Сергей Боголюбов – Сфера (страница 2)

Вместе они миновали череду технических коридоров, лабиринтом, опутывающим огромное чрево торгового центра, спускались в вентиляционные шахты и продирались сквозь хитросплетения коммуникационных систем и труб. Временами на их пути попадались охранные роботы и дроиды. Однако Центурион был готов и к таким встречам и быстро останавливал механических монстров с помощью своего наномайстера. Получив правильный пароль, электронные твари разворачивались и спокойно убирались восвояси.

Наконец их маршрут был завершен, и они оказались на огромной вертолётной площадке, где-то на самой верхней точке торгового центра. Здесь их ждал ещё один громила – коренастый японец, вооружённый двумя катанами и переносной гаусс-пушкой «Тарантул».

– Привет, Такэда! Принимай ботаника. Можешь докладывать шефу, – Слоник был явно рад встрече с японцем. Но тот почему-то не разделял энтузиазма лопоухого и сразу направился к его напарнику.

Центурион молча пожал руку чужаку и бросил лишь одну короткую реплику: «Где летун, Ящерица?»

Тот недоуменно пожал плечами и достал свой наномайстер.

– Мантойя выслал геликоптер за нами ещё десять минут назад… Он должен быть уже здесь… Где этот чёртов Блитц и его ребята?

– Ты вызывал их, Такэда?

– Да, пару раз… и всё без толку. Какие-то странные помехи… Попробую ещё…

Токэда настроил наномайстер на приём и громко выкрикнул: «Блитц! Скотина! Где ты? Шеф порежет тебя на суши!»

В ответ что-то затрещало, и далёкий голос быстро заговорил: «Такэда! Это я, Блитц! Извини, вынужденная поломка, пришлось экстренно сесть… Переустановили тут одну штуковину в двигателе. Сейчас будем…»

Японец и Центурион переглянулись. Слоник присвистнул и задумчиво поскрёб свои «локаторы».

– Блитц! Ты охренел? Приказ Мантойи был – лететь без остановки! Не садиться ни в коем случае! Если проблемы с машиной, вылетает запасной коптер… Небось, накануне задания опять с бабами пировал?

Ящерица зло выругался на своём языке и добавил, глядя Центуриону прямо в глаза: «Не нравится мне всё это… Будем готовить встречу с музыкой?»

Центурион, который, по всей вероятности, исполнял в данной ситуации роль негласного лидера, решительно направился к Шмидту и к великому изумлению учёного неожиданно снял с него магнитные наручники.

– Слушай, ботаник, кажется, положение дел хреновое… И не только у нас. Если это люди Скелетного Клоуна, то ради нужной информации они выпотрашат тебя, словно рыбу… А с нами, с нашим боссом у тебя есть шанс выжить и снова заняться той же хренью, что и в своей долбаной лаборатории… Думай, док, только быстрее… Ты поможешь нам?

Карстен проглотил комок, внезапно сжавший спазмами его пересохшее горло, и коротко кивнул. Из двух зол он, конечно, выбирал меньшее.

– В чём будет заключаться моя помощь? Я не умею драться и стрелять, как вы… Я учёный, а не солдат.

Центурион ухмыльнулся и переглянулся с Такэдой.

– Я думаю, это не понадобится, док… Ты только подыграй нам. Вот держи пушку, – сказал Центурион, разрядив вытащенный из внутреннего кармана компактный «фаленбёрд» и сунул его в дрожащую ладонь Шмидта.

Затем повернулся ко всем остальным присутствующим и начал объяснять свой план действий.

– Мы изобразим им то, во что они вынуждены будут поверить… Ящерица, ты притворишься мёртвым и будешь лежать тихо до моего сигнала. Слоник, твоя задача спрятаться за навигационной будкой и взять на мушку пилота. Ну, а мы с доком будем играть в пацифистов… Я лягу на спину, изображая «раненую барышню»… Наш друг сядет мне на грудь и приставит пистолет к горлу… Док, придётся изобразить «разъяренного ботаника». Кричи громче, ругайся, требуй вертолёт, самолёт, звездолёт и ещё хрен знает что… В общем, прикинься крутым! Дальше по моему сигналу валим гадов… Да, яйцеголовый, не забудь вовремя отползти в сторону… Ну, всем всё ясно?

– Я пошёл, займу позицию. Я ж не тупой, – хихикнул лопоухий бандит и направился к будке.

– А мне что, себе харакири что ли сделать? – возмутился Такэда. – Клоун – хитрая сволочь, не поверит, что я конченый… Ну, без крови ни за что не поверит.

Центурион фыркнул и недоуменно пожал плечами. Ящерица вдруг громко произнёс на своём языке какую-то тарабарщину и выхватил один из клинков. Карстен невольно попятился, ожидая удара Такэды. Но тот лишь зыркнул на него злыми раскосыми глазами и полоснул себя по левой ладони. Кровь мгновенно закапала на гладкий пластик вертолётной площадки. Японец, ни слова не говоря, улёгся лицом вниз, прикрыв телом свою «гауссовку». Растекающаяся из раны кровь образовала под ним ощутимую, видимую издалека небольшую лужицу.

– Ну, как я? Похож на дохлого ниндзя? – попытался пошутить Такэда.

– Ты – псих, Ящерица… Дохлее не бывает. Всё, кажись, летят. Всем приготовиться!

Центурион плюхнулся на пол и прикинулся временным инвалидом.

Гудение быстро приближалось, и вот наконец из-за стены ближайшего небоскрёба вынырнул ярко-оранжевого цвета грузовой геликоптер.

– Ботаник, не дрейфь… Весь спектакль не займёт много времени. Делай, как тебе велели, – процедил сквозь зубы Центурион, пытаясь боковым зрением различить приближающуюся машину.

Шмидт сжал до боли трясущимися руками холодную сталь «фаленбёрда» и приставил его к горлу бандита. Тот одобряюще подмигнул два раза.

Геликоптер неожиданно остановился, зависнув всего в нескольких метрах от начала вертолётной площадки. Было очевидно, что сидящие в нём люди ошарашены увиденной картиной. И, похоже, лихорадочно обдумывают свои дальнейшие действия.

– Ори, док… Помаши им рукой… Пни меня ногой… Но только не сиди каменным изваянием! – угрожающе прошипел Центурион и ещё больше скосил оба глаза в сторону летательного аппарата.

Карстен вздрогнул, словно избавляясь от ужасного оцепенения. Он на секунду представил, что, быть может, сейчас, в это самое мгновение, кто-то из прилетевших бандитов держит его на мушке своего пулемёта. Карстена тут же прошиб холодный пот, и он заорал: «Не стреляйте! Я не бандит! Я – Карстен Шмидт! Учёный из Тунгусского Исследовательского Центра Ксенологии… Помогите мне!». Карстен орал ещё что-то о большом вознаграждении, об Учёном Совете, о жалобе в Лигу Объединённых Планет и так далее… Наконец геликоптер качнулся и стал снижаться в нескольких шагах от учёного. Не успел летательный аппарат ещё коснуться твёрдой поверхности, как боковая дверца его быстро отъехала в сторону, и на землю спрыгнули два бандита, одетые в странные костюмы, стилизованные под человеческие скелеты. На лицах у них были маски в виде смеющегося черепа с прорезями для глаз. Странные головорезы спустились вниз и тут же встали справа и слева от двери, приняв боевую стойку и внимательно вглядываясь в окружающее пространство. Вслед за ними в дверном проёме показался ещё один чужак. Он был в таком же наряде, но уже без маски. Да она, похоже, была и не нужна ему. Пересекающий всё его лицо ужасный шрам превращал чужака в настоящий кошмар наяву. Бандит вёл себя вызывающе. Не оглядываясь по сторонам, с напускным равнодушием, он спрыгнул на землю и неспешно двинулся в сторону Шмидта. Карстен не заметил в его руках никакого оружия: ни холодного, ни огнестрельного… Единственным убедительным аргументом чужака был огромный золотой кастет, которым он надменно поигрывал, демонстрируя свою силу и выдержку.

– Ба! Ба… Ба… Наша лабораторная крыса, оказывается, умеет кусаться, – неожиданно заговорил приближающийся чужак и ехидно ухмыльнулся. От этого его лицо перекосило ещё сильнее, а Карстен невольно отвёл взгляд, чтобы заглушить рвотные позывы.

Бандит на мгновение задержался около тела Такэды и вновь произнёс елейным тоном: «Ну, ты посмотри. Это же наш Великий Ниндзя Ящерица… Наконец-то отползал своё!»

Человек-шрам подошёл вплотную к Шмидту и, вглядываясь в молчаливо лежащего Центуриона, неожиданно пнул того ногой под рёбра: «А тебя, сволочь, я замочу собственными руками… Был Центурион и весь вышел… – голос бандита вдруг изменился на угрожающе-злобный. – Дай-ка сюда пушку, яйцеголовый».

Карстен Шмидт, до этого заворожённо смотревший на уродливого чужака, быстро перевёл взгляд на Центуриона. Тот едва сдерживал своё эго, борясь с нахлынувшей болью и гневом от полученного пинка Скелетного Клоуна. Но всё же явственно моргнул два раза в знак согласия. Шмидт недоумённо пожал плечами и протянул «фаленбёрд» бандиту. Тот, похоже, опять вернулся к прежнему расположению духа. Он подкинул пистолет в воздухе, жонглируя им не хуже циркового артиста. Затем резко навёл на Центуриона и нажал спусковой клапан: «Катись к Своему Легиону, Центурион!…» Раздался громкий щелчок, и сенсорная панель оружия засветилась красным светом.

– Ах ты тварь! Шута из меня хотел сделать, лабораторная крыса! – разъяренный бандит повернулся к Шмидту и попытался достать Карстена своим чудовищным кастетом. Однако резкий подкат Центуриона помешал ему достичь намеченной цели, и золотой набалдашник лишь вскользь прошёлся по голове учёного. Несмотря на это, даже такой удар оказался для Шмидта достаточно ощутимым. Окружающий мир поплыл перед его глазами, а сознание тут же отключилось.

Последнее, что запомнил его мозг, это блеск клинков и стремительный прыжок Такэды, который словно разящая молния метнулся на двух телохранителей Скелетного Клоуна, и короткий воющий звук выстрела лазергана Слоника. Дальше наступила кромешная тьма и спасительное забвение…