Сергей Арьков – Всем сосать! (страница 34)

Лолька оказалась понятливой, и быстро сообразила, что к чему.

– Ой, да, – всхлипывая, и талантливо изображая страдающего ребенка, произнесла она. – Такое несчастье. Я не знала, что делать. Но к моему несказанному восторгу нашлась добрая душа, не оставившая меня в беде.

Она подошла к Васе и нежно прижалась к нему, точь в точь как маленькая беззащитная девочка. В ее больших глазенках заблестели слезы. Даже Васю проняло, хотя он-то знал, с кем имеет дело. На Ксюшу представление произвело еще более сильное впечатление. Она даже пустила слезу из солидарности.

– Васенька такой добренький, – бормотала Агата. – Он мне как старший братик. Я всегда мечтала о старшем братике, который бы любил меня без памяти. А ты, братик? Ты мечтал иметь милую младшую сестренку? Теперь ты ее имеешь. Ты счастлив, братик?

Она обняла своего мнимого благодетеля, причем одна из ее ладоней безошибочно нащупала сквозь штаны продолговатый предмет и жадно вцепилась в него пальчиками. Вася резко подался вперед, его глаза полезли на лоб. Судорожно глотая воздух, он нащупал волосы Агаты и сильно дернул за них. Та вскрикнула и разжала пальцы.

– Сестренка, ты давай-ка не шали! – приказал он ей. – Иначе братик отсыплет тебе порцию братских пиздюлей.

– О, это так мило, – всхлипывая от умиления, призналась Ксюша. – Вы действительно как братик и сестренка.

– Братик разрешил мне спать сегодня вместе с ним, – похвасталась Агата. – Сестренка в экстазе! Она всегда мечтала спать с братиком.

– Ты вперед не забегай, – проворчал Вася. – Я тебе пока что ничего такого не разрешал.

– Братик откажет сестренке? Нет, братик не такой! Братик слишком добр, чтобы заставить сестренку страдать. Братик, мы будем спать вместе. Сестренка расскажет братику сказочку со счастливым концом. Счастливый конец, братик, это самое главное перед сном.

Ольга наблюдала за представлением со скукой и отвращением. Весь это спектакль она видела насквозь.

– Ладно, не стану мешать братику, – сказала Агата. – Пойду искать Иннокентия. Нужно определиться, куда ставить мебель.

– Мебель? – помертвевшим голосом произнес Вася. – Ты что, привезла с собой все свое добро?

– Конечно, братик, – гаденько улыбаясь, ответила лолька. – Как же иначе? Сестренку ведь из дома выгнали. Ты что, братик, забыл?

Она ушла, но явно ненадолго. Вася решил, что сейчас самое время покинуть прихожую и запереться в каминном зале.

– А пойдем-ка отсюда, – предложил он Ксюше. – Пусть себе таскают. Мы пока кровушки выпьем. Ага?

Ксюша робко кивнула головой и улыбнулась. На Васю она взирала без прежней подозрительности, с каким-то нездоровым восторгом. Чего нельзя было сказать о ее компаньонке. Вася чувствовал, что та видит его насквозь. И то, что видит, ей совершенно не нравится.

40

Весь склеп наполнился шумом, грохотом и гулом голосов. Проходи по ночному кладбищу какой-нибудь бесстрашный прохожий, и услышь он эту несущуюся из-под земли какофонию, что бы он подумал? Ничего, наверное. Навалил бы в портки и дал деру. Или пал бы замертво, повергнутый в ужас немыслимый деятельностью потусторонней.

Хозяину склепа тоже приходилось несладко. Он привел гостей в каминный зал, надеясь обнаружить там островок спокойствия среди бушующего океана переезда. Но не тут-то было. Его опередили. В каминном зале несколько вампиров собирали доставленную мебель. Общаться с будущей невестой в такой обстановке было немыслимо.

– Пойдемте, что ли, в столовую, – предложил Вася, уже не зная, куда бежать от лольки и созданных ею проблем. – Я вас кровью угощу.

– Мы, наверное, вам очень помешали, – виновато предположила Ксюша. – Может быть, мне действительно зайти в другой....

– Хуйня! – прервал ее Вася. – Просто не обращай внимания. Мне вы не мешаете, а на прочих насрать.

Говоря о прочих, Вася, в первую очередь, имел в виду самопровозглашенную сестренку.

В столовой оказалось спокойно и тихо. Вася запер входную дверь и усадил гостей за стол, накрытый новенькой скатертью Матильды. Самой горничной нигде не было видно. Возможно, она спряталась в своей комнате из опасения, что грузчики покусятся на ее целомудрие вековой выдержки. Пришлось обслуживать девушек самостоятельно.

– Сейчас посмотрим, где эта ведьма прячет кровушку, – бормотал Вася, проникая на кухню.

Он вошел внутрь и замер в изумлении.

Вампирская кухня отличалась от человеческой. Главным образом потому, что единственным блюдом, которое употребляли вампиры, была кровь, а она не нуждалась ни в каком приготовлении. Поэтому на кухне не было ни плиты, ни множества шкафчиков с посудой и специями, ни всяческих мясорубок, блендеров и прочих микроволновок. Все, что находилось внутри, это огромный холодильник, стол да шкаф с чистой посудой. Была еще небольшая раковина, в которой Матильда мыла тарелки.

Но теперь на кухне появилось некое новшество. Увидев его, Вася растерялся. Он никогда прежде не сталкивался с такими штуками.

А устройство и впрямь было диковинным. Оно представляло собой длинный, метров двух, металлический цилиндр, установленный на массивной станине. Бегло осмотрев конструкцию, Вася заметил электромотор, и понял, что во включенном состоянии цилиндр начинает вращаться вокруг своей оси. С этой целью он был закреплен на огромном подшипнике, а от мотора к нему тянулся привод через сложную систему шкивов.

На этом странности не кончались. В самом теле цилиндра имелись небольшие отверстия, в которые едва бы пролезла даже шариковая ручка. Для чего нужны эти дырки, Вася не понял. Зато он обнаружил на торце крышку, открывающую доступ внутрь цилиндра. В настоящий момент она была заперта на четыре замка-защелки.

На корпусе имелась панель управления – небольшой экран и несколько кнопок с непонятными значками на них. Вася заметил, что провод от прибора тянется куда-то из кухни, и пошел вдоль него. В подсобке он обнаружил бензиновый генератор, с выведенным наружу выхлопным шлангом. К нему-то и был подлечен кабель.

Вася вновь вернулся на кухню и обошел устройство по кругу. Раньше этой штуки здесь не было. Видимо, ее привезла с собой Агата.

– Что же это за говно железное? – спросил Вася, и осторожно стукнул костяшкой пальца по корпусу цилиндра.

В следующий миг произошло нечто страшное. Из недр цилиндра раздался приглушенный металлом человеческий крик.

– Кто здесь? – орал неизвестный, и в голосе его сквозили нотки лютого ужаса. – Где я? Как я сюда попал? Бога ради, помогите мне! Я не могу пошевелиться!

Вася отшатнулся от цилиндра и врезался спиной в стол. Глаза его полезли на лоб, волосы на голове шевельнулись. Внутри цилиндра находился какой-то мужик. Но почему? И зачем?

Ответов не было.

Вася осторожно подошел к цилиндру.

– Эй? – позвал он. – Кто там, нах?

– Я здесь! – закричал неизвестный. – Вы меня слышите? Слава богу!

Судя по звукам, он расплакался от счастья.

– Прошу вас, помогите мне! – взмолился узник.

– Как? – спросил Вася

– Вытащите меня отсюда. Из этого… Я не знаю, что это.

– Мужик, ты, вообще, кто?

– Семен Михайлович я. Курочкин.

– Курочкин, хули ты там делаешь?

– Да не знаю я! – вновь разрыдался мужик. – Помню, как ехал на дачу, никого не трогал. Потом… Не помню! Ничего не помню. Очнулся здесь. Боже, какой ужас. Кто это сделал со мной? За что? Неужели это они?

– Кто? – спросил Вася.

– Масоны!

Вася попятился от цилиндра.

– Мужик, ты потерпи чутка, – сказал он. – Я сейчас вернусь.

– Не уходи! – взмолился Семен Михайлович. – Не бросай меня, друг! Я боюсь. У меня плохое предчувствие.

– Да я тут, рядом, – заверил Вася. – Ты держись, не раскисай. Скоро все будет хорошо.

– Это точно? – с надеждой спросил мужик и громко всхлипнул. – Ты меня не бросишь? Не отдашь на растерзание масонам? Не позволишь им приготовить из меня мацу на вертеле? Я по голосу слышу, что ты хороший человек.

– Не брошу, – пообещал Вася. – Сейчас вернусь.

Он вбежал в столовую. Девушки сидели и о чем-то тихо беседовали. Возможно, обсуждали хозяина склепа – восхищались его красотой, умом и прочими неисчислимыми достоинствами. Вася деликатно вторгся в их приватный диалог.

– Там пиздец какой-то невероятный! – сообщил он взволнованно.

– Где? – тут же заинтересовалась Ксюша.

– Там, в кухне.

– А что там? – спросила Ольга.

– Да там… Блядь! Вам лучше самим на это посмотреть.

Ксюша приготовилась идти, но Ольга решительно остановила ее.

– Если это опасно, госпожа, – сказала она, – вам лучше подождать здесь.