Сергей Баранников – Агентство «Энигма» (страница 9)

На станцию скорой помощи сегодня я прибыл не в самом лучшем расположении духа. Мельком увиделся с Софией, но девушка явно решила меня избегать, а у меня совершенно не было настроения бегать за ней.

Казалось, этим утром единственными, кто был рад меня видеть, была моя родная бригада.

— Пожар на Проспекте мастеров. Горит ателье, есть пострадавшие, — сообщил нам детали и причину вызова Басов.

— А какой точный адрес? — встрепенулся я, понимая, что в том районе располагается ателье Виноградовой, где сейчас должен дежурить Пётр.

— Дом двенадцать, — произнёс Матвей Анатольевич, сверившись с планшетом. — Тебе-то какая разница?

— Принципиальная, — ответил я, понимая, что мы едем на место происшествия, где может быть мой брат и Ардатьев.

Глава 5

Коварный план

Меня одолевали самые паршивые предчувствия, потому как отчётливо видел столп чёрного дыма, поднимавшийся к небу со стороны ателье. Это был своего рода ориентир, на который мы смотрели, чтобы понимать как долго ещё ехать к месту вызова. Разумеется, Иванычу ориентир не требовался, потому как он знал город как свои пять пальцев, а потому уверенно мчал по дорогам, разгоняя машины воем сирены.

На месте мы оказались через семнадцать минут после звонка в «скорую». Я видел Лёню, который вытащил кого-то на улицу и уложил на газон, а затем помчался обратно в горящий дом. Только мы выбрались на улицу, позади послышался вой сирен. Это пожарные прибыли на вызов.

— В здании кто-нибудь есть? — поинтересовался высокий мужчина в защитном костюме пожарного, выскочив из машины.

— Как минимум, один человек, но я подозреваю, что их там двое, а то и больше, — немедленно отчитался Басов.

— Ясно, работаем!

Последнее слово, судя по всему, предназначалось напарникам, потому как сразу три человека бросились к зданию. Один остановился в нескольких шагах, воздел руки к небу, и я видел, как пламя, бушевавшее в одном из окон, стало угасать. В тот же миг в освободившийся проём пробрались двое других спасателей.

Не прошло и минуты, как они вытащили на улицу девушку, которая была без сознания. Вот только это была не Виноградова. Видимо, одна из девушек, работавших в ателье.

— Ник, ты знаешь что делать? — поинтересовался Матвей Анатольевич, бросив на меня обеспокоенный взгляд.

— Разумеется! — успокоил я старшего целителя.

— Тогда бери в помощь Дашу и действуй, а я займусь той девушкой, которую вынесли из огня ранее.

Басов занялся девушкой, спасённой Лёней, а мы с медсестрой принялись оказывать первую помощь второй пострадавшей.

— Расстегни блузку у неё на шее и разотри руки и грудь, а я пока займусь вентиляцией лёгких, — распорядился я, доверив Дарье достаточно простую задачу. В принципе, жизни девушки ничего не угрожало, она просто надышалась угарным газом. Её счастье, что она не осталась там, потому как последствия могли быть куда хуже.

Только мы справились с нашей пациенткой и привели её в чувства, пожарные вывели Петра и Виноградову. Я даже не стал интересоваться их самочувствием, а молча запустил диагностику. Даже если им кажется, что они неплохо себя чувствуют, проблема может не проявиться поначалу. Тем более, когда у них в крови такое количество адреналина. А вот потом проблема может о себе знать, только позже нивелировать негативное влияние будет уже поздно.

Я видел как потускнели энергетические каналы Ардатьева и влил в него волну целительной энергии.

— Петь, с силой выдыхай! — скомандовал я, начиная стимулировать работу его лёгких.

Через минуту он немного отошёл, смог сконцентрировать взгляд и даже нашёл в себе силы, чтобы отвечать на вопросы.

— Где Лёня? Ты видел его?

— Он побежал за Бенуа, — ответил Ардатьев.

Выходит, Ксавье всё-таки здесь был. Кажется, моя идея образумить парня через Бердникова немного запоздала. Но теперь уже нет смысла горевать по этому поводу. Лишь бы Лёню вытащили, а то что-то он долго.

К тому моменту, как мы привели в порядок четверых пострадавших, пламя на наружной части здания было полностью потушено. А вот и пожарные! Они вынесли двух человек, и я без труда узнал в одном из них брата. Лёня был без сознания, и это было очень плохо. Я бросился было к нему, но Басов меня остановил.

— Займись вторым, а Павлову помогу я. Не хочу, чтобы эмоции мешали тебе работать.

Тоже мне нашёлся советчик! Да я в прошлой жизни в десятке таких ситуаций бывал и полностью себя контролирую! И вообще, он ведь не родной мой брат, если уж на то пошло — я ведь попал в чужое тело, но переживаю за Лёню как за родного.

Решив не тратить время даром, я склонился над Бенуа и запустил диагностику. Внутренним зрением я видел, что дело плохо, и парню требуется срочная помощь. Пульс замедленный, едва прощупывается. Лицо красное, как у варенного рака.

— Даша, нужна твоя помощь! — обратился я к нашей медсестре. — Работаем в паре!

Пришлось искусственно вентилировать лёгкие и снимать отёк с дыхательных путей. На теле Ксавье красовались глубокие ожоги, но я сейчас не обращал на них внимания. Главное как можно скорее обеспечить подачу кислорода в организм, чтобы он вытеснил угарный газ. Сейчас бы не помешала кислородная маска, но где её взять, если в этом мире слишком полагаются на силу дара? Приходилось всё делать самому, но драгоценные секунды уплывали. Парень буквально балансировал на грани жизни и смерти.

— Ладно, ты сам напросился! — произнёс я, хищно оскалившись. У меня ещё ни один пациент не умирал на руках, и я не собираюсь менять эту тенденцию.

Пришлось немного отстраниться от пациента и развести руки в стороны, направив их ладонями друг к другу. Я накапливал мощную целительную энергию в руках, отчего казалось, что даже воздух завибрировал. Если такой заряд не заставит его сердце биться, то уже ничего не поможет.

— Разряд! — по привычке крикнул я и прижал обе руки к телу парня в районе сердца. Его знатно трухнуло, на миг мне показалось, что у меня получилось, но сердце отказывалось работать.

— Что тут у тебя? — поинтересовался Басов.

— Нужна одновременная вентиляция и работа с сердцем.

— Работай, я заставлю его дышать! — пообещал старший целитель, не решаясь мешать.

— Разряд! — процедил я, выдавая вторую волну энергии.

Вот теперь сработало! Сердце начало стучать, пусть и не так уверенно, но мощный запас энергии стимулировал его работу. В это же время Басов обеспечивал работу лёгких. Тут ведь всё смешалось: мало того, что пациент тяжело дышал из-за отравления угарным газом, ещё и ожоговый шок наложился. Одним словом, нам пришлось здорово попотеть в первые минуты, но сражение за жизнь Ксавье мы выиграли.

— Кажется, мы вытащили его с того света! Но расслабляться рано. Теперь нужно заняться детоксикацией и отсечь возможность отёка мозга, — заметил Басов. — А ещё обезболить. Думаю, эти ожоги на его теле жутко болят, но позволь мне заняться этим.

— А что с Лёней? — забеспокоился я, не понимая почему Матвей Анатольевич прекратил помогать брату.

— Он очень крепкий парень. Я обработал его раны, провентилировал лёгкие и дал ему поспать. Из-за полученных ожогов он чувствовал сильную боль, поэтому будет лучше, если он побудет без сознания, пока его не доставят в больницу.

— Даша, обработай ожоги и приложи что-нибудь холодное, — попросил я девушку. — Не стоит забывать об отложенном ожоге.

Сколько раз пациенты и даже некоторые мои коллеги легкомысленно относились к ожогам и забывали о его особенности, а ведь отложенный эффект ожога никто не отменял.

— Давайте я вам с этим помогу, — услужливо предложил свою помощь повелитель стихий, который уже справился с пламенем.

— Только не переохлади его, — попросил я, но получил вразумительный ответ.

— Не волнуйся, не первый год работаю и спасать таких погорельцев приходится частенько.

— Спасибо! — ответил я, пожимая руку пожарного.

— Стас Глебов, — представился он, а затем настал мой черёд.

Вчетвером у нас дело пошло быстрее, но в этот момент пожарные вернулись с ещё одним телом девушки, которая не смогла выбраться из пожара самостоятельно. Увы, её нашли слишком поздно. Потянувшись к ней целительной силой, я понял, что бороться за её жизнь слишком поздно. Даже вдвоём с Басовым мы не сможем обратить физические процессы вспять и вернуть жизнь в её тело. Это значит, что девушка была мертва ещё до того, как мы прибыли на вызов.

— Я уже вызвал ещё машину, чтобы доставить всех пострадавших в больницу, — тихо произнёс Иваныч, возвращая нас к жизни.

Мы делали свою работу молча. Да, удалось спасти шесть человек, но седьмая погибла. И пусть в этом не было нашей вины, происшествие сильно ударило по настрою. Смертельный случай на первом же вызове после отстранения — что может быть сложнее?

В нашей машине мы перевозили сначала самых тяжёлых. Первым отвезли Ксавье, а затем вернулись за Лёней и Петром, которые предпочли ехать сидя. Парни хотели отказаться от госпитализации, но им не оставили выбора — у брата были сильные ожоги в сумме с отравлением угарным газом, а сочетание этих проблем в таком объёме было верным признаком для обязательной госпитализации даже в этом мире. Ну, а Пётр поехал скорее как сопровождающий, но и его тоже нужно было бы осмотреть.

— Знаешь, что мне не даёт покоя? — неожиданно спросил Лёня, оторвавшись от собственных мыслей. — Зачем он пытался потушить пламя, которое сам же и создал?