Сергей Арьков – Всем сосать! (страница 66)

– Я уже все испробовал, – убитым голосом проронил дядя Гена. – Я его даже к ветеринару водил. Думал, что он больной. Но оказалось, что он не больной, а идейный. Вегетарианец!

Последнее слово вожак выплюнул так, будто оно являлось тягчайшим оскорблением. И, похоже, так и было, потому что при нем поморщились и Снежана, и все слуги.

– Папа, ну, хватит, – пробубнил парнишка. – Я тебе уже сказал, что не стану есть мясо. Это не этично.

– Клянусь, я однажды сорвусь и убью тебя! – выпалил вожак. – Ешь Какашкину, сукин сын!

– Вот только маму сюда не надо приплетать, – буркнул Емельян.

– Нет, надо. Будь она жива, она бы тебя враз к мясу приучила. А нет, дала бы пинка под сраку. Это я, добрый, терплю тебя, дефективного.

Видя, что сынок наотрез отказывается прикасаться к мясу, вожак выпалил:

– Убирайся из-за стола!

А затем добавил, обратившись к слугам:

– Чтоб больше никакими овощами его не подкармливали. Узнаю об этом – шкуру спущу. Либо пусть жрет мясо, либо подыхает с голоду.

Емельян поднялся из-за стола и понуро поплелся вон из обеденного зала.

– Вот такие дела, – печально протянул дядя Гена, обращаясь к Васе. – Как быть – ума не приложу. Это ведь мой наследник. А из него наследник, как из говна ракета. Неужели все-таки придется тишком прибить, а всем сказать, что пошел в лес и заблудился.

– Ему к конкретным пацанам надо, – подсказал Вася. – Они ему живо мозги вправят.

– Думаешь? – оживился вожак.

– Бля буду. Тут одними пиздюлями не обойтись. В таком деле требуется особая, проникнутая духом крутости, среда. Но побои, конечно, тоже понадобятся, куда без них?

Дядя Гена воззрился на Васю, как на своего спасителя.

– Василий, – выпали он, – спаси нашу семью! Возьми этого оболтуса к себе на воспитание. Ты конкретный пацан, я вижу. Другие потерпели неудачу. Вся надежда только на тебя.

Не очень-то хотелось Васе становиться нянькой для какого-то травоядного задрота, но в этом заключался отличный шанс ближе сойтись с данным семейством, и, в частности, с одной его представительницей.

– Знаете, а почему бы и нет, – заявил он. – Обещаю – я сделаю из вашего сына настоящего стопроцентного мужика.

62

Дальнейшая трапеза прошла в теплой семейной атмосфере. Вася был теперь не только дорогим гостем, но и спасителем родовой чести, и дядя Гена всячески демонстрировал ему свое расположение. Когда речь зашла о Васином отце, вожак откинулся на спинку стула, и с грустью произнес:

– Да, хороший был мужик. Частенько у меня гостил. Ума была палата. Все обо всем знал. Особенно о всяких древних штуках. Тут он просто любого за пояс затыкал. Я и сам, в своем роде, любитель старины, но до твоего папаши мне было как до Луны.

Он покосился на Васю и спросил:

– А ты, слышал, по отцовским стопам пошел.

– Есть немного, – благодушно ответил Вася, нежно поглаживая раздувшийся от крови живот.

Он выхлебал три полные тарелки и чувствовал себя превосходно. Что же касалось главного блюда, то оно уже отмучилось. Какашкина продемонстрировала удивительную стойкость – ее успели славно разделать, прежде чем баба перестала подавать признаки жизни. Васю это порадовало. А то приглушенные вопли жертвы слегка портили ему аппетит.

– Ну, значит, ты зашел по адресу, – улыбнулся дядя Гена. – Знаю, вампирское начальство тщательно прячет древние тексты и почти никого не допускает к ним. Твой отец постоянно на это жаловался. Но у меня все иначе. Я прошлого не боюсь.

– А я вообще ничего не боюсь! – похвастался сытый Вася, и одним глазом покосился на Снежану. Очень бы ему хотелось заполучить на воспитание именно ее. Ох, он бы воспитывал эту волчицу днем и ночью, во всех возможных позах.

– Мой архив, конечно, не так обширен, как вампирское хранилище древнего знания, но и он содержит в себе немало интересного, – продолжил дядя Гена. – Андрюха проводил в нем много времени. Если ты продолжаешь его исследования, то двери архива всегда открыты для тебя.

Обед закончился, и Снежана вызвалась проводить дорогого гостя в архив. Дядя Гена сказал, что будет ждать его в своем кабинете, где они смогут продолжить приятное общение.

По длинным, тонущим в роскоши, коридорам особняка, Снежана повела Васю смотреть на книги. Но тот предпочитал смотреть на задницу провожатой. Алая ткань поочередно обтягивала ягодицы Снежаны, и Вася с трудом удерживался о того, чтобы броситься и вцепиться в них руками и губами.

Путь их завершился у лифта, что несколько удивило Васю. Дом был всего трех этажей высотой. Зачем тут лифт? Но когда двери закрылись, и кабина поехала вниз, он понял – особняк лишь верхняя надстройка. Все самое интересное скрывалось под поверхностью земли.

Лифт опустил их на восемь этажей вниз. Когда его двери открылись, Вася увидел длинный коридор с голыми бетонными стенами. Здесь было очень прохладно и тихо. Ни один звук не проникал с поверхности в это подземелье.

Они миновали коридор. Вася слышал только собственное напряженное дыхание и стук каблуков Снежаны по паркету. Затем перед ними возникла дверь, навевающая ассоциации с банковским хранилищем. Снежана набрала код на панели, и стальная плита беззвучно отъехала в сторону.

– Прошу, – сказала девушка.

Вася шагнул внутрь.

За дверью оказался небольшой тамбур, прегражденный с противоположной стороны еще одной стальной дверью. Когда оба оказались в нем, первая дверь закрылась. Вася услышал тихое гудение и ощутил струю теплого воздуха.

– Тексты, что хранятся здесь, имеют неимоверную древность, – пояснила Снежана. – Мы поддерживаем для них оптимальный температурный режим и подходящую влажность. Любое изменение баланса может оказаться для них губительным.

Дверь открылась, но за ней оказалось вовсе не хранилище. Это было длинное помещение с рядом белых шкафчиков. Напоминало оно раздевалку. Ей и являлось.

– Нам придется снять свою одежду, – пояснила Снежана. – Создаваемый тканью статический заряд может негативно сказаться на древних текстах.

С этими словами она ловко сбросила с себя алое платье. Под ним не было ничего, кроме кружевных трусиков вызывающе-кровавого цвета. Снежана избавилась и от их. Затем повернулась к Васе.

– Господин Носфератов, раздевайтесь, – предложила она.

Вася стаял столбом и таращился на прекрасное женское тело. По его подбородку струилась слюна, взгляд помутнел и сделался диким. Затем, словно опомнившись, он быстро сорвал с себя одежду.

– Теперь, – продолжила Снежана, – нужно покрыть тела специальным составом, который воспрепятствует выделению пота. Подойдите ближе, господин Носфератов, я вам помогу.

Из тюбика Снежана выдавила на ладонь нечто, похожее на прозрачный крем, и принялась втирать его в Васино тело своими горячими ладонями. Вампир терпел, сколько мог. Не очень долго. Секунд двадцать. Но когда ладонь Снежаны скользнула на его живот, Вася не выдержал.

– Подожди минутку! – взвыл он, отбегая в сторону. – Я сейчас.

– В чем дело? – удивилась девушка.

Вася прижался лбом к холодной поверхности шкафчика и зажмурил глаза. Кровь боевым барабаном грохотала в его висках. В паху создалось такое напряжение, что Вася всерьез озаботился собственным здоровьем. Шутки шутками, но если так пойдет и дальше, его яйца действительно могут взорваться.

– Соберись! – приказал он себе. – Ты мужик или говно? Власть сисек велика, но я не поддамся. Я буду бороться.

– Василий, с вами все хорошо? – осведомилась Снежана.

Вася услышал ее шаги за спиной. Не находись он в логове оборотней, уже давно набросился бы на бабу, и будь что будет. Но сейчас следовало держать себя в руках. Если Снежана не одобрит его порыва, это может плохо кончиться. Он даже сбежать не сможет, ведь на его пути к свободе вставали стальные двери с кодовыми замками.

– Я намажу вам спинку, – предложила Снежана, и ее ладони заскользили по Васиным лопаткам.

Вася резко подался вперед и с грохотом вонзил член в поверхность шкафчика. На той образовалась глубокая вмятина – Васин стояк обрел такую крепость, что стал пригоден для обработки твердых пород камня. Возможно, именно таким инструментом древние египтяне обтесывали гранитные блоки для своих пирамид.

Горячие ладони Снежаны начали плавно спускаться к его ягодицам. Вася горько застонал, вонзив зубы в нижнюю губу. У него подкашивались ноги, и это было неудивительно. Судя по ощущениям, давление в его яйцах превысило показатель в тысячу атмосфер.

Ладонь Снежаны прошлась по правой ягодице, а затем деловито скользнула в ущелье. Вася резко вскинул голову и выпучил глаза. Он мертвой хваткой вцепился в шкафчик, продолжая неосознанно таранить его членом. На дверке не осталось живого места – вся она покрылась глубокими вмятинами.

Вася сам не понял, каким чудом пережил эту процедуру. Но самое тяжкое испытание поджидало его впереди.

– Все, я с вами закончила, – сообщила Снежана. – А теперь вы помогите мне намазать спинку.

От этих слов давление в головке возросло еще на сотню атмосфер. Вася понял, что сейчас его хозяйство взорвется, и он погибнет страшной смертью. Да и Снежана тоже – ее неминуемо утопит хлынувший из закромов кефир. Он вырвется наружу и огромной разрушительной волной пронесется по хранилищу. Никто не спасется.

– Втирайте сильнее, Василий, – требовала Снежана, повернувшись к нему спиной.

Вася тер, а сам проклинал себя за то, что не взял в поездку малолетнюю сосульку. Вот бы она сейчас пригодилась. Вася бы эту самопровозглашенную сестренку напоил белковым коктейлем на всю оставшуюся жизнь. У мелкой из ушей бы полилось. Но Агата осталась дома. А он был здесь. И справляться со всеми испытаниями ему предстояло в одиночку.