Сергей Чехин – Сакрополис. Маг без дара (страница 46)

– Эта башня – железная. И то погнулась в трех местах, – поднял «пушку» и показал вмятины на фасаде. – А настоящая и вовсе каменная. Разобьется, как глиняный горшок.

– Это – самая меньшая из бед. Наших усилий вполне хватит, чтобы плавно опустить «ствол». Главная задача – равномерно высвободить энергию кристаллов. И я имею лишь смутное представление о том, как вызвать резонанс такой силы и при том не устроить катастрофу.

– Что же, мой юный друг, – я с важным видом шагнул к доске и взял мелок. – Пришла пора поведать о тайных знаниях из далекого будущего. А именно – о синтезе и распаде атомных ядер.

Я как мог объяснил и показал на схемах и графиках озвученные физические принципы. Что-то запомнил еще со школы, что-то – из мимолетного увлечения постапокалипсисом, но большую часть почерпнул из собственной книги.

Главный герой попадал на планету, сплошь заваленную погибшими космическими кораблями, и восстанавливал одичавшую цивилизацию с помощью атомных двигателей и термоядерных генераторов. Роман с треском провалился, но знания остались – вот и скажите теперь, что попаданцы – мусорный и совершенно бесполезный жанр.

– Поразительно… – прошептал Рауль, и в карих глазах вновь ожили огоньки научного азарта. – Мне и в голову бы не пришло рассматривать магию с подобной точки зрения. Надо немедленно провести эксперимент. Где же сфера?

– В столе.

Давыдов достал из выдвижного ящика граненый кристалл, и тут в переборку тихо постучали.

– Господа магистры, это я! – послышался приглушенный голос Евы. – Разрешите войти?

– Да, конечно, – ученый поднял руку, и поворотный механизм отпер засовы.

На пороге появилась рыжая с подносом в руках. Девушка переоделась в белую блузку и черную юбку в пол, что охватывала тонкую талию на манер корсажа. Поставив ношу на свободный столик, Ева разлила напиток по кружкам и взяла свою, после чего с интересом уставилась на нас.

– Продолжайте, пожалуйста. Я буду сидеть тихо, как мышка.

– Итак, начнем, – медный обруч обвил манород и занес над моделью города. – Сперва попробуем воздействовать светом.

Луч пронзил голубой граненый шар, и на противоположной стене отразились мириады восьмиугольных солнечных зайчиков. На этом, собственно, все и закончилось.

– Резонанса нет, – произнес ферромант. – Почему?

– Может, усилить поток? – подсказал я.

Усилили. Свет превратился в настоящий лазер – смотреть больно – однако ничего, кроме повышения яркости, вызвать не удалось.

– Может, огранка как-то купирует резонанс? – Давыдов, похоже, решил любой ценой добраться до истины, чтобы не уязвить честь натурфилософа.

– И как тогда Картер подпитывает своих гомункулов? Не просто же так он сует в них минерал.

– Что если использовать несколько стихий сразу? – я озвучил самый логичный метод: не можешь взять качеством, бери количеством.

Мы переглянулись и пожали плечами – а почему бы, собственно, и нет? Кто нам запретит? Встали напротив, воздели руки и договорились распределить обязанности так: я – огонь и свет, коллега – воду и воздух. Но если свет хоть как-то проходил сквозь толщу породы, то остальная магия просто облизывала шарик без какого-либо воздействия. Да и свет, вообще-то, влияния не оказывал, и лишь развлекал нас зайчиками.

– Не понимаю, – напарник сокрушенно покачал головой. – Что мы делаем не так?

Можно попробовать все шесть энергий, но и ежу понятно, что попытка пронзить шар с помощью силы земли гарантированно обернется полным провалом. Значит, дело все же не в количестве… тогда в чем?

– Может, усилить потоки?

– А может, наоборот – ослабить? – внезапно произнесла Ева и указала чашкой на доску. – Ваши рисунки. Если я правильно их поняла, любое вещество можно расщепить на мельчайшие частицы. Из тех же самых графиков можно сделать вывод, что магия, точно так же как и свет, обладает корпускулярно-волновым дуализмом. То есть при росте силы и снижении скорости проявляет свойства материи, а если всё наоборот, то излучает, как энергия. Так почему бы нам не попробовать воздействовать на кристалл очень слабо и очень часто, ведь тогда даже металл сможет проходить сквозь плотные объекты, словно радиоволна.

Мы снова переглянулись, после чего уставились на секретаршу принципиально иными глазами. Кто бы мог подумать, что эта милая блондинка сможет выдать такое, о чем Кюри додумается только через десять лет.

– Не знаю, что получится, – после гробовой тишины сказал я, – но попробовать определенно стоит. Только нам понадобится ассистент.

– Бытовая магия – тоже магия, – девушка отставила чай и встала так, чтобы мы образовали вершины равностороннего треугольника. – Я возьму свет и воду – что же еще взять леди – господину ректору советую взять огонь и воздух, а мастеру Давыдову – тьму и землю, как самые родственные стихии.

– Хорошо, – потер ладони и занес их над парящим кристаллом, как ясновидец – над хрустальным шаром. – Приступаем на счет три.

Я включил всю доступную фантазию и представил едва заметные лучи разогнанных до космических скоростей элементарных частиц. На первых порах особых изменений не заметил – струя огня все так же огибала сферу, а змеистая молния соскальзывала с граней.

Но отступать – это не про нас. Я вдохнул поглубже, сосредоточился и как можно сильнее успокоился, чтобы колотящееся от страха неудачи сердце не колебало заклинания. Да, я не маг. Я – писатель. Да, бездарный. Но воображение какое-никакое имеется. Вот и во всей красе представил, как огонь и молнии выпрямляются в два лазерных луча и без каких-либо преград проникают внутрь минерала, чтобы пробудить накопленное в нем волшебство.

Концентрация отняла столько сил, что я полностью ушел в мир грез и фантазий, где я – успешный, крутой и у меня все получается. Но не для того, чтобы развлекаться и почивать на лаврах. Не ради богатства и славы – главных мотивов моей литературной деятельности. У Роулинг же получилось – значит, и у меня получится, лол… А для того, чтобы спасти город, страну и защитить мирных жителей.

Мне нужна сила не для себя – хрен со мной. Мне нужна сила, чтобы отвести беду от невиновных и наказать тех, кто заслужил. Я прошел через трудности, но не сломался, не пал духом, а изменился, стал другим. Я – на полпути своей арки персонажа. Моя цель ясна и понятна, а враг совсем близко. Теперь мне нужно оружие, чтобы его сразить. Мой Нарсил, мой Дюрендаль, моя бузинная палочка.

Великий артефакт – неотъемлемая часть главного героя. И я доказал, что достоин им обладать, хотя даже собираюсь брать его навсегда – лишь отрублю башку дракону и верну на место. А потом с чистой совестью продолжу бестолково коптить воздух.

Ближе к тридцати годам я все чаще задумывался, ради чего вообще существую в своем мире. Быть может для того, чтобы помочь добрым людям в другом? Если это в самом деле так, то у меня должно получиться. Хотя бы ради благой цели. Хотя бы раз в жизни.

Из напряженных мечтаний вывел нарастающий звон. Я открыл глаза, и увидел шесть тонких спиц, что исторгались из ладоней и пронзали сферу насквозь. И мои стихии подчинились не хуже, чем у соратников, а шар вибрировал так часто, что грани слились в сплошной светящийся кокон. И сияние становилось все ярче, а звук – громче.

– Может, пора заканчивать? – с тревогой спросила Ева.

– Я только за, – Рауль сжал кулаки и погасил свою магию. – Но он резонирует сам по себе.

– Самоподдерживающаяся реакция? – я не удержался и присвистнул. – Вот это мы выдали.

– Она не только поддерживается. Она растет, – Давыдов взмахнул руками, и все железо в комнате облепило артефакт бронированной скорлупой, однако свет свободно проходил сквозь металл.

– Сейчас взорвется! – крикнула помощница. – Бежим!

Но не успели мы повернуться к двери, как сфера лопнула тремя ослепительными жгутами, которые вонзились нам в грудь и чуть не сбили с ног.

– Друзья… – ферромант поднес ладони к слезящимся глазам. – Боюсь, это конец…

– Почему?

Я чувствовал себя не просто нормально, а очень даже хорошо – примерно так же, как когда поглотил самородок в шахте. Только новое ощущение было более… возвышенным, что ли? И при том не вызывало ни намека на привыкание. Если обычный манород – как торт для сладкоежки: пока не лопнешь, не остановишься, то граненый – как бокал элитного вина для опытного сомелье. Выпил глоток – а больше и не надо.

– Мы поглотили раз в сто больше энергии, чем сможем принять. Мы даже не успеем мутировать, а просто распадемся на молекулы, как взорвавшийся кристалл.

– Вы уверены? – на всякий случай подергал себя за пальцы – те держались прочно, уверенно и распадаться явно не собирались. – Со мной все в полном порядке.

– Со мной тоже, – Ева потянулась и крутанулась на носках, как балерина. – Так хорошо на душе – аж петь хочется.

– Странно, – ученый все еще в недоумении разглядывал руки. – Процесс в самом деле не начался. А это означает одно – граненый манород не только питает гомункулов, но и способен отдавать излишки дара без побочных эффектов. Но это… попросту невозможно. Величайшие чародеи испокон веков бились над этой проблемой, но так и не нашли способ поглощать ману сразу без вреда для здоровья и разума. Если же Картер каким-то чудом дошел до такой технологии, то в опасности не только Сакрополис. Под страшнейшей угрозой весь мир.