Сергей Баев – Между прошлым и рассветом (страница 3)

Анна кивнула. Понимала.

– А вы от чего бежите? – спросил Максим.

– От себя, наверное, – Анна усмехнулась. – От той жизни, которая перестала быть жизнью. От работы, которая высасывает душу. От квартиры, где нет ничего, кроме мебели.

– Одиночество?

– Да. Но не от отсутствия людей. От отсутствия смысла.

Максим молчал, глядя на неё. Потом кивнул:

– Знаю это чувство.

– Как справляетесь?

– Машей. Дочь – мой смысл. Пока она есть, я не могу сдаться.

– Хороший смысл.

– Лучший.

Они сидели молча, каждый с своими мыслями. За окном падал снег – первый в этом сезоне. Крупные хлопья кружились в свете фонарей.

– Красиво, – прошептала Анна.

– Хотите прогуляться? – предложил Максим. – Я скоро закрываюсь. Можем пройтись до набережной.

Анна посмотрела на него удивлённо:

– А дочь?

– У бабушки. Она по пятницам остаётся ночевать. Любит с внучкой возиться.

– Тогда… да. Давайте прогуляемся.

Максим улыбнулся, встал:

– Подождите минут десять. Закрою кассу и переоденусь.

Анна допила раф, наблюдая, как Максим убирается, выключает кофемашину, считает выручку. Он работал быстро, привычно. Потом скрылся в подсобке и вышел в куртке и шарфе.

– Готовы?

– Готова.

Они вышли на улицу. Снег усилился, укрывая город белым одеялом. Максим запер дверь кофейни, и они пошли в сторону набережной.

Шли молча. Снег хрустел под ногами, ветер трепал волосы. Где-то играла музыка из открытого бара, где-то смеялись люди.

– Люблю такие вечера, – сказал Максим. – Когда город засыпает под снегом.

– Романтик?

– Наверное. Архитекторы обычно романтики. Мы строим то, чего ещё нет. Верим в красоту.

– А строитель кофеен тоже романтик?

– Особенно, – он усмехнулся.

Дошли до набережной. Преголя текла тёмная и спокойная. Собор на острове подсвечивался прожекторами, его шпили уходили в снежное небо.

– Вот здесь я встречаю рассветы, – Максим указал на скамейку у воды. – Раньше приходил почти каждый день.

– Почему перестали?

– Некому показывать. А одному как-то грустно.

Анна посмотрела на него:

– Вы одинок, Максим.

Он вздохнул:

– Да. Но стараюсь не думать об этом. Работа, Маша, кофейня. Заполняю время.

– Это не лечит. Это просто откладывает.

– Знаю. Но пока работает.

Они постояли молча, глядя на воду. Потом Максим повернулся к Анне:

– А вы? Как справляетесь с одиночеством?

– Никак. Просто живу с ним. Как с хронической болезнью.

– Грустно.

– Да.

Максим вдруг коснулся её плеча:

– Анна. Я понимаю, что мы знакомы всего неделю. Но… я рад, что вы приехали. Рад, что заходите в кофейню. Редко встречаешь людей, с которыми можно говорить обо всём этом.

Анна посмотрела на его руку на своём плече. Тепло. Непривычно тепло.

– Я тоже рада.

Их взгляды встретились. Что-то повисло в воздухе. Что-то хрупкое и пугающее.

Максим убрал руку, отступил на шаг:

– Извините. Я не хотел… Просто так вышло.

– Всё нормально.

Но сердце колотилось. И Анна это чувствовала.

– Мне пора, – сказала она быстро. – Поздно уже.

– Я провожу вас.

– Не надо. Я близко живу.

– Анна…

– Спасибо за прогулку. До встречи.

Она развернулась и быстро пошла прочь. Не оглядываясь. Боясь оглянуться.

Максим остался стоять у воды. Смотрел ей вслед, пока она не скрылась за поворотом.

Потом вздохнул, засунул руки в карманы и пошёл в другую сторону.

Анна почти бежала к дому. Сердце билось где-то в горле, дыхание сбилось. Что это было? Почему она так отреагировала?

Поднялась в квартиру, скинула куртку, упала на диван. Закрыла лицо руками.

Глупо. Глупо и опасно. Он вдовец с ребёнком. Она приезжая на месяц. Ничего не может быть. Не должно быть.