Сергей Булыга – Черная сага (страница 95)

Нечиппа помрачнел. Сьюгред сказала:

– А у моего мужа был волшебный диргем. Сожмешь его в ладони, разожмешь – и у тебя уже два диргема.

А я сказал:

– Так какое же это волшебство! Это научное явление, которое именуется клонированием. То есть когда можно неоднократно повторять, копировать уже имеющиеся предметы, и даже не только неодушевленные, но и…

Но тут я замолчал, еще раз подумал о том, что она мне сказала, и теперь продолжил уже так:

– А, вот оно что! Ясно! То есть ты хочешь сказать, что здешние волхвы преуспели не только в примитивной магии, но даже и в Идее!

– Нет, я такого сказать не хочу! – очень сердито ответила Сьюгред. – А я говорю еще раз: у моего мужа был волшебный диргем. Его ковал сам Хрт. Хрт хотел, чтобы у моего мужа всегда было довольно золота. Источник – это тоже от Хрт. Это он ударил мечом по земле, и из нее пошла вода – тоже волшебная. И я… – и она замолчала, но тут же спросила: – Так, может, для тебя и Источник – это тоже никакое не волшебство, а научное… как ты назвал?

– Ну разумеется! – с жаром ответил я, хоть Нечиппа и пытался меня удержать. Да-да, я видел его знаки! Но истина для меня всегда была, и будет, превыше всех условностей. Поэтому я продолжал:

– Источник – это прежде всего вода, а вода – это один из четырех первичных элементов, из которых Всевышний создал нашу Вселенную. Так что когда на землю спустился Хрт, вода на ней уже давно существовала. Следовательно, Хрт ничего нового не изобрел. И даже более того: здесь, в этой местности, в этой Земле, и до Хрт жили люди, так что он никакой не прародитель! И нечего на меня так вызывающе смотреть! Потому что стоит только вспомнить тот общеизвестный факт – а волхвы по своей всегдашней неосмотрительности забыли исключить его из своих священных сказаний, – тот факт, что приемный сын Хрт, так называемый Подкидыш, жил в многолюдном городе, и при этом нет никакого намека на то, что жители того города были прямыми наследниками Хрт. Так откуда же они тогда взялись? Да ниоткуда! Они здесь жили и до Хрт! А Хрт – это не более чем удачливый пришелец, который смог довольно быстро покорить местное туземное население, стать его богом…

И тут я все же замолчал – ибо увидел глаза Сьюгред. Это… Нет, словами мне этого не передать, я умолкаю. Да и тогда я тоже замолчал. Зато Сьюгред сказала спокойным, даже на удивление очень спокойным голосом:

– Но если Хрт – это не Хрт, а Источник – это просто вода, тогда зачем же мы идем к нему?

– К кому? – спросил я.

– К Источнику.

– А… – сказал я, потому что больше ничего сказать не мог. Потом все же сказал уже вот что: – А разве мы идем к Источнику? Твой муж разве говорил тебе об этом?

– Нет, – тихо ответила Сьюгред и даже отрицательно покачала головой. – Но все же я не так глупа, как вам бы этого хотелось.

Вот что она тогда сказала! У меня было такое ощущение, будто она ударила меня плетью по щеке! Ударила заслуженно! Я онемел, не мог пошевелиться. Но в то же время я сразу заметил, как Нечиппа, криво усмехнувшись, потянулся к мечу… и я прекрасно понял, что он меня не пощадит! Но я засмеялся! Нет, я скорей всего заверещал по-заячьи и также поспешно, по-заячьи, стал говорить:

– А что? При чем тут Хрт? Нет Хрт – придет другой. Да и до Хрт здесь, на этой земле, ведь тоже кто-то был, а после пришел Хрт, а вот теперь вместо Хрт должен явиться еще кто-то! А если не веришь мне, так вот тебе ярл, спроси у него – и он подтвердит! Ведь так же, ярл?! Ведь же теория палингенезиса как раз и говорит о том…

– Молчи! – гневно вскричал Нечиппа.

Я замолчал. Но как только он убрал руку с меча, так я опять заговорил – еще поспешнее:

– Утверждая, что Хрт не является первым человеком на этой Земле, я вовсе не хотел бросить тень на Источник. Напротив! Я утверждаю, что Источник – это явление практически вечное и значительно более могущественное, нежели Хрт, Винн, Чурык и… и даже Всевышний! Источник – он и есть Источник Жизни! – и я даже вскочил: – Источник! О!..

– Сядь! – приказал Нечиппа.

И я поспешно сел. Нечиппа уже не так гневно сказал:

– Любезный друг! Я, кажется, уже не раз предупреждал тебя, что многословие – это первейший признак глупости.

Я согласно, смущенно кивнул. А он, оборотившись к Сьюгред, продолжил:

– Но, тем не менее, мой друг в чем-то прав. Поэтому, если его неумолчные речи изложить ясно и просто, то получится примерно вот что. Если на все происходящее здесь, в нашем мире, посмотреть с бесконечных небесных высот, то и действительно один отдельно взятый человек покажется нам мельчайшей, едва различимой песчинкой, а жизнь его представится как один краткий миг. А вот зато жизнь божества – скажем такого, как Хрт – это будет уже как целый день. И вот проходит множество и множество мгновений, то есть одно за другим сменяются и сменяются людские поколения, а день все не кончается и бог живет. Все привыкают к этому… А после вдруг кончается и этот день, и умирает бог – это как заходит солнце. Это вполне нормальное явление. Но те люди, которые в это мгновение живут на Земле, приходят в неописуемый ужас! Но почему? Ведь все мы прекрасно знаем, что ночь со временем проходит – и опять наступает день, то есть восходит солнце и рождается новый бог. Понимаешь меня?.. Понимаешь?

Сьюгред смотрела на него и молчала. Тогда Нечиппа опять заговорил:

– Потом пройдет и второй день. И третий. И четвертый. Да-да! Боги проходят своей чередой, а Земля как стояла, так и будет стоять. И лес будет шуметь. И будет журчать в лесу Источник…

Сьюгред, поморщившись, сказала:

– Я спать хочу.

– Спи, – сказал ярл. После снял с себя плащ и расстелил его перед ней.

Она легла. Она долго лежала молча, она даже глаз не закрывала. Наверное, он смотрела в небо. А потом она заснула. А мы с Нечиппой сидели рядом и молчали. А после я, на всякий случай по-руммалийски, заговорил вот о чем:

– Я знаю, для чего идет к Источнику эта женщина. Но для чего идешь ты?

– А ты? – спросил он в свою очередь.

– Я? – спросил я и засмеялся. – Я должен знать, мне, как ученому, необходимо понять, что из себя представляет этот Источник. Вернусь – и напишу об этом отчет. А ты?

– Я не вернусь.

– Тогда зачем идешь?

Он помолчал… А после зло сказал:

– Но ты же знаешь, абва!

– Да, знаю, – сказал я. – Поэтому и говорю тебе, что это очень глупо. Бог умер. Варварский бог! Да он и без тебя бы умер. Значит, ты перед ним ни в чем не виноват. И вообще, никому ты в этой дикой, варварской стране ничего не должен. А если так, тогда зачем тебе все это?

А он сказал:

– Значит, такая у меня судьба.

А я сказал:

– О, нет, Нечиппа Бэрд! Архистратиг и сын архистратига. У тебя совсем иная судьба! Ты знаешь, что шесть дней тому назад случилось в Наиполе?

Нечиппа вздрогнул и спросил:

– Он, что ли?

– Да, – сказал я. – Он еще с осени очень сильно болел, совсем ослаб, даже вставать уже не мог. А когда ему сказали, что ты будто бы убит, он очень опечалился. Да, это сущая правда! Он сказал: «Быть этого не может! Потому что кому же тогда все останется после меня? Ей, что ли, этой женщине?!»

Я замолчал. А он спросил:

– А Теодора?

– И Теодора тоже в это не верит, – сказал я. – И она ждет тебя. На следующий день после того, как умер Тонкорукий, она созвала Синклит и так им об этом и сказала. Это мне передал уже Мардоний.

– Так и Мардоний умер? – спроси он.

– Да, – сказал я. – Он, скажем так, тоже ушел. Сразу, вслед за хозяином. Так захотели другие. А что касается тебя, то, повторяю: Теодора…

– Молчи! – приказал он.

Я замолчал. И он тоже молчал – обдумывал мои слова. А я – быть может, поспешил – сказал:

– Не сомневайся, я ее не брошу. Я провожу ее до самого Источника. Ведь для меня, как для ученого, это очень важно – все наблюдать самому. А ты, я думаю, если отправишься один, и если осмотрительно…

– Нет! – сказал он. – Я дал слово! Да дело тут даже не в слове…

И он опять замолчал. Потом, после некоторых раздумий, продолжил так:

– Это конечно же банально, но я опять должен сказать: у каждого своя судьба. Моя – чего бы ты мне сейчас ни предлагал и чем бы меня ни заманивал – это пойти к Источнику и привести к нему Сьюгред, а уже после умереть. Даже не просто умереть… Но зачем тебе это? Ты все равно меня не поймешь, да тебе этого и не надо. Ты лучше подумай о себе и о своей судьбе. Тебе, наверное, кажется, что ты абсолютно свободен в своих действиях – вот, шел к Источнику, вот придешь, вот посмотришь, вот сделаешь должный научный вывод, а после вернешься в Наиполь… А вот и нет! Когда бы все это было так просто, ты бы не встретил нас! А если уже встретил, то, значит, и тебя каким-то образом должно коснуться то дело, что так тревожит всех нас… Хотя, уже не всех! Потому что те, которые сошлись с криворотыми и честно полегли в битве, они уже не тревожатся, так как они уже сделали то, что от них требовалось. А завтра наступает мой черед. И, думаю, что если я буду вести себя достойно и не дрогну в самый ответственный момент, то тогда мое общее с ними дело закончится самым наилучшим образом. А что касается тебя… Не знаю, абва, я ведь не ученый. Сам подумай. И сам догадайся!

– Я… – начал было я.

– Замолчи, – сказал он. – Теперь мне нужно, чтобы было тихо. Я должен слушать. Хей!

С этими словами он взял лук, заложил в него стрелу, изготовился к стрельбе из положения сидя – и так и застыл, весь, как говорят поэты, превратившись в слух. Было очень тихо. Он долго сидел, совсем не шевелясь, а после, не меняя положения, заснул. Это я сразу понял потому, что он уронил лук. Я не будил его – я слушал. Слушал вместо него. Было тихо. Если Источник еще жив, думал я тогда, то все случится лучшим образом, их жертвы будут не напрасными, и я увижу то, о чем я прежде даже не мечтал. А если мертв, то, значит, нет уже и Марева, и тогда нас настигнет погоня, и нас, конечно же, самым жестоким образом убьют…