Сергей Аврорин – Почему неомонархисты опасны для России? (страница 2)
Неудивительно, что и в ходе конфликта Президента и Верховного Совета осенью 1993 г. абсолютное большинство энтээсовцев также выступили всецело на стороне Кремля, а «эмигрантские лидеры рвались лично стрелять в «коммунистический» парламент и призвали Ельцина разгромить всю (даже православную!) оппозицию…» [93]. Поддержал НТС и ельцинский проект Конституции, а несколько представителей Союза даже прошли в первый состав Госдумы от пропрезидентской партии «Выбор России». Одним из них стал главный редактор самарской энтээсовской газеты «Третий путь» М. Фейгин, получивший в настоящее время известность как оппозиционный политик и адвокат, выступавший защитником разного рода радикалов, таких как исламист Г. Джемаль, журналист-русофоб А. Бабченко, русский националист и террорист И. Горячев (приговорён к пожизненному заключению), украинская националистка Н. Савченко и др.
Солидаристы, имевшие многолетний опыт сотрудничества с международными антисоветскими организациями, стремились привлечь к их работе новые российские власти, настойчиво декларировавшие разрыв с советским прошлым. Удивительно – или, наоборот, неудивительно, – но представители ельцинской команды были готовы сотрудничать даже с теми структурами, которые создавались в период холодной войны при прямой поддержке ЦРУ, находились под контролем американских секретных спецслужб и десятилетиями работали против интересов Москвы. Так, например, именно с подачи НТС в России в 1992 г. было открыто отделение Всемирной антикоммунистической лиги (Всемирной лиги за свободу и демократию), объединявшей в годы холодной войны ультраправые и реакционные антисоветские силы из более чем 100 стран. В 1994 г. в Москве даже прошла XXVI конференция Лиги, участие в работе которой принял тогдашний мэр российской столицы Г. Попов, ставший заодно и руководителем представительства Лиги в России. Более того, лидеры организации даже встретились с премьер-министром В. Черномырдиным и рассказали главе Правительства о своих планах в России [94]. Кажется невероятным, но сотрудничество российских государственных структур с Лигой действительно началось. Например, в 1995 г. делегация организации вновь посетила Россию и встретилась с исполнительным секретарём СНГ И. Коротченей, а спустя несколько месяцев состоялся ответный визит на Тайвань, где расположена штаб-квартира Лиги. Россию в этой поездке представляли руководитель администрации президента Б. Ельцина С. Филатов и мэр Санкт-Петербурга А. Собчак.
Таким образом, к середине 1990-х гг. у солидаристов сложились самые тёплые отношения с администрацией Ельцина, и в 1996 г. НТС официально зарегистрировался как политическая ассоциация, которая и по настоящий момент легально действует на территории России в скромных масштабах. Однако деятели и вдохновители НТС должны быть поистине в восторге от масштаба воплощения своих идей на государственном уровне, после того как в этот процесс впряглась официальная власть современной России.
В ельцинские годы одним из центральных направлений деятельности НТС в России стала т. н. «защита прав человека»: Б. Миллер с 1991 по 1997 г. даже возглавлял российскую секцию Международного общества прав человека [95]. Эта организация, пользовавшаяся неизменной грантовой поддержкой западных фондов, провела на территории России сотни мероприятий и издала десятки книг и брошюр, во многом создав постсоветскую «правозащитную» инфраструктуру в Российской Федерации, которая и ныне находится под существенным влиянием выходцев из НТС и, разумеется, их иностранных кураторов.
Говоря о деятельности НТС в постсоветской России, нельзя также не отметить фигуру Игоря Чубайса, старшего брата одного из авторов приватизации Анатолия Чубайса. Открытый солидарист И. Чубайс, один из самых заметных деятелей московских неформальных объединений «Перестройка» и «Перестройка-88», в настоящее время активно участвует в популярных политических передачах, представляя «либеральный» сектор российской оппозиции, и яростно критикует советский период отечественной истории. Активно продвигая идеи «возвращения исторических названий» в рамках деятельности фонда «Возвращение», И. Чубайс является одним из наиболее заметных публичных спикеров-энтээсовцев.
В связи с этим примечательно также, что советником А. Чубайса в Госкомимуществе служил сын Б. Миллера и также энтээсовец Георгий (Юрий) Миллер-Куракин. До своего прибытия в Россию он работал сотрудником Института европейских оборонных и стратегических исследований (Institute for European Defence and Strategic Studies) в Лондоне и, весьма вероятно, был связан с британскими секретными службами [96]. Это предположение может подтверждаться и тем фактом, что в 1983 г. он «с помощью душманов нелегально переходил афганскую границу, распространял энтээсовскую литературу в районах расположения советских войск» [97]. Сообщники по НТС называли его «чернобородым активистом».
О влиянии иностранных спецслужб на российских солидаристов говорит и то, что представители НТС проявляли поразительную политическую гибкость: солидаристы активно участвовали в создании отнюдь не только Демократического союза и движения Демократическая Россия, но и в учреждении Российского Христианского Демократического Движения В. Аксючица и ультраправой партии «Родина», Христианского Демократического Союза А. Огородникова [98], Международного Общества Прав Человека (МОПЧ) [99], Свободного Межпрофессионального Объединения Трудящихся (СМОТ) [100], общества «Мемориал» и т. д. Эта удивительная всеядность, невозможная для полноценного политического движения, отлично укладывается в стратегию провокаторов, действующих по заданию внешних сил: пытаться покрыть максимально широкий спектр организаций и движений, чтобы в дальнейшем работать со всеми структурами, которые будут пользоваться хоть каким-то влиянием на власти и общество.
Конечно же, эмигранты не остались в стороне и от «освоения» экономической сферы. Особенно стоит отметить деятельность Бориса Йордана, потомка эмигранта-офицера Русского охранного корпуса на Балканах. В 1995 г. Б. Йордан основал финансовую группу «Ренессанс Капитал», а позднее возглавил холдинг «Газпром-Медиа». Примечательно, что в прессе неоднократно звучали обвинения в том, что средства для своей инвестиционной деятельности Б. Йордан получил от американских спецслужб [101]. В настоящее время наследник эмигрантов является крупным игроком на отечественном рынке страхования и поддерживает на территории России целую сеть кадетских корпусов [102]. Примечательно также, что именно Б. Йордан совместно с Д. Бакатиным, назначенным Б. Ельциным после августа 1991 г. руководителем КГБ для демонтажа советской системы госбезопасности, сыграл заметную роль в будущем Константина Малофеева – «православного миллиардера», создателя одиозного телеканала «Царьград-ТВ», чья деятельность будет подробно рассмотрена ниже.
Отметим в завершение, что 1991 г. и распад Советского Союза, несомненно, воспринимались солидаристами, перефразируя известное высказывание, в качестве «крупнейшего геополитического успеха ХХ века», которому они к тому же по мере сил способствовали. Как подчёркивал недавно умерший известный деятель НТС и многолетний редактор «Посева» Ю. Цурганов, даже на символическом уровне в 1991 г. НТС «одержал победу»: возращение традиционного названия государства («Россия, а не СССР»), бело-сине-красный национальный флаг и двуглавый орёл с коронами на гербе. Так солидаристы обрели возможность открыто проповедовать свои взгляды, воспевать «белое дело» и русское зарубежье как части политической идентичности современного российского общества.
И самое главное: идеи НТС вышли далеко за пределы теперь уже практически отмершей организации и стали ударной частью государственного дискурса и политики сегодняшней России – включая клерикализацию и пропаганду царского режима и монархического строя. То, что энтээсовские носители таких «ценностей» работали в тесной связи с иностранными разведками, кажется, ничуть не беспокоит современных пропагандистов.
«Русская партия» выходит на политическую сцену
Это политическое течение, в отличие от тех же солидаристов или «мистического подполья», не имело чёткой организационной структуры или признанных отцов-основателей, подобных писателю Ю. Мамлееву. Скорее, это была неформальная сеть высокопоставленных представителей советской номенклатуры, творческой и научной элиты, связанных общей националистической и часто антисемитской идеологией. Долгое время «русские националисты» в советском истеблишменте были лишены возможности прямо, откровенно и публично высказывать свои взгляды – этому мешали официальные марксистские и интернационалистские установки, принятые в Советском Союзе. Однако с наступлением перестройки национал-шовинисты из «русской партии» получили возможность высказываться и действовать более открыто.
Уже отмечалось, что литературная сфера всегда пользовалась большим вниманием со стороны «русских националистов» – вести идеологическую работу из области культуры было легче, чем с жёстко контролируемого политического поля, да и «поэт в России больше, чем поэт». Видные представители националистов, такие как писатель, поэт и многолетний председатель правления Союза писателей РСФСР С. Михалков, во многом определяли литературный процесс в Советском Союзе. Неудивительно поэтому, что в 1985–1989 гг. «русская партия» воспользовалась «гласностью» и попыталась усилить своё влияние в Союзе писателей и литературных журналах, надеясь таким образом направлять интеллектуальное движение перестройки в выгодное для себя русло. Важнейшими рупорами «русской партии» в период реформ М. Горбачёва стали издания «Литературная Россия» (главный редактор Эрнст Сафонов), «Москва» (Владимир Крупин), «Наш современник» (Станислав Куняев). На страницах популярных газет и журналов, воспользовавшись новыми возможностями, «русские националисты» всё более открыто стали продвигать свои взгляды. Со временем в этих изданиях стали появляться даже работы «белых» эмигрантов и дореволюционных авторов националистической направленности.