Сергей Чехин – Князь Китежа (страница 38)
В нашем мире такая красота достигается пластикой — интересно, как дело обстояло здесь. Достаточно ли просто пить укрепляющие зелья, или же Яга каждый вечер садилась перед зеркалом, распахивала полы кружевного халатика и с наслаждением втирала в прелести особую мазь.
Чиркнувший по кости нож вырвал из сладостных грез. Я постарался не подать виду, но в итоге сморщился, как от стопки лимонного сока.
— Извините, я слегка нервничаю, — колдунья нежно улыбнулась, и боль как рукой сняло. — Не каждый день приходится сталкиваться с такими оказиями. Да еще и прочие напасти навалились… Даже не знаю, как теперь вытравить эту тяжесть. Наверное, напьюсь и буду колдовать до упадку.
— Можно поплавать еще, — я продолжал пялиться в вырез, пользуясь тем, что хозяйка полностью сосредоточена на ране. — Через костер попрыгать.
— Ну да. Теперь у меня уйма свободного времени.
Снаружи послышался тихий гул и хлопки дверей. Судя по звукам, кто-то переносил из терема в карету тяжелые сумки и баулы. Очевидно, что после всех откровений Вадим не мог позволить себе остаться дома надолго. Яга тоже все это слышала и понимала, и просветлевшее лицо вновь обуяла тоска.
— Все наладится, — хотел коснуться ее руки, но быстро понял, что это не лучшая идея. — Просто дайте время.
— Вам повезло, — колдунья утерла пот со лба. — Пуля сплющилась, но не разорвалась. Сейчас еще раз обработаю, перебинтую, и завтра только шрам останется. Если вас это, конечно, не пугает.
— Что? Шрам? Будет потом, чем перед девками хвастать, — без задней мысли ляпнул я.
Она с печалью улыбнулась.
— Вы и без шрамов можете.
После этих слов Яга встала, словно осознав, что перегнула палку, и принялась греметь сталью и стеклом.
— Вам лучше всего сейчас вздремнуть. После я сменю повязку и дам еще снадобья.
— Хорошо, — я оперся на обе руки и тут же поморщился от жгучего укола в плечо.
— Осторожнее!
Колдунья кинулась ко мне и придержала за спину правой рукой. При том правая оказалась чуть выше колена, а лицо практически напротив моего. Я ощутил запах пряной мяты и луговых цветов, и по коже словно пустили легкий ток. В таком положении я толком не мог двигаться, разве что попытаться слезть с кровати, ведь с одной стороны меня ограничивало окно, а с другой — ведьма.
Так что по уму это ей стоило отойти, вот только почему-то женщина не спешила и томно дышала с приоткрытым ртом. Не знаю, сколько длилась неловкая пауза, как вдруг Яга сократила последние сантиметры между нами и жадно прильнула к губам.
Поцелуй вышел долгим, страстным и сочным. Прежде я с милфами не общался — и, как оказалось, зря. Когда женщина с неохотой отстранилась, мой ПТРК перешел в полную боевую готовность.
— Простите, — она резко выпрямилась и отвернулась. — Мне стоило быть более сдержанной. Не двадцать лет, в конце концов.
— Ну что вы, не корите себя…
— А придется. Такое поведение уже довело до беды. К тому же, я совсем забыла об Айке и Ярославе.
— Если что, мы не в отношениях.
— Это не повод кидаться в объятия страсти и порока.
— Да я только за…
— А я — против. Не потому, что вы не нравитесь мне как мужчина. Еще как нравитесь. А потому, что не хочу потерять вслед за сыном еще и друга.
— Поцелуи дружбе не помеха…
— Да, но иногда заходят слишком далеко. Простите.
Я попытался уцепиться за последнюю соломинку, но Яга попрощалась и быстрым шагом покинула светлицу. Я посмотрел на свою ракету и со всей дури лупанул кулаком по койке. Затем подошел к окну и что есть мочи махнул рукой.
Из ладони выстрелил лоснящийся лиловый протуберанец не меньше полуметра в диаметре и пронзил насквозь нависшую над берегом тучку. И не просто пробил насквозь, а разметал в клочья, словно в туче взорвалась килотонная бомба. Сей же миг из-за остатков укрытия вылетела жуткая тварь, похожая на раздутую жабу с драконьими крыльями, протяжно рявкнула и рухнула в далекий лес, точно подбитый истребитель.
— Ешкин кот! — я стукнул по наличнику. — Сколько можно⁈
«Это ты сейчас пальнул? — удивилась Яра. — Где столько силы взял?».
«Где, где… В Яге».
«В смысле».
«Забей. Готовь лучше вещи — завтра надо рассчитаться с домовыми и ехать смотреть участок».
Усталость прессом надавила на плечи. Я только тогда осознал, что не спал всю ночь. Украдкой прошмыгнув в свою комнату, залез под одеяло, но сон, заразу, как водой смыло. Свет бил в глаза, снаружи доносился шум и покрики рабочих, и раз уж выпала минутка безмятежного безделья, решил внимательнее изучить таблицу претендентов. Достал допускной лист, который мог попросту вызываться из воздуха заклинанием, и погрузился в чтение. И вот что я увидел:
Да уж, «говорящие» соседи попались — ничего не скажешь. Что же до итогов, то ситуация выглядела сложной, но не критической. Максимально возможный балл — 50 — не получит никто, потому что для этого нужно сдать все испытания на десятки. Чего не смогла даже нынешний лидер топа — некая Ева Алферова.
Что же до меня, то придется попотеть и постараться. Если представить, что первая пятерка сдаст последние тесты на десятки, то мне нужно набрать в сумме восемнадцать баллов, чтобы преодолеть границу гарантированного допуска. То есть, либо две девятки, либо десятка и восьмерка — не меньше.
Понятия не имею, как распределят баллы за сбор денег — кто первый, тому больше всех, а остальным в зависимости от скорости заработка? Черт знает. А вот поиск дома вызывал куда больше опасений. Куриный бронеход могут посчитать как офигенно крутым и оригинальным решением, так и вовсе влепить единицу — и тогда придется пытать счастья в следующем году.
В дверь тихонько постучали.
— Это я, хозяин. Разрешите войти?
— Да, конечно, — я поправил одеяло. — Входи.
— Я принесла обед, — Айка в легком белом платьице поставила поднос на прикроватную тумбочку. — Сейчас принесу вещи.
Минуту спустя рядом с постелью лег объемистый саквояж. Лешачиха же встала рядом и в нерешительности сложила руки на животе. На срезанном роге виднелась лишь тонкая повязка, а значит, девушка быстро шла на поправку.
— Вадим вернулся. Значит, у вас получилось?
— Присядь, — я сел, старательно следя, чтобы не оголилось ничего лишнего.
Айка подчинилась, и примостилась на краю так, чтобы наши плечи соприкоснулись.
— У нас почти получилось. Но кто-то вызвал стражу, так что бой прервали. Однако этих ублюдков ждут очень большие неприятности. Им придется ответить за все, что они сделали.
— Вы не взяли меня нарочно, да? Чтобы я опять все не испортила?
— Нет… — я со вздохом взял стакан яблочного сока и покачал в пальцах. — Ты бы могла сорваться и убить их. И тогда проблемы были бы уже у нас.
— Но они заслужили смерти! — служанка сжала кулаки.
— Безусловно. Но сейчас все несколько сложнее, чем в годы после войны. Воробьиная ночь на носу, в городе творится черти что, и резня между людьми и нелюдьми может привести к новой резне. Действовать в открытую уже не получится. Нельзя просто ввалиться в дом с мечом наголо и отрубить всем головы.
— Но светочи ввалились…
— Знаю, — я положил ладонь на острую коленку — никакой пошлости, просто еще не мог безболезненно поднимать руку так, чтобы достать до плеча. — Мы обязательно их накажем. Но так, чтобы не вызвать хаос.
Она шумно выдохнула и кивнула:
— Раньше все было проще.