Сергей Богдашов – Чернокнижник из детдома 3 (страница 32)

— Намечаются проблемы? — не стал я его выводить из этого транса, рассчитывая узнать чуть побольше, чем обычно.

— Могут кого-то внедрить.

— Так нам с вами особо и скрывать нечего. Разве что детали намечаемых операций, но это же у нас ушло в прошлое? Или я вдруг опять понадобился на роль наживки? — мелькнула у меня вдруг догадка, и весьма неприятная.

Куратор уже который раз каштаны из огня моими руками таскает, а вот в ответ помощь идёт не совсем соразмерная. Нет, помогает конечно, но по таким мелочам, ради которых вряд ли мне стоит рисковать жизнью.

По крайней мере я не чувствую, что ему задолжал, а вот он мне…

— Ну… не совсем наживки, — протянул он слегка неуверенно.

— А кого тогда? Моих людей? — в голосе у меня появился металл.

— Не твоих. Моих. Штат увеличили, но не все новые сотрудники… скажем так, не все они проверены так, как хотелось бы. Могут быть «засланные казачки». От конкурентов, от тех же «Фениксов», которые ещё дышат, или от кого-то повыше.

Я откинулся на спинку стула. Разговор происходил в его кабинете, за закрытыми дверями. Всеволод выглядел уставшим — мешки под глазами, небритая щетина, мятый воротничок.

— И что ты предлагаешь? — спросил я. — Чтобы я проверил твоих людей?

— Ну… — он замялся, — У тебя же есть способы. Ты видишь ауры, чувствуешь ложь. Если кто-то из моих новых сотрудников попытается к тебе подобраться, ты сможешь это определить.

— А если они не ко мне подберутся, а к кому-то из моих?

— Тогда мы будем знать, что цель — не ты, а твоё окружение. Тоже информация.

Я задумался. Идея была здравая. Но были и подводные камни.

— А если среди твоих новых есть настоящие профессионалы? Которые умеют скрывать свои мысли и эмоции?

— Таких немного. Но даже они… ты же маг. Ты видишь то, что не видно обычным зрением.

— Допустим, — кивнул я. — Но что я получу взамен?

Всеволод усмехнулся.

— А ты не меняешься, Санчес. Всегда торгуешься.

— Жизнь научила.

— Ладно. Что ты хочешь?

Я перечислил:

— Во-первых, официальное разрешение на использование магии при проверках. Чтобы потом не пришили превышение полномочий или чёрт знает что. Во-вторых, если я выявлю «крота», вы его забираете и работаете с ним по полной программе. Никаких «ой, это наш ценный сотрудник, мы его простим». В-третьих… — я сделал паузу, — Мне нужен доступ к базам данных по контрабанде магических артефактов. Не официальный, а тот, который у вас для внутреннего пользования.

Всеволод присвистнул.

— Ты не охренел? Это же секретные материалы!

— А мне они нужны, чтобы понимать, кто и что может охотиться за моими разработками. Рынок артефактов — это не только легальные продажи. Есть ещё чёрный рынок. И если я знаю, что там ищут, я могу предусмотреть защиту.

Куратор молчал, барабаня пальцами по столу. Потом кивнул:

— По первому пункту — сделаем. Официальное разрешение на магическую диагностику при проверках. По второму — договорились, забираем и работаем. По третьему… я подумаю. Не обещаю, но попробую.

— Договорились.

Мы пожали руки.

Следующие две недели я провёл в режиме «сканирования». Каждый раз, когда Всеволод присылал кого-то из новых сотрудников, я включал Печать Мудрости на полную мощность.

Первые трое оказались чисты. Обычные оперативники, немного испуганные, немного амбициозные, но без скрытых целей.

Четвёртый… четвёртый заставил меня насторожиться.

Мужчина лет тридцати пяти, с правильными чертами лица, в идеально выглаженной форме. Всё в нём было правильно, слишком правильно.

Я включил Печать Мудрости и сразу увидел: его аура была неестественно ровной. Слишком спокойной, слишком гладкой. Как будто кто-то специально «вычистил» все эмоции.

— Что-то не так? — спросил он, заметив мой взгляд.

— Всё так, — улыбнулся я. — Просто задумался. Проходите, покажу цех.

Я провёл его по всему производству, показывая станки, рассказывая о технологиях. Он задавал правильные вопросы, записывал в блокнот, делал фото. Но я видел, что его интересует не наша безопасность.

Его интересовало, где мы храним готовые артефакты. Где лежат чертежи. Как организована охрана.

— А это что за комната? — спросил он, указывая на дверь с кодовым замком.

— Там у нас склад материалов, — соврал я. — Руда, камни, металлы. Ничего интересного.

Он кивнул, но я видел, как его аура дёрнулась. Ложь он распознал.

Вечером я позвонил Всеволоду.

— Есть один. Сегодняшний, лет тридцати пяти.

— Понял, — коротко ответил куратор. — Завтра его заберут.

— Только аккуратно. Он не простой. Его аура обработана.

— Обработана? Как?

— Не знаю. Но это не обычный самоучка. Кто-то очень серьёзный поработал.

Всеволод помолчал.

— Спасибо. Разберёмся.

Через три дня он перезвонил.

— Ты был прав. Это «крот» из одной частной структуры, которая занимается промышленным шпионажем. Работают на несколько крупных корпораций. Хотели выведать твои технологии.

— И что теперь?

— Теперь они сидят в изоляторе и дают показания. Спасибо тебе. Ты сберёг не только свои секреты, но и государственные.

— Рад был помочь, — ответил я. — Но предупреждаю: такие будут ещё. Враги не успокоятся.

— Знаю. Потому и держу тебя на коротком поводке.

— Не на поводке, — поправил я. — А на равных.

Он усмехнулся.

— На равных. Договорились.

Через месяц штат Всеволода увеличили ещё раз. И ещё раз. «Кротов» становилось всё больше. Кто-то работал на конкурентов, кто-то на криминал, кто-то просто хотел продать информацию.

Я проверял каждого. Моя Печать Мудрости работала без сбоев.

А потом случилось то, чего я не ожидал.

Однажды ко мне пришёл новый кандидат — молодой человек, лет двадцати пяти, с открытым лицом и добрыми глазами. Представился Иваном, специалистом по связи. Хочет устроиться на работу.

Я включил Печать Мудрости — и обомлел.

Его аура была… прозрачной. Я такой никогда не видел. Как будто человека не было, как будто это голограмма.