Сергей Баталов – Разум богов (страница 6)
«Ну вот, по крайней мере, одну задачу мы выполнили!» — удовлетворённо хмыкнул Александр. — «Своими глазами увидели, что глаз Богов существует. Теперь добыть бы его»
Он вернулся к тому месту, где оставил своего спутника. Ар’рахх спал сном младенца спокойно и безмятежно. Сашка растолкал своего друга. Не сразу осознав, где он находится, зелёный верзила недоумённо осматривался вокруг, с трудом вспоминая события последних часов. Наконец, его взгляд обрёл осмысленность, он подхватил свой баул и всё ещё слегка пошатываясь, побрёл вслед за Александром.
…К’нарр опять кричал во сне. Его снова мучил кошмар. Тот самый, который преследует его уже много Лет. К’нарру вновь снилась змея.
Длинная, толстая, полосатая, с мощной головой, подобной булыжнику, с челюстями, способными отхватить половину туши здоровенного Б’ка. Она всегда приходит во сне северянину, когда тому ожидает опасность…
Змея сворачивается в тугие кольца, завораживает его немигающим взглядом… потом… Потом она с быстротой молнии выстреливает в него своей могучей головой, опутывает тело тяжкими кольцами и сжимает… Сжимает… К’нарр корячится от нестерпимого давления в груди, он пытается сбросить с себя свинцовую тяжесть… просыпается.
Так бывает всегда. Так было всегда — до сегодняшнего утра.
Сегодня утром пробуждением кошмар не закончился. Кошмар начался после сна.
Настоящий, невыносимый…
Едва первые предутренние капельки тумана проникли под одежду работорговца, он проснулся. Сбросил с себя вместе со сном остатки ночного кошмара, пошёл запрягать Б’ка. Однако животного на месте не было. Наверное, отвязалось. Не очень обеспокоенный сим обстоятельством, (такое и раньше бывало!) негоциант отправился на поиски Б’ка. Он довольно долго ходил по окрестностям, пытаясь отыскать случайно отвязавшегося вьючного животного. Однако его нигде не было. Самое странное, что не было даже следов — не смотря на довольно мягкую почву. Б'ка как в воду канул. Единственной зацепкой были поломанные кое-где кусты и примятая трава — словно кто-то протащил большое и тяжёлое бревно. Ещё немного побродив по кустам и подлеску, работорговец смачно сплюнул, вернулся к месту стоянки, собрал свои вещи и пешком двинулся дальше на Север. Времени на поиски так некстати пропавшего Б’ка не было. «Ладно!» — успокоил себя негоциант. — «Никуда он не денется. Отыщется на обратном пути».
Однако далеко уйти не удалось. Едва К’нарр перевалил за ближайший пригорок, дорогу ему перегородила… огромная змея — живое воплощение его ночных кошмаров.
Опешивший северянин попытался было скрыться, и он даже успел выхватить свой меч…
Дальнейшее происходящее заняло буквально несколько секунд. Змея свернулась кольцами, пружиной распрямилась вслед убегающему драку. Хищница ударом головы в спину свалила негоцианта наземь, быстро обвилась вокруг него. Последнее, что зафиксировало угасающее сознание К’нарра — огромная оранжевая пасть, раскрытая над его склонённой головой. …Почти половину Дня понадобилось «невидимкам», тайно следившим за работорговцем по поручению Верховного Жреца, чтобы догнать, изловить и убить огромного удава, проглотившего К’нарра живьём. Когда змеюка замерла, наконец, с пробитой копьём головой, в её середине виднелось отчётливое утолщение, формой и размером повторявшее тело работорговца с Севера. «Тени» разрубили на удава на несколько частей, но доставать из него негоцианта не рискнул никто — были на это счёт какие-то старинные суеверия… …Очнулся негоциант от нестерпимого зуда и жжения во всём теле. В кромешной тьме что-то сильно сжимало его плечи и бёдра. Он подвигался из стороны в сторону, стал протискиваться вперёд. Тщетно. Что-то невидимое цепко держало его в своих объятиях.
После нескольких неудачных попыток ему удалось немного продвинуться вперёд…
Потом — ещё немного… Наконец, впереди показался какой-то просвет. К’нарр задвигался энергичнее. А когда он смог протолкнуть в отверстие свою голову, не поверил собственным глазам: он выбирался… из змеи. Из того самого гигантского удава, сожравшего его накануне. У работорговца из-за пережитого шока из памяти начисто стёрлась события последних минут перед тем, как его поглотил удав. Он с трудом вспоминал подробности последнего утра…
Вывалившись, наконец, из разрубленного змеиного тела, северянин первым делом поспешил избавиться от невыносимого жжения и зуда. Довольно быстро он отыскал ручей, весело сбегавший с Хребта Дракона. Вода в ручье оказалась очень холодной, но выхода не было и пришлось терпеть. И К’нарр терпел. Он набрал пригоршню песка, с наслаждением растёр им всё тело, смывая остатки желудочного сока горного удава. Через несколько минут жжение стало уменьшаться, покуда не исчезло вовсе. Довольный негоциант по следам преследователей стал возвращаться к месту своей «гибели» (он довольно усмехнулся от этой мысли, неожиданно пришедшей к нему в голову). Он быстро отыскал потерянную поклажу, Б’ка, скрывшегося, как теперь стало понятно, от ужасной хищницы, но теперь, когда опасность миновала, вернувшегося к своему хозяину. Ещё более повеселевший драк быстро разжёг костёр, приготовил себе ужин. Северянину нужно было хорошенько подумать, как наилучшим образом воспользоваться своим «вторым рождением».
Добраться до шара поверх лабиринта, прыгая с одного каменного блока на другой в принципе, наверное, можно было. Но только наивный дурачок посчитал бы, что эта часть храма не охраняется бдительнее всего. Наверняка их прыжки привлекут повышенное внимание со стороны Жрецов, охраняющих Храм. Но если двинуться по лабиринту…
Возможно, им повезёт больше?
Лабиринты строят не для того, чтобы их преодолевали. Их сооружают для иных целей.
Например, для того, чтобы убивать. А чтобы жертва добровольно шла к своей гибели, ей нужна приманка. Приманкой может быть всё что угодно. Например, очень дорогой «приз» — несметное богатство, слава, жизнь, наконец. В Храме Ока Богов приманкой был сам глаз Бога. А почему бы и нет? Да и лабиринт выглядел так, что пройти его представлялось парой пустяков. Но охотникам за сокровищем, побывавшим уже в паре переделок в Храме, в мнимую простоту лабиринта не очень-то верилось. Скорее наоборот: доступность изначально предполагала что-то особо коварное, неожиданное и смертельное.
Посовещавшись, решили, что двигаться вновь будут по одному, с небольшой дистанцией.
И первым, как обычно, пойдёт Александр. Ар’рахх хотел было возразить, но далёкие стены Храма ощутимо качнулись в сторону, и он уступил. Слава Богам, что он вообще ещё жив и может хотя бы подстраховать своего светлокожего спутника.
Двигались медленно, тщательно выверяя каждый шаг перед тем, как его сделать. В памяти Александра надёжно отложился незамысловатый рисунок лабиринта, увиденного им сверху. Но почти сразу начались сюрпризы. После первых же шагов оказалось, что «рисунок» сверху не соответствует тому, что находится «внизу». Сплошная стена могла оказаться аркой перекрытой сверху, а проход — стеной, выложенной тёмным, почти чёрным камнем, совершенно незаметным издалека, с того места, с которого Сашка впервые увидел лабиринт. Пришлось проверять все проходы и тупики — любая комната могла оказаться единственным путём, ведущим к заветной цели, заманчиво сверкающей почти над каждой стеной со стороны центра Храма.
Ар’рахх отломил кусочек смолы от сгоревшего факела, возле каждого поворота налево делал небольшую отметину.
Не попадая в ловушки, или интуитивно обходя их, они ходили довольно долго. Очередная комната была точно такой же, как и все остальные, оставшиеся позади. Только песок на полу показался немного темнее, чем в других местах. Но эта особенность вполне могла оказаться игрой света и тени, так что на неё Сашка не обратил никакого внимания. Он довольно смело, если не сказать — беспечно, шагнул вперёд, намереваясь поскорее попасть в светлый проём, хорошо видимый впереди. Однако Ар’рахх почему-то замешкался. Он присел на краю комнаты, не переступая её границы, кончиками пальцев захватил несколько крупинок тёмного песка. Он поднёс их к глазам, потом к носу, внимательно понюхал. И почти сразу вскочил, что-то тревожно крикнул товарищу — что-то вроде того, что нужно немедленно возвращаться — это ловушка.
Но было уже поздно.
Откуда-то снизу в комнату стала очень быстро поступать влага. Она мгновенно пропитала «песок», который тотчас же превратился в густую клейкую массу, намертво сковавшую ноги неосторожного человека. Сашка попытался с помощью рук вырвать ноги из непонятно откуда появившегося клея, но это ему не удалось Хуже того — он потерял равновесие и едва не увяз в клейкой массе ещё и руками.
И тут на него стала падать стена. Точнее, просто ложиться. Медленно, неотвратимо.
Зелёный верзила сориентировался в ситуации быстро. Он сбросил на пол свой мешок, рванул узел на горловине. Из мешка он достал верёвку и пару раз махнув над головой, ловко набросил её на плечи Александра.
— Погоди, не тяни! — Крикнул ему Александр. Он побоялся, что если драк его, как следует дёрнет, то точно свалит его в клей. Сашка попытался развернуться, но неизвестный состав держал его ноги крепче цемента. …А стена тем временем стала опускаться заметно быстрее.
Александру стал лихорадочно искать выход из создавшегося положения, но в голову ничего не приходило. Он в отчаянии покрутил головой, едва не задев ею стену, опустившуюся ещё ниже… Вскоре ему пришлось наклонить голову, потом пригнуться.