Сергей Баталов – Разум богов (страница 30)
Уведите его! Дайте воды, пищи, заприте где-нибудь в подвале. Хорошо охраняйте! И пока не трогайте! Он мне, возможно, ещё понадобится!
Сашка ещё в детстве поражал всех своей способностью видеть в темноте не хуже, чем иные — днём. Здесь, на этой планете это его качество стало только лучше, причём проявлялось это порой в самых неожиданных ситуациях.
Заречнев знал (вычитал однажды в научно-популярном журнале «Наука и жизнь»), что человеческий глаз является абсолютным рекордсменов среди всех устройств и приборов, фиксирующих световое излучение. Как говорилось в статье, после многодневной адаптации в полной темноте человеческий глаз способен уловить один-единственный фотон света.
Фокус был в том, что у Александра адаптация к ночному видению проходила намного быстрее, чем в описанном опыте — всего за несколько минут, максимум за полчаса.
В ночном лесу он хорошо различал веточки под ногами, удава, притаившегося над тропой в поисках подходящей добычи, трио молодых Маг’гов, мерно посапывающих под отдельно стоящим деревом после многокилометрового обхода «владений» их стаи. Сашка не знал, но Ар’рахх хорошо был осведомлён о том, что молодые хищники, для более детального узнавания своей территории, для получения необходимого опыта, определённом возрасте небольшими группками по три-четыре зверя часто совершают многодневные рейды по территории, на которой обитает их стая. И поэтому, пока тёплый осьминог судорожно пытался рассмотреть в темноте остальных зверей несуществующей стаи Маг’гов, зелёный верзила легонько тронул его за плечо и жестом показал, как землянину нужно обходить с фланга спящих хищников.
Молодые звери так и не проснулась. Трижды, с коротким промежутками тоненько тенькнула в темноте тетива стреломёта зелёного верзилы. Стрелы одна за другой вонзались куда-то в шею между черепами зверей и их шеями.
«У Маг’гов есть одно место. — Вполголоса пояснил Ар’рахх, снимая шкуры с молодых хищников. Если попасть именно в него, достаточно одной стрелы или удара копьём.
Утро застало охотников за артефактами на из привычном месте — в гамаках, подвешенных к дереву.
Аккуратно вывешенные шкуры хищников ждали Отца Богов на соседних ветках.
Глава 7. Осада
Вешать К’нарра никто не стал. Смерть от удушья считалась самой мучительной и поэтому — самой почётной из всех возможных. Небольшой собственный вес вешаемого вкупе с крепкими шеями драков не давал нужного эффекта довольно длительное время. Чтобы ускорить «процесс», к ногам казнимого, как правило, привязывали солидный вес, а и то вовсе зацепляли верёвку, протянутую через блок… Такой смерти удостаивались только особо опасные преступники, или вельможи, чей высокий общественный статус требовал какого-то особого вида казни.
Таких «предателей», как негоциант, в Дэв’ви казнили просто — их сбрасывали вниз с самой высокой башни замка.
Внизу, у основания крепости казнимого «ждали» острые скалы, первоначально предназначавшиеся для затруднения перемещения штурмующих замок непосредственно перед стенами. Да и осадную башню по огромным и острым камням вплотную к стенам — не поставишь.
К’нарр с видимым усилием поднялся вверх по винтовой лестнице, с тоской посмотрел вниз, на острые камни.
Его смерть будет мгновенной.
А вот какой будет гибель двух его самых близких на этой планете существ — дочери Ир’рны и лекарки — «внучки»? Наверняка не такой скорой и безболезненной.
Его подвели краю, наклонили вперёд лицом так, чтобы он всё время «висел» над бездной.
Его ноги касались самого краешка белой каменной стены, а руки, крепко связанные за спиной прочной верёвкой были обращены к палачам так, чтобы они могли одним движением ножа или топора пересечь последнюю нить между жизнью и смертью того, кто уже и так мысленно был уже там, внизу, на камнях.
Ждали только Владыку.
Т’марр почему-то задерживался, а без него казнь никто не осмелился бы начинать. Зная крутой норов хозяина, тот, кто посмел бы это сделать, сам рисковал отправиться с башни вслед за работорговцем.
Наконец, в сопровождении не очень многочисленной свиты пожаловал сам хозяин замка.
Он уселся в заранее подготовленное кресло, поправил одежду и меч, едва заметно шевельнул рукой, отдавая разрешение начать казнь.
Прямо на стену, буквально в двух шагах от висевшего над пропастью негоцианта забрался шустрый малый, судя по манере поведения и одежде — местный глашатай.
Он упёрся спиной в один из зубьев стены, вынул из-под одежды плотно свёрнутый свиток, развернул его, стал читать вслух, стараясь, чтобы каждое его слово было слышно и понятно тому, кто весь это спектакль устроил.
Формулировка была проста. Да и сам факт казни именно таким способом был по адату самым безопасным для репутации Т’марра. Если кто-то в последующем решил бы бросить упрёк в его сторону за неправедную казнь северянина, он всегда мог бы сослаться на то, что работорговца убил не он, его убили сами Боги и планета, ибо, если бы он был невиновен, ему ничего не сделалось бы от удара о скалы.
Глашатай дочитал приговор, свернул свиток, повернулся лицом к повелителю.
К’нарр закрыл глаза.
За его спиной что-то свистнуло, смачно ударилось во что-то не очень твёрдое. Раздался сдавленный крик драка, падающего со стены.
Работорговец открыл глаза.
Верёвка, которая удерживала его от полёта вниз, всё ещё была цела. А у него прямо перед глазами, насколько позволяли видеть стены башни, быстро растекалась вокруг замка армия Фул’ланн Дэв’ви.
Повелитель лично вытянул обратно на стену северянина, пристально посмотрел тому в глаза.
— Увести, запереть в подвале! — Приказал он. — Когда здесь всё закончиться, мы наверняка побеседуем с тобой о том, что ты ещё знаешь об этой стерве! — Т’марр мечом показал в сторону разбойничьего войска.
С К'нарра сняли верёвку и повели вниз по ступеням.
Глашатая убила лично предводительница разбойников. Она едва не опоздала. Когда ей доложили, что на главной башне замка казнят какого-то драка, она впервые в своей жизни испытала что-то похожее на сочувствие. После того, как по её мнению Боги обошлись с ней и с её Родом слишком жестоко, она всегда жила по собственному адату, её нисколько не беспокоили правила и нормы, которых придерживались между собой другие драки. Но сегодня, увидев своего заклятого врага, висящим над пропастью, она впервые почувствовала в своей душе нечто похожее на сострадание.
Она молча протянула руку к одному из воинов личной охраны, вооружённым тяжёлым дальнобойным тетивником.
Разумеется, она могла просто приказать «снять» глашатая одному из лучших своих стреломётчиков, но в это время Года над замком дули сильные ветра со стороны моря.
Воздушный поток заметно влиял на меткость стрельбы; нужно было просто знать — с какой силой и куда дует ветер, так как второй попытки Боги могли и не дать.
Фул’ланн Дэв’ви под пристальными взорами своих воинов легко натянула тяжёлый дальнобойный тетивник, прицелилась в точку, которая была выше и правее глашатая, плавно опустила тетиву.
Стрела поначалу забралась слишком высоко. Даже стоящим поодаль разбойникам было видно, что стрела летит мимо цели. Они уже прятали за руками свои усмешки, как неожиданно стрела, выпущенная атаманшей, замедлила свой полёт, «клюнула» вниз и стала заметно забирать влево.
Глашатаю дротик попал точно в середину груди, почти наполовину внедрившись в его нехрупкое тело.
«Робин гуды», знавшие толк в меткой стрельбе из стреломёта и понимавшие все нюансы мастерства владения грозным боевым оружием, сдержанно покивали головами в знак восхищения способностями своей предводительницы. Из них никто лучше не справился бы с такой задачей.
Осада началась по всем правилам.
Крепость окружили со всех сторон, перекрыли все подходы к замку, стали валить лес и строить из него передвижные осадные башни.
Осаждённые притащили из подвалов огромные чёрные чаны, накидали в них большое количество кусков древесной смолы, развели под чанами огонь.
Густой чёрный дым от замковых костров поднимался на много перелётов стрелы вверх и вскоре стал заметен за несколько Дней пути.
Шкуры молодых Маг’гов отлично сохли, быстро выделывались, были прочными и лёгкими и потому стали отличным материалом для изготовления крыльев второго дельтаплана.
Зелёный верзила опытной рукой стачал все три шкуры так, что они образовали совершенно однородное плотное полотно. Из полотна получилось отличное крыло.
Единственная разница между планерами Сашки а Ар'рахха заключалась в их цвете.
Дельтаплан землянина был жёлто-песочного цвета, а аппарат молодого охотника — тёмно-зеленого, с длинными светлыми «маскировочными» полосами — там, где шкуры ранее прикрывали животы хищников.
На второй День после охоты на Маг’гов к полёту было готово всё.
Ар’рахх в последний раз проверил все крепления на обоих летательных аппаратах, тщательно закрепил оружие на спине, помог сделать то же самое Александру.