Сергей Чехин – Эльфовладелец (страница 6)

– Извини. Забыл, что не у себя дома. Ашэль – место!

Девушка кое-как поднялась и поковыляла к паланкину. Кажется, хозяин не самое большое чудовище в этом мире. Бывают и похуже.

На крыльцо вышла Триэль с подносом в руках. Поставила серебряное блюдо на стол, расставила чашки. Я не отводил глаз от курносой веснушчатой мордашки, и Триэль, скорее всего, почувствовала его. Обернулась, посмотрела на меня и едва заметно улыбнулась. Полноценной улыбкой это, конечно, не назовешь. Так, уголки губ слегка приподнялись, но на душе сразу стало теплее.

То самое приятное чувство, когда понимаешь, что не один. Когда в совершенно незнакомом городе вдруг встречаешь старого приятеля. Когда в чужой компании находишь единомышленника. И словно камень с плеч.

Я улыбнулся в ответ. И в тот же миг свистнул прут. Щеку Триэль пересекла алая полоса. Девушка вскрикнула и выронила чашку. Прижала ладонь к ране, между пальцев полилась кровь.

– Джен! – возмутился Калас. – Ты что, перестал воспитывать этих ублюдков? Ты погляди – она улыбнулась! Вздумала смеяться над на…

Договорить старик не успел. Я навалился на него, придавил тщедушное тельце к земле и стал охаживать кулаками. Перед глазами стоял кровавый туман. Несколько раз я попадал по столу, сдирая кожу с костяшек, молотил по земле, но не останавливался. Я бил и бил, наплевав на точность. Угодил в рожу? Хорошо. Промазал? Ну так сейчас наверстаем!

Калас размахивал руками, тщетно пытаясь защититься, и визжал как кот в марте. Я вцепился ему в горло, обезумев от ярости и мерзких воплей, но садисту раз за разом удавалось освободиться.

К сожалению, жирное больное тело подвело. Я быстро выдохся, и ненависть уже не могла дать достаточно сил. Каласу удалось оттолкнуть меня и выскользнуть из хватки. Лицо старика было все залито кровью. Губы расквашены, нос набок, левый глаз успел заплыть.

– Дуэль! – завопил соседушка, выплюнув осколок зуба. – Это дуэль! Завтра на рассвете у старой мельницы! Только попробуй не явиться!

Я вздохнул и посмотрел на ладони. Эти ладони никогда в жизни, кроме вчерашнего дня, не держали боевого оружия. Почувствовал ли я тогда страх? Нет. Сожаление? Ни капельки. Хотелось ли мне вернуться на десять минут в прошлое и все исправить?

Не-а.

Я бы все равно поступил точно так же.

В сознание меня вернул окрик Ромэля. Дворецкий словно возник из ниоткуда. Просто появился рядом, в длинном кожаном плаще и сумкой на плече. В глазах слуги читался неподдельный ужас.

– Господин! Что произошло?

– Неважно. Отведи Триэль к доктору. Пусть сделает все возможное, но шрамов быть не должно. После – в мою комнату. Выполняй.

Я развернулся, чтобы уйти, но краем глаза заметил нечто необычное. Рабы на плантации отвлеклись от привычных дел и стояли как жерди по колена в воде. И неотрывно смотрели на меня. Лица эльфов не выражали никаких эмоций, но по глазам становилось понятно – они напуганы.

Напуганы до смерти.

Вернувшись в спальню, первым делом достал из комода пистолет. Проверил на всякий случай, не заряжен ли он. Потом покрутил на пальце как заправский ковбой. Интересно, как у них тут дуэли проходят? Как в царской России или как на Диком западе? Или как-нибудь еще? Оставалось надеяться, что Ромэль соображает в этом деле.

Дворецкий пришел минут через пять. Бледный, словно простыня.

– Господин, – начал он дрогнувшим голосом. – Возможно, вы забыли, но по закону…

Я вскинул брови.

– Все рабы погибшего на дуэли достаются победителю. А господин Калас… Вы, я думаю, уже поняли, что он из себя представляет.

– А можно отказаться?

– Можно. Но отказ от дуэли равносилен проигрышу. У вас отберут не только рабов, но и титул. А вместе с ним землю.

– Значит, мы обязаны победить. Ты же эльф, должен мастерски владеть всякими стреляющими штуками. Вот и понатаскаешь меня.

– В каком смысле? – настал черед Ромэля удивляться. – Вы же отличный стрелок. Каждую неделю тренируетесь на движущихся мишенях.

Я не стал уточнять, кто выступает в роли движущихся мишеней. И так ясно. Решил опять сослаться на провалы в памяти и прогрессирующую болезнь.

– Снарядить паланкин?

– На хрен паланкин, чай не безногий, – буркнул я.

Сунул подмышку коробку с пистолетом и велел дворецкому идти вперед.

Как оказалось, особняк очень длинный и занимает почти всю вершину холма. Сразу за ним начиналась необжитая низина с густой, похожей на крапиву травой. А вот на следующем холме уже стояло чье-то поместье.

Местность тут вообще была холмистая и напоминала Новую Зеландию. На горизонте пояс белоснежных горных вершин. У подножья высокие и крутые, как древние курганы, холмы. Потом уже рельеф сглаживался, но ровных плоских мест я так и не увидел.

Вся эта красота поросла ковром зеленых трав. Кое-где виднелись пролески и кустарники, особенно там, где не селились люди. Особого колорита добавляли пасмурная погода и накрапывающий дождик. Обожаю такие погоду и природу. Все мечтаю вырваться из душного города, но в моей обычной жизни, скорее всего, мечта не осуществима.

Здесь же полноценно наслаждаться пейзажами я не мог. Не по душе мне концлагеря, ну никак не по душе. А все эти плантации иначе и не назовешь.

– Господин, выписка, – Ромэль достал из сумки бумажку и протянул мне.

Развернул, просмотрел. На счету пять с половиной тысяч золотых. Интересно, это много или мало? Хрен знает, что тут можно купить за одну монетку. Кстати, на документе я наконец-то прочитал свою фамилию – Авелин.

– А глаз?

– Купил самый лучший, какой нашел. Вот чек.

Десять золотых за протез из натурального высокогорного хрусталя ручной работы? Хм, выходит, денег у меня более чем достаточно. Стоит потратить их с пользой, пока не загнулся.

Дальше шли молча. Спустились в низину, добрались до больших тюков соломы, выстроенных в ряд. На каждом красной краской были нарисованы круги разных размеров. Большие внизу, маленькие на уровне моей головы.

Я вручил коробку дворецкому, хлопнул по тюку и сказал:

– Представь, что это Калас. Начинай дуэль.

Ромэль достал пистолет и отмерил двадцать шагов от цели. По идее, противник тоже будет двигаться, поэтому надо будет пройти вдвое меньшее расстояние.

Эльф по-военному развернулся на каблуке, спрятал левую руку за спиной, а правую согнул в локте. Пистолет теперь целился в облака.

– Секундант дает команду: к барьеру, – произнес слуга.

– А стреляют сразу оба или по очереди?

– Сразу оба.

– Ага. Ну, тебе повезло – тюк вряд ли ответит, – попытался пошутить я.

До поединка оставались почти сутки, но стремно было уже сейчас. Знаете, я несколько раз ходил на «стрелки» и «пошли выйдем», но тогда все заканчивалось банальным мордобоем. А тут пистолеты, бляха-муха. Даже если ранят – мало не покажется. А ведь и убить могут. Кто знает, насколько хорошо стреляет Калас.

Я мог бы спросить у Ромэля, он-то наверняка в курсе. Но не стал, чтобы не пугаться еще больше. Меньше знаешь – крепче спишь. Да и пистолет держишь тоже.

Дворецкий опустил руку, прицелился и спустил крючок. Из ствола вырвалось облачко синеватого дыма и медленно опустилось на траву. Выстрел был едва слышным – не громче хлопушки. В самом маленьком кружке появилась дырочка. Пуля смяла и обуглила края соломы, так что отверстие отлично просматривалось и с двадцати шагов.

– В яблочко, – похвалил я. – Ну-ка, дай сюда.

Я перезарядил пистолет и встал рядом с Ромэлем. Прицелился, выстрелил. Руку слабо дернуло – отдача вообще никакая, но чертово облачко закрывало обзор. Пришлось обходить. Так, куда там я попал? В большом круге ничего. В среднем тоже. В малом только след Ромэля. А где же мой? Ох ты ж блин, в соседнем тюку. Да уж, снайпер я тот еще.

Я потратил все патроны из коробки, и лишь последним попал в свою солому.

– Есть еще?

Дворецкий кивнул:

– В погребе целый бочонок.

– Отлично. Неси все сюда. И передай, чтобы притащили жратвы и попить. Я тут надолго.

Я взобрался на тюк и повертел пистолет в руках. Охренеть, блин. Второй день в новом мире – и уже успел вляпаться в дуэль. Таким макаром я тут долго не проживу. Впрочем, я и так не жилец, так что терять особо нечего. Буду считать это увлекательным аттракционом с полным погружением. Где еще, черт возьми, мне выпадет возможность стреляться с недругом? Ну, метро и травматы не в счет, вы же понимаете.

Ромэль вернулся вместе с Триэль. Девушка принесла пахнущую сдобой корзинку и кувшин воды.

– Как щека? – спросил я, слезши с тюка.

– Спасибо, хозяин, почти не болит. Могу я идти?

– Нет, не можешь. Останешься и будешь подавать мне патроны. А ты иди, дальше сам справлюсь.

Ромэль кивнул и зашагал прочь, сметая полами плаща утреннюю росу.