Сергей Богомазов – 3017: Сектор заражения (страница 12)

Прайс деактивировал удерживающие его на полу магниты, одновременно с этим приводя в действие маневровые двигатели экзоскелета, после чего легко оторвался от пола и вылетел навстречу сияющим во тьме звездам…

Мгновение, и перебивающее все волнения и тревоги ощущение какого-то благоговейного восторга охватило его с головой. Капитану и раньше приходилось бывать в открытом космосе вне стен корабля, однако это ощущение неизменно охватывало его всякий раз, стоило ему оказаться в усеянном миллионами звёзд чернильно-черном пространстве Вселенной. Было в этом что-то такое, от чего внутри него все замирало, но не от страха, а от невероятного чувства соприкосновения с чем-то величественным, изначальным, вечным… Впрочем, сейчас отдаться этому ощущению он позволил себе лишь на секунду. Перед ним стояла важная, почти боевая задача, а потому расслабляться не стоило.

— Большой Папа! Это Черный Пульсар! Высадка прошла в штатном режиме! — объявил он.

— Принял вас Чёрный Пульсар! Высадку в штатном режиме подтверждаю!

— Большой Папа! Дайте мне канал связи с бригадой ликвидаторов аварии! На такой дистанции должен быть уверенный приём!

— Принято! — отозвался Макгроу, а Прайс уже изменил угол тяги маневровых двигателей, разворачивая строительный экзоскелет вокруг своей оси. Теперь ему был виден хвост удалявшегося корабля, грузовые ворота которого закрывались, но самое главное теперь ему был виден сам заправочный комплекс, на фоне которого восьмисотметровый «Омикрон-52» казался детской игрушкой. Масштабы станции поражали воображение, превосходя размеры его корабля самое малое раз в пятьдесят. Конечно же, семьдесят процентов ее размеров составляли топливные резервуары, и лишь остальные тридцать приходились на жилые, технические и служебные помещения в которых жили и работали люди, но все же от этого зрелище не становилось менее внушительным.

Прайс увеличил тягу, стараясь не поднимать мощность выше пятидесяти процентов. Он помнил, что опасный уровень для неисправного двигателя начинается после шестидесяти процентов, однако он и так двигался достаточно быстро, так что рисковать не стоило. Громада заправочного комплекса приближалась, с каждой секундой увеличиваясь в размерах. Продолжая направлять экзоскелет в нужную точку, Прайс поглядывал на компьютерную модель комплекса, на которой эта самая точка была схематично изображена, равно как и траектория сближения с ней. Кроме того, на трехмерном изображении был обозначен и «Омикрон», обошедший комплекс с противоположной стороны, и сейчас осуществляющий стыковку.

То, что комплекс обречен, было заметно даже со стороны. Время от времени в некоторых местах обшивка его разлеталась, после чего в открытый космос вместе с потоками воздуха и всякого хлама вырывались огромные языки пламени. Обломки и то, что когда-то составляло внутреннее убранство комплекса, парили вокруг него, образуя собой целые облака оплавленного космического мусора, от которого следовало держаться подальше. Нет, конечно, экзоскелет штука крепкая, но рисковать лишний раз не стоило, а потому Прайс, старательно обходя самые крупные из еще не потерявших скорость обломков, уверенно приближался к цели. Выйдя к заданной точке, он сбросил скорость, после чего стальные ноги экзоскелета гулко коснулись внешней обшивки станции, автоматически активируя систему магнитоступов.

Эфир снова ожил, но на этот раз вместо старшего помощника Макгроу капитан услышал голос одного из ликвидаторов аварии:

— Говорит заправочный комплекс NJK/3319! Говорит заправочный комплекс NJK/3319! Вы меня слышите? — голос звучал хрипло, и Прайс его не узнал.

— Комплекс! Здесь Черный Пульсар! Слышу вас хорошо! Доложите статус! — произнес в эфир капитан, вновь сбиваясь на военную терминологию.

— Не понял вас, Черный Пульсар… Повторите… — голос явно принадлежал другому человеку, не тому, с которым Серхион общался во время первого сеанса связи.

— Каково состояние людей и реактора?

— Состояние людей крайне тяжелое… У всех большие дозы облучения. Держимся на противорадиационных препаратах, но они уже не спасают… — голос говорившего звучал крайне устало. — Радиационный фон возрастает с каждой минутой… Но… Какое-то время мы еще протянем! Главное успейте спасти тех, кого еще можно!

То, что люди облучены, Прайс понимал, однако к настоящему моменту уровень науки был настолько высок, что даже самая тяжелая форма лучевой болезни поддавалась лечению, так что главное было не дать этим людям погибнуть, и вовремя доставить их на Землю. А там ими займутся врачи. Вот только бы у них хватило сил выбраться из корабля, ибо погибнуть в шаге от спасения обиднее стократ…

— Черный Пульсар! Здесь Большой Папа! — вновь зазвучал в эфире голос старшего помощника Макгроу. — Успешно состыковались с комплексом, начинаем эвакуацию людей из главного шлюза!

— Принято Большой Папа! — отозвался капитан. — Нахожусь на внешней обшивке станции! Сколько у меня времени?

— Думаю около пяти минут! Стыковочный узел слишком узкий для такого количество народу, иначе бы справились быстрее!

— Мне нужно знать расчетное время подлета, чтобы начать действовать!

— Принято Черный Пульсар! Дадим минутную готовность сразу, как только отстыкуемся!

— Принято Большой Папа!

Прайс вновь переключился на канал связи с ликвидаторами аварии.

— Комплекс! Где сейчас главный инженер Тересин? Почему на связи не он?

— Мистер Тересин оставался в рубке связи до последнего и руководил всем процессом, но сейчас ушел к реактору… Он один из немногих, кто еще может хоть как-то держаться на ногах.

Капитан сжал губы… Дело обстояло хуже, чем могло показаться в самом начале. Если люди совсем без сил, то задача спасти их серьезно усложняется.

— Сколько людей из вашей группы еще способны передвигаться самостоятельно?

— Четыре пять человек, не более… — отозвался неизвестный ликвидатор. — Не волнуйтесь… Мы не дадим этой штуке взорваться, пока вы будете в пределах досягаемости…

— Это хорошо! Но мы не собираемся бросать вас на погибель! Слушайте меня внимательно! Прямо сейчас я нахожусь на поверхности обшивки комплекса в непосредственной близости от вас! Как только мой корабль закончит эвакуацию людей, он подойдет сюда, и встанет почти впритирку к станции! За полминуты до этого вам всем нужно будет собраться как можно ближе ко мне, загерметизировать скафандры и как-то закрепиться, чтобы вас не вышвырнуло наружу воздушным потоком! После, те из вас, кто еще способен двигаться поможет остальным дотянуть до аварийного шлюза корабля! Это всего несколько десятков метров, с учетом маневровых двигателей и невесомости сделать это будет вполне реально! Подтвердите, как поняли меня!

— Через дыру в обшивке? — голос говорившего звучал удивленно. — Вы серьезно? Я не ослышался?

— Именно так! Во время первого сеанса связи мистер Тересин сообщил, что, оставшись без ручного охлаждения, реактор взорвётся через семь минут! Это так?

— Приблизительно… — откликнулся ликвидатор, в голосе которого по-прежнему звучало замешательство. — С точностью до секунды утверждать нельзя… Но пять минут без охлаждения он протянет точно…

— Этого более чем достаточно, чтобы забрать вас, и убраться отсюда подальше до того, как случится неизбежное!

— А если мы все же не сможем сделать все вовремя?

— Тогда корабль уйдет без вас. Но люди, которых мы уже спасли, все равно не пострадают. Так что согласитесь — попытаться все же стоит!

— Хорошо… Сэр… Мы попытаемся! — произнес ликвидатор, и от Прайса не ускользнуло то, как при этом изменился тон его голоса. Еще бы, еще минуту назад он и его коллеги готовились к смерти, а сейчас на горизонте забрезжил лучик надежды…

— Как тебя зовут? — задал вопрос капитан.

— Мое имя Дэйв… Дэйв Эспер, сэр!

— Передай мои слова всем остальным как можно быстрее, Дэйв! У нас мало времени! Запиши этот канал как основной для сообщения! Пусть внутренние рации всех, кто остался в сознании будут настроены на эту частоту, потому что после разгерметизации радиорубка престанет функционировать! Как понял?

— Да, сэр! Понял!

Прайс вздохнул и бросил взгляд на уходящую вдаль поверхность заправочного комплекса, из которой, словно гейзеры, то тут, то там продолжали вырываться всполохи пламени, усеивавшие околостанционное пространство все новыми и новыми обломками.

Глядя на эту картину, капитан невольно поймал себя на мысли, что если бы не трагичность разворачивающейся ситуации, зрелище можно было бы даже назвать красивым…

— Черный Пульсар! Здесь Большой Папа! — голос старпома вновь объявился в эфире. — Операция по спасению основной части персонала станции успешно завершена! Расчётное время выхода на точку вашей эвакуации шестьдесят пять секунд! Подтвердите!

— Шестьдесят пять секунда до точки! Подтверждаю! — откликнулся Прайс активируя таймер обратного отсчета, после чего вновь перешел на канал связи с комплексом.

— Дэйв! Внимание! Корабль будет здесь через минуту! Доложите готовность!

— Мы готовы! — сквозь шум помех послышался ответ ликвидатора.

— Тогда держитесь крепче! — произнес капитан, активируя мощный плазменный бур, которым был увенчан его левый манипулятор. Луч плазмы ударил в матово серую поверхность обшивки, почти моментально раскалив ее добела. Металл нагревался и плавился очень быстро, так быстро, что не прошло и десяти секунд, как в том месте, куда бил плазменный поток начал вспухать угрожающего вида пузырь. Не теряя ни секунды, Прайс деактивировал магнитоступы, и, врубив двигатели, поспешно отлетел в сторону.