Сергей Басов – Бетховен (страница 4)
– Да, пора на боковую. Завтра на службу.
Иоганн еще какое-то время сидит около камина, греет ладони. Какой трудный этот день-17
декабря 1770 года
Магдалена пролежала в постели больше недели. Старик Людвиг иногда присылал свою служанку помочь по хозяйству. По возвращении подробно расспрашивал. С сыном на людях
был строг. Сослуживцам притворно жаловался:
– Дал же Бог неумеху. Все лежит, вылеживает, а хозяйство на мне.
Но, приходя к невестке, был тих и вежлив. Склоняясь над малышом, шершавым пальцем трогал кучерявенькие спутанные волосики, тонким, почти прозрачным платком протирал лобик. Магдалена улыбалась.
– Возьмите его, отец.
– А можно?
«Какой он смешной, почти, как ребенок», -размышляла Магдалена. В маленькой каморке огромному капельмейстеру тяжко, он делает несколько шагов от окна к камину от камина к двери и садится на постель. Бережно отдает внука.
– Как там Иоганн? -спрашивает Магдалена.
– Потихоньку.
– Он старается. Дает уроки. Не часто, но бывает.
– Да, я знаю. Я же и нахожу этих учеников.
– Спасибо, -только и может произнести она.
Иоганн приходит поздно. С отцом вне репетиций он почти не видится и лишь по нескольким золотым монетам и светлому взгляду жены он понимает-был отец. После нескольких часов
занятий Иоганн измотан. Ни шутить, ни балагурить нет настроения. Часто от него пахнет вином, но Магдалена молчит. Завтра в шесть он снова проснется и снова возвратится к полуночи. Надо просто оставить его в покое. В редкий выходной день все трое встречались у Иоганна. Наступала оттепель. Первые мартовские деньки с еще холодным солнцем. Магдалена выходит на порог с маленьким Людвигом на руках. Отец и сын сидят тут же во дворе. Мирно беседуют. Иоганн курит длинную трубку, с наслаждением выпускает дымок из носа.
– Этой весной, вероятно. будем ставить Гретри, -говорит Старший Людвиг и добавляет:-Я вы-
хлопотал для тебя партию.
– Это хорошо, деньги небольшие, но в нашем случае…
Иоганн не закончил. Отец достал большой широкий листок со списком ролей.
– Я лишь набросал роли. Вот, с тобой в дуэте будут девицы Саломон и кто-то из Рисов.
– Я не подведу, ты меня знаешь.
– В том-то и дело-знаю. Ты в прошлом году уже подавал прошение?
– Да, знаю. Жаловаться особо нечего. Мне ничего. Саломону дали 50 и по 25 Брандту и Майерсу.
Старик Людвиг встает. Тут же спрашивает Магдалену:
– Кормить будешь?
– Нет, он такой здоровяк, что почти все молоко на него уходит. Потом спит. Он молчун.
– Это лучше чем болтать без умолку.
Иоганн вышел из дома с листом бумаги.
– Раз уж зашел разговор о добавке… вот…
Он протянул отцу лист с корявым быстрым почерком. Предупредил:
– Это только набросок.
– Посмотрим: «Хотя находят меня способным занять его место, но я не решаюсь повергнуть
просьбу к стопам вашей светлости…«Капельмейстер не дочитал, скомкал лист и бросил на землю.
– Никому не показывай этот бред.«Способным занять…«Ты с ума сошел!
Магдалена вынесла закутанного малыша на первое в его жизни весеннее солнышко. При малыше капельмейстер чуть успокоился. Внимание старика переключилось на внука, глаза подобрели, чуть улыбнулись губы.
– Пузатенький какой, темноват немного…
Вспомнив, что эта тема неприятна супругам, покопался в камзоле и вынул золотой. Осторожно заложил его между пеленок.
Магдалена сделала вид, что не заметила, улыбнулась. Когда капельмейстер ушел, она сказала:
– Он сегодня в хорошем настроении.
– Только не для меня. Ты слышала?
– Да.
– Чтобы я не написал, ему не угодишь. Он почти сорок лет прослужил архиепископу и думает,
что и у меня так получится.
– У тебя еще лет тридцать впереди, -пошутила Магдалена и добавила:-Ведь и он с чего-то начинал.
Вместо ответа Иоганн продемонстрировал жене лист, принесенный отцом.
«СИЛЬВАН.
Комедия в одном действии с пением.
Текст Мармонтеля, музыка Гретри.
Дольмон, отец, -г Людвиг ван Бетховен, управляющий
Сильван, -Иоганн ван Бетховен.
Базиль, -Христиан Брант.
Елена, жена Сильвана, -Анна-Мария Рис.
Паулина, -дочь Сильвана-Анна-Мария Саломон.
Люсет, дочь Сильвана, -Анна-Якобина Саломон».
– Да, не плохо, -только и сказала Магдалена. Она слабо разбиралась в музыке и в таких вопросах всецело полагалась на мужа и свекра.
3
Постепенно старик Людвиг стал ловить себя на мысли, что ему нравятся еженедельные посещения семьи сына. Чаще он наведывался, когда сын был на службе или на уроках. В теплые погожие деньки брал на руки полуторагодовалого внука, расхаживал с ним по двору, смешно и неуклюже приседал, мурлыча что-то на непонятном языке, Магдалена выглядывала из окна с шитьем в руках. Она тоже оттаивала сердцем во время этих визитов. Стан ее выпрямлялся, в глазах загорались давно позабытые искорки. Она красиво улыбалась, улыбка ей шла. В самые жаркие дни и очень редко капельмейстер брал внука с собой на прогулку по городу. Шел медленно и важно, не торопясь. На левой руке крепко держал двухлетнего внука. Останавливался возле каждой лавки, заводил разговор. Человеком он был известным и почти каждый встречный считал своим долгом поприветствовать уважаемого капельмейстера да еще и с внуком.
.Давний друг капельмейстера-органист ван Эден подолгу не отпускал друга. Вместе сидели в просторной прохладе церкви. Малыш был непоседой. В два года все так интересно. Капельмейстер уже с трудом удерживает его на коленях. Эден улыбается. Малыш ручкой
тычет в деревянное распятие, переводит взгляд на ангелочков под куполом. А
звуки! Это чудо какое-то! Откуда они? Маленький Людвиг испуганно прячет личико в
праздничном жабо деда. Проходит несколько минут и малыш начинает прислушиваться.
Несколько минут молчания и музыки.
– Как тебе? -спрашивает дед.