Сергей Баталов – Разум богов (страница 55)
Ночь выдалась холодной. Крохотная полусфера мини-чума защищала от ветра, но совершенно не спасала от ледяного холода, струившегося от земли. Сашка мысленно попенял себе за то, что не догадался взять с собой ещё один кусок шкуры Б’орна. Его можно было бы расстелить на пол, и тогда ночёвка у уреза ледяного щита была бы гораздо комфортнее.
Но, как говорится, если бы у бабушки были яйца, она… пожарила бы из них глазунью.
Землянин подтянул под себя ноги, поплотнее закутал вокруг головы и шеи «пуховик» так он называл комбинезон, искусно сшитый дочерью работорговца и его возлюбленной для бывшего гладиатора специально для движения по острову.
Молодые женщины (у Сашки язык больше не поворачивался называть их самками) никак не хотели понимать, зачем инопланетнику такой странный костюм, да ещё из двойного слоя материала. Но их удивлению не было предела, когда Александр попросил их всё пространство между слоями материи набить самым тонким пухом, какой удалось добыть в городе.
На недоумевающий взгляд негоцианта Сашка коротко сказал, что так надо. Больше вопросов по поводу снаряжения и костюма ему никто не задавал. «А зря! — Подумал Заречнев, пытаясь сжаться в комок. — Глядишь, может, кто-то что-то дельное и подсказал».
Взошла Сау. Землянин ещё немного поворочался в своём крохотном убежище, убеждая себя в том, что нужно всё-таки выйти и осмотреться. Но выходить не хотелось. В минипалатке стало, наконец, немного теплее; Александр даже размотал пару верхних завязок на комбинезоне.
Прошёл час или два. Сашка так и не заставил себя покинуть тёплое убежище; и он стал засыпать… Несколько раз он просыпался от того, что немела рука или нога, неловко подогнутая в тесном чумчике; однажды ему пребольно упёрся в бок большой острый камень, не замеченный в сумерках… На беду, камень упёрся именно в то место, где на рёбрах горел длинный извилистый шрам, оставшийся после их с Ар’раххом «визита» на башню Жезла Богов.
Ближе к полуночи он проснулся от сильного внутреннего толчка. «Надо вставать! — Вопил его внутренний голос. — Вставай, трутень! Ты сюда не отдыхать пришёл! Двигаться надо!
Двигаться! Иначе подохнешь!»
Заречнев шевельнулся, попробовал выбраться из палатки. Занемевшие руки и ноги слушаться не хотели, они, как могли, сопротивлялись желанию землянина покинуть крохотное убежище.
Наконец, скупые движения сделали-таки своё дело. Кровь пошла к онемевшим членам, руки и ноги стали обретать чувствительность. Только кисти рук болтались подобно тряпкам, приделанным к предплечьям кое-как.
Но Сашка решил не сдаваться. Упираясь коленями и локтями в землю, он протиснулся во входную щель, глотнул свежего морозного воздуха.
Закружилась голова. Но через минуту-другую вращение окружающей темноты прекратилось, кисти рук и стопы ног защипало от прилившейся крови.
Заречнев, наконец, окончательно выбрался из палатки.
Небо над головой оказалось таким прозрачным и бездонным, что легко можно было увидеть не десятки и не сотни, как на Земле, а тысячи звёзд.
«Открылась бездна, звёзд полна. Звёздам нет счёта, бездне — дна!» — Вслух, с видимым удовольствием процитировал землянин неожиданно всплывшие из памяти стихи великого русского учёного. Он посмотрел на небо в той стороне, где, по его представлениям должен был находиться Север. Остров Голова Дракона, судя по карте, находился не строго на Север от Воротника Дракона — того места, где укрепилась цитадель Дэв’ви и где на вершине одной из башен (по странному стечению обстоятельств, именно на той, на которой происходили все основные события по возврату Фул’ланн Дэв’ви себе своего родового замка) находился Жезл Богов, пока что исправно выполнявший роль путеводителя. Голова Дракона была несколько левее от линии, соединявшей Северный полюс Дракона и Воротник Дракона. Некий аналог Шпицбергена на картах СССР.
Но вот от побережья острова, чтобы найти Храм Разума Богов, следовало идти точно на Север. Единственной реальной возможностью найти точное направление в снежной пустыне были звёзды. Погода стояла ясная. Оставалось только определить, какая из многочисленных звёзд над головой — местная Полярная.
Ждать пришлось довольно долго. Крохотная планетка не очень-то торопилась поворачиваться вокруг самой себя. По приблизительным подсчётам землянина, у неё на это уходил около трёх суток. Плюс-минус несколько часов.
Впрочем, все эти подсчёты были грубыми, приблизительными. К необычному двух, или трёхсуточному Дню землянин довольно скоро адаптировался и иногда даже не сразу вспоминал, что один здешний День — это два или три земных.
Какая из крохотных алмазных точек — Полярная звезда, сразу понять было сложно. Но, по крайней мере, выявилась целая группа звёзд, вокруг которой вращались все остальные.
Сашка бодро собрал все свои пожитки, уложил, привязал их к нартам. Он двинулся вперёд, стараясь, чтобы скопление звёзд, обозначенное им как ориентир, всё время было перед ним.
Снежно-ледянное поле оказалось твёрдым и не очень скользким. Снегоступы пока не понадобились. Сани скользили намного легче, чем прежде; повеселевший землянин сразу прибавил в скорости.
К утру началась позёмка, звёзды почти сразу скрылись из виду. Отец Богов ещё не обозначил своего местонахождения. Пришлось делать привал.
Сашка снова присел на нарты, кинжалом настрогал копчёного мяса, отломил увесистый кусок хлеба. Метель усилилась. Температура для коренного сибиряка не казалась очень низкой; минусом семь или десять парня, катавшегося на лыжах при минус тридцати, не испугаешь. Но вот видимость… «Наверное, придётся всё же ставить палатку!»
Отрешённо подумал Заречнев, пряча в мешок недоеденную пищу.
Неожиданно метель стал стихать. Померкли звёзды над головой, а на самом краю неба вытянул вверх свои первые красные щупальца Отец Богов. «Надо идти! — Сказал себе Сашка, с трудом вставая с саней. — Эта позёмка может начаться в любой момент. И неизвестно, сколько она продлиться в следующий раз. Может, несколько минут, а может — несколько Дней. Надо идти, пока можно!»
К середине Дня силы понемногу стали оставлять его. Невыносимо слепил глаза свет, отражённый снегом и льдом от «какающего Василия Алексеевича». Заречнев практически закрыл глаза, оставил в веках крохотные щёлочки. Но всё равно глаза резало так, словно он «нахватался зайчиков» от электросварки где-нибудь на ремонте бронетехники.
Пришлось остановиться, сделать очередной привал.
Александр поел. Хотелось пить. Но вдруг выяснилось, что вода во фляжках замёрзла, а от одной только мысли, что её придётся отогревать на своём теле, Заречнева пробрала дрожь.
Он наклонился, наскрёб полную ладонь снега из-под ног, «закусил» им. Ещё немного посидел на санях, потом снова двинулся в путь.
Перед закатом стало совсем тяжело. Комбинезон отяжелел от пота и влаги, ноги не хотели слушаться. Чуни, сшитые из всё той же кожи кипяточника, цеплялись за снег всё сильнее; каждый шаг давался со всё большим и большим трудом. Сашка с каким-то внутренним облегчением принял решение, что пора ставить палатку. Он уставшими, замедленными движениями долго собирал остов чумчика, потом так же долго натягивал поверх деревянного скелета толстую шкуру жителя горячего озера.
Он с трудом забрался внутрь, кое-как подгрёб под себя все тряпки, которые удалось собрать на нартах, включая мешки со снедью и артефактами. Устроился более-менее удобно, и почти мгновенно провалился в беспамятство сна, как в бездонную бочку.
Примерно около полуночи он проснулся. Отдохнувший, заметно посвежевший. Сашка бодро выбрался из палатки, поднял голову, отыскивая вчерашний ориентир — знакомое скопление звёзд над продолжением невидимой оси, соединяющей Южный и Северный полюса планеты.
Знакомых звёзд не было. Землянин более внимательно осмотрел все участки неба, хотя бы отдалённо напоминавшие тот, который он выбрал за ориентир вчера.
Звёзд не было.
Сашке стало страшно. Впервые — по-настоящему за всё время пребывания на этой не очень гостеприимной для него планете. «Это, что же получается? — Лихорадочно думал он, ощущая, как покрывается холодным потом его спина. — Что я всю ночь топал куда-то не туда? Интересно, и куда же я мог забрести за это время? И где тогда это чёртов Храм Разума Богов? И вообще, что мне сейчас делать? Идти назад? Или всё-таки искать этот Храм?»
«Стоп! — Сказал ему его внутренний голос. — Сейчас, в твоём положении главное — это не паниковать. Успокойся. Подумаешь — сбился с пути! Или почему-то подумал, что сбился.
Возьми новый азимут. Ну, посидишь ещё парочку часов на нартах…»
Где-то через час звёзды нашлись. Они, конечно, никуда не пропадали, по-прежнему были в центе мироздания. Но высокие перистые облака, поднявшиеся высоко над островом, полностью изменили рисунок созвездия…
Александр с видимым облегчением сложил вещи на сани, сноровисто впрягся в постромки… …Тонкую белую колонну, издали похожую на нить, соединяющую небеса и землю, землянин заметил издалека — ещё до того, как Отец Богов полностью выбрался из своей ночной опочивальни. Подкрашенный розовым столбик тумана находился несколько правее того курса, которого придерживался землянин, но интуиция подсказывала: этот столб белого дыма может принадлежать Храму Разума Богов. Заречнев уверенно двинулся в его сторону.