену заключенными.

Карл Поднек в 1919–1920 годах находился на территории Латвии в составе разведгруппы Роберта Штейна, которая передавала в Москву в основном экономическую и политическую информацию. Арестован в сентябре 1920 года, как и многие другие члены группы (всего 11 человек). В мае 1921 года был приговорен к 15 годам каторжных работ. Сидел в Рижской тюрьме. В 1923 году вернулся в СССР в результате обмена заключенными. В резерве при штабе РККА (март – май 1923). 15 мая 1923 года как сотрудник РО (разведотдела) штаба РККА уволен в бессрочный отпуск с зачислением на учет по Московскому уезду. Начальник 1-го участка охраны Московско-Курской железной дороги (1923–1924 годы). Работал в Персии (1924–1930 годы): управляющий Казвинским и Решетским отделениями Русперсбанка, начальник финансово-счетной части торгпредства СССР, там же старший инспектор и уполномоченный в Гиляне, заместитель торгпреда. Заместитель директора Научного института рыбного хозяйства (с 1930 года). Перед арестом – директор сектора металлургии и химии Промбанка СССР. Репрессирован 8 декабря 1937 года. Реабилитирован 20 октября 1956 года[27].