Сергей Борисов – Шелест. Сибирская лила (страница 12)

Мерзкий тип, вызывающий тошноту одним своим видом, подошел к столу, на котором стоял электрический выжигатель по дереву и включил его в розетку. Прибор сразу же накалился.

– «Подождите, подождите… Егор, пожалуйста! Я всё отдам»! – Срывая голос на последней фразе закричал Рома.

– «Закрой пасть, животного кусок»! – Митяй продолжал психологическое давление. – «Конечно отдашь, выпердок коровий! Как иначе?! А будешь орать на палево, я тебе язык выжгу вот этой штукой! У тебя не только молоко пропадет, но и тара отвалится! Усёк»?!

В течение получаса длилась «обработка» должника. Митяй щедро раздавал ему короткие затрещины, чтобы не было следов. Остаток мужского достоинства терпилы был окончательно сплющен. Он стоял на коленях и слезно клялся, что вернет весь долг в трехдневный срок.

– «Завтра! Ты вернешь все деньги завтра! Иначе мы тебя в бетон закатаем»!

Митяй поставил жирную точку в беседе. Назначил время и место встречи.

В поселке Николаевка, частном секторе города Красноярска, Егор проживал в съемном доме со своей подругой Юлией Завьяловой. Она была сестрой местного авторитета и девушкой весьма не дюжего криминального таланта. Именно она являлась идейным вдохновителем и наводчицей этого преступного союза. Они удачно дополняли друг друга. Егор был лидером по своей природе и прекрасным исполнителем. Умен, силен, дерзок! За ним она была, как за каменной стеной. И был третий участник событий – Митяй. Сам по себе он не представлял ничего выдающегося, как говорится: «Не вышел, ни умом, ни ростом». Но ему нравилось находиться в ореоле славы и финансовых возможностей Шелеста. Он выполнял функции: Принеси, подай патроны. Стас каждое утро приезжал к Егору с Юлей, иногда оставался с ночевкой.

В этот день Шелест проснулся от запаха приготовленного кофе. Юля принесла на разносе две чашечки ароматного напитка. В соседней комнате беспробудным сном спал Митяй. На вечер была забита стрелка с Романом Светловым, но молодая пара обсуждала совсем другие темы.

– «Появились клиенты, желающие приобрести кожаные куртки. У нас же есть одна»? – Юля говорила голосом ночного диджея, поглаживая нежной рукой широкую грудь Егора.

– «Что ты предлагаешь»?

– «Можно исполнить, как прошлый раз, с австрийским адиком и кроссовками светофорами. Помнишь»?

– «Помню. Тогда Кострик мандировал. Где его сейчас искать»?

– «А Митяй»?

– «Стас грубоват. Здесь нужна тонкая работа».

– «Правильно! Поэтому предлагаю подключить Соболя. Он же тебе должен, пусть отрабатывает»!

Шелест задумчиво посмотрел на свою подругу. Соболев Антон Евгеньевич был мент, инспектор по розыску пропавших людей, но он действительно торчал Егору, причем много! Шелест выиграл у него в картья не только все, что было в наличии, но и зарыл в долги по самые брови. Если его грамотно расчесать, он мог бы красиво исполнить лоховскую постанову. Да и ментовская ксива могла бы пригодиться на всякий крайний. Юлька – умница!

– «Ладно, давайте собираться. Навестим Соболя».

Весь день они мотались по городу на такси, решали насущные вопросы и попутно развлекались. Созвонились с проигравшимся лейтенантом милиции Соболевым, забили стрелу. Время позволяло заехать пообедать. В ресторане Речного вокзала, угостились Армянским коньячком под грузинский шашлычок. Заехали в Центральный парк, покатались на аттракционах. Настроение было отличное! Митяй всю дорогу травил разные байки, анекдоты. Юлька смеялась раскатистым смехом, привлекая внимание прохожих.

Встреча с Антоном, к всеобщему удивлению, прошла гладко. Без долгих уговоров он согласился, за списание части долга, сыграть роль барыги в мошеннической схеме. Постанова была проста. Шелест привозит в такси клиентов на заранее подготовленный адрес, сигналит под окном. Выходит Соболь в домашних тапочках и халате, выносит на показ куртку и говорит, что таких полная квартира. Клиенты собирают деньги на заказ по рыночной цене с не большой скидкой, если закупка оптовая. Соболь уходит с деньгами через чердак и растворяется. Лохи начинают волноваться. Шелест идет на адрес, якобы поторопить барыгу, и таким же путем завершает кидок. На любом этапе, вплоть до финального, всё легко переигрывается. Без срыва!

Довольные собой трое молодых людей вышли на дорогу ловить такси. Остановился грязный «Москвич 412».

– «В Николаевку довезешь»? – Через открытое окно спросил Егор.

– «Почему в Николаевку»? – Возмутился Митяй. – «У нас же стрелка на Предмостной площади! Полчаса осталось»!

Егор совсем забыл про Светлова. И даже вспомнив, он поймал себя на мысли, что не хочет туда ехать.

– «Слушай, пусть он отдыхает пока. Всё равно ничего не привезет».

– «А вдруг привезет»?

Егор посмотрел на Юльку. Как бы он сейчас хотел с ней посоветоваться, но она была не при делах. Надо было решать.

– «Ну, вы едите или нет? Привезет, не привезет»! – Водитель Москвича газанул пару раз педалью акселератора.

– «Ладно, шеф, давай на Предмостную»! – Егор с Юлей упали на заднее сидение, а Митяй устроился впереди.

Всю дорогу, пока ехали, Шелест прислушивался к своему внутреннему голосу и понял, о чем он ему шептал. Во первых, он не был инициатором этой встречи! Инициатива полностью принадлежала Митяю. Во вторых, Рома не был уж таким принципиальным должником, с которого необходимо было получить, во чтобы-то не стало. Он был нищий студент, абсолютно не кредитоспособный. Да, долг был игранный, но получить можно было разными способами, например услугами, как с Соболем. И последнее! То, что вчера учинил с ним Митяй, выходило за рамки людских понятий. Егор никогда так не поступал. Стас довел бедолагу до отчаяния. А отчаянный человек способен на всё! Не известно, что их сейчас там ждет! Это настораживало, но включать заднюю было уже поздно.

– «В общем так»! – Егор обратил внимание подельников на себя. – «Сейчас подъедем. Мы с Митяем останемся в машине, а ты Юля, пойдешь на стрелку. Как только Светлый подойдет, прокоцаешь поляну. Если все нормально, веди его вдоль дороги, в сторону цирка. Мы за вами посмотрим и подберем по пути. Если что, отсекайся любыми способами. Поняла»?

– «Ага! Я девушка понятливая, кумиров у меня нет»!

– «Да вон он! Уже стоит, как конь во ржи»! – Обрадовался Митяй, будто ничего не слышал. – «Тормози, шеф»! – И в следующее мгновение он уже выходил из салона авто.

Хлопнув дверцей, Стас, засунув руки в карманы штанов, фартовой походкой направился к Светлову, наверняка рассчитывая на личный успех.

– «Вот придурок! Сиди здесь»!

Егор расплатился с водилой и, выходя, обернулся. Юлька была прекрасна, как модель с обложки модного журнала, в задрыпаном Москвиче.

Рома стоял возле салона парикмахерской «Элегант», как договаривались. Увидев Митяя, он начал озираться по сторонам. Шелест подошел, когда тот уже заканчивал свои объяснения.

– «Да я не могу никуда идти! Я брата жду, он должен деньги подвезти».

– «Какого брата? Светлый, ты шокируешь своей тупостью»! – Снова начал самоутверждаться Митяй, не замечая ничего вокруг.

Тем временем к ним подошел незнакомый молодой человек и поздоровался.

– «А ты кто такой»? – Митяй забуксовал.

– «Я деньги привез». – Сказал парень.

В этот момент Егору всё стало ясно, как будто солнце взошло. Это была оперская приемка! Метрах в пяти за этим парнем, подходили ещё двое. Он обернулся назад, дом был окружен. Из близстоящей «Волги» выходили ещё трое с наручниками. Бежать было некуда.

Общая камера Красноярской тюрьмы встретила молодого рэкетира-первохода синим туманом табачного дыма и шумным равнодушием. На тридцать шконок приходилось семьдесят, а то и восемьдесят сидельцев, не меньше. Понятно, что места для того, чтобы поспать хватало не всем. Люди засыпали сидя, стоя и даже на ходу. Одна параша на всех была занята круглые сутки. Арестанты ходили в трусах, потому, что одежда промокала насквозь от пота и сырости. Жара была невыносимая. Народ заживо гнил от разных болезней, начиная с кожных заболеваний и заканчивая туберкулезом. Чесотка, вши и клопы никого не удивляли. Зловоние стояло ужасное!

Егор прошел в середину толпы, с кем-то тихо поздоровался. Он присел за общий стол и стал наблюдать за происходящим. В левом углу камеры несколько двуярусных нар были отделены от остальных занавесками из плотной ткани. Это был так называемый блатной угол. Иногда от туда выходили жутковатого вида мужчины в красивых татуировках. Они искоса поглядывали в его сторону. Через некоторое время к Егору подсел паренек, чуть постарше него. Завязался не затейливый разговор. Кто откуда, за что попал и тому подобное. Оказалось, зовут его Кирилл. В тюрьму попал впервые, сидит за кражу. В подробности он не вдавался, но срок ему корячился реальный. Кирилл рассказал, что есть у него подельник и что дело их уже закрыто, скоро суд. Он приколол о том, как менты взяли на понт его подельника, на что тот написал явку с повинной. Егор в свою очередь рассказал о Митяе и что, в общем-то, взяли их с поличным, так что его суд и срок тоже дело времени. Посмеялись на тему о том, откуда берутся такие подельники, с какого коррекционного интерната их набирают?

Чем больше они беседовали, тем большей симпатией проникались друг к другу. Кирилл объяснил Егору, что в хате чёрный, воровской ход. Добрая половина людей из «приличных», остальные пехота и опущенные. Смотрящий, Аким Казахстанский. Практически весь блаткомитет – играющие!