Сергей Арьков – Всем сосать! (страница 32)

Он склонился ниже и присмотрелся. Не сразу, но все же его взгляд различил тоненькую щель, которая очерчивала контур небольшого люка. Ни ручки, ни замочной скважины не было. Вася понял, что обнаружил тайник. Возможно, внутри находились баксы или коллекция порно, тщательно собираемая отцом в течение всей жизни. Оставалось найти способ добраться до наследства.

Вася сходил в каминный зал, и снял со стены старинный меч, который висел в качестве украшения. С ним он вернулся обратно, обнажил клинок и попытался поддеть им крышку люка. Он всадил острие в щель, нажал на получившийся рычаг, и тут же грохнулся на пол с обломком меча в руке. Клинок сломался ровно посередине.

– Заебись, – буркнул Вася. – Оставил папа хлам, так я и его переломал.

Вооружившись обломком меча, он вновь взялся за дело. С каждой минутой Вася проникался все большей верой в то, что в тайнике его ждет несметное сокровище. Возможно, там припрятано золото. Несколько слитков драгоценного металла. Он живо снесет их в ломбард, получит мешок денег, и осуществит все свои мечты.

Исцарапав пол и порезав два пальца, Вася все же сумел подцепить крышку люка. Он нажал на рукоять меча. Послышался треск, скрежет, а затем крышка откинулась, обнажив небольшую полость. В ней покоилась металлическая коробка, размером с большую книгу. Вася вынул ее наружу. Коробка оказалась удивительно тяжелой.

– Точно – золото! – выдохнул он.

Перед его глазами замелькали восхитительные картины – крутые тачки, сиськи, дикая зависть в глазах окружающих. Зависть была приятнее всего. Но Васина радость быстро закончилась. Коробка оказалась заперта, а Вася, промучившись с минуту, так и не сумел проникнуть в ее недра. Он даже несколько раз ударил по ней обломком меча, но тот не оставил на металлической поверхности даже царапин.

Бросив обломок меча, Вася осмотрел коробку. Никакого секрета в ней не было. Папино наследство открывалось обычным ключом, под который имелась подобающая скважина. Была лишь одна проблема – ключ в комплекте не прилагался.

– Ладно, нахуй, – прохрипел вспотевший Вася. – Ты меня еще не знаешь. Я тебе еще покажу.

Он хотел пустить в ход тяжелую артиллерию, и попросить у Якова болгарку, но затем решил не пороть горячку. Если внутри находилась валюта, он мог повредить ее пилой.

– Нужно спросить Иннокентия, может, у него есть ключ, – решил Вася.

Он вернул на место крышку тайника, а коробку взял в руки и понес к себе в спальню. Сокровище следовало хранить ближе к телу, лучше всего под подушкой или периной.

39

До позднего утра Вася потел над отцовским ящиком. Попросив у Якова стамеску, он остервенело ковырял ею вместилище, что вылилось в три новых пореза на пальцах. Ларец остался все таким же неприступным. Более того, все Васины покушения ни оставили на его поверхности ни единой царапины. В какой-то момент Васе начало казаться, что он имеет дело с неизвестным науке сплавом, который не взять вообще ничем, кроме, разве что, ключа. Но тот, к сожалению, отсутствовал. На Васин туманный вопрос о том, не оставлял ли отец каких-то ключей, дворецкий честно ответил, что ничего об этом не знает.

– Ничего, падла, я все равно тебя расковыряю! – пригрозил Вася ларцу.

Затем затолкал его под перину своего гроба, лег сверху и погрузился в сладкий сон.

Пробудившись следующим вечером, Вася принял ванну, облачился в свой лучший костюм, скроенный и сшитый рукодельницей Матильдой, и отправился осматривать склеп. Слуги проделали титаническую работу, пытаясь привести замшелое прибежище в божеский вид, однако Вася, оценив результат, вынужден был признать тот горький факт, что персонал потерпел фиаско. Разумеется, слуги старались. Плесени и грязи стало заметно меньше. Было снято со стен и упаковано в мешки для мусора восемь с половиной кило паутины вперемешку с залипшими в ней дохлыми мухами и тараканами. Даже воздух в склепе как-то посвежел. Немножко. Все еще воняло, но глаза уже не слезились.

Все пятна на обоях постарались прикрыть картинами. Получилось хуже, чем было. Теперь картины висели абы как, внизу, вверху и по диагонали. Притом, поскольку пятен было много, а картин мало, в ход пошло все, что подвернулось под руку, вплоть до новогодних открыток полувековой давности, с которых на Васю смотрели румяные советские дети на фоне пышной советской елки.

В общем и целом Вася вынужден был признать, что эту битву выиграла разруха. Блицкриг не удался. Оставалось надеяться, что потенциальная невеста оценит хотя бы старание.

Впрочем, не обошлось и без успехов. Из каких-то неведомых сусеков Матильда извлекла большую чистую скатерть, не рваную, не заплеванную, не засранную мухами, и постелила ее на столе в столовой. Затем последовал сервиз. Оказалось, что в доме есть приличная посуда. Васе ее раньше не показывали. Видимо, опасались, как бы криворукий наследник рода не переколотил фамильные тарелки. Куда хуже дело обстояло с угощением. Кровь была самая обычная, причем не слишком свежая. Гостья, привыкшая питаться элитными сортами красненькой, едва ли будет довольна предложенным кушаньем. Но Вася решил, что с этим уже ничего не поделать. В крайнем случае, если будущая невеста начнет воротить нос от крови, он плеснет ей своего кефира. И пусть только попробует сказать, что и этот благородный напиток ей не по вкусу.

Все было готово к приему гостьи настолько, насколько это возможно. Марафет навели, стол накрыли, Яков, как ему и было приказано, спрятался в свою берлогу. Вася, несколько волнуясь, прохаживался по каминному залу и разрабатывал тактику покорения женского сердца. Вариантов было два: долгая изнурительная осада или мощный внезапный штурм. На всякий случай, в резерве был припасен третий план наступления – тайком напоить девку и оформить по полной программе. Но Вася решил не прибегать к крайним мерам. В конце концов, его основная задача заключалась в получении богатого приданого, а проникновение во влагалище было лишь средством ее достижения.

В этот момент от раздумий его отвлек похоронный звон колокольчика. Дорогие гости пожаловали.

– Только бы одна пришла, – бормотал Вася, спеша в прихожую. – Если с предками, то херово.

Он успел как раз к тому моменту, когда Иннокентий открыл входную дверь склепа. Но вместо невесты, или хотя бы ее родителей, внутрь шагнул огромный, метра под два, вампир, весь в черном, и с двумя чемоданами в руках. У Васи, едва он увидел этого жлоба, сердце ушло в пятки. Он понял – к нему нагрянули коллекторы. Вот и все. Сейчас дадут пинка под сраку, и он уже бомж. А ведь до спасения оставалось всего ничего. Свадебка уже почти срослась.

– Вы, простите, кто? – спросил Иннокентий у огромного вампира.

– Сеня я, – ответил тот. – Куда вещи ставить?

– Какие вещи?

Сеня не успел ответить на вопрос. Он шагнул в сторону, и из-за его спины показался еще один вампир, габаритами поменьше. Тот тоже тащил два огромных чемодана.

– Куда ставить-то? – спросил он.

– Да вы кто? – повысил голос Иннокентий. – Зачем здесь эти чемоданы?

– Сейчас госпожа явится, она все и объяснит, – ответил ему Сеня.

Госпожа? Васю медленно отпустило. Он понял, что это не коллекторы. Похоже, вместо ужаса кромешного, его ждал приятный сюрприз. Ксюша не просто пришла в гости, она явилась уже с вещами. Возможно, в одном из этих чемоданов лежала дарственная на имя Васи, передающая в его собственность пяток ферм крови.

– Господин, вы что-нибудь понимаете? – спросил у Васи растерянный Иннокентий.

– Догадываюсь, – ответил тот.

Он обратился к носильщикам:

– Так, мужики, ставьте чемоданы пока здесь.

Сеня окинул взглядом прихожую и покачал головой.

– Нет, – сказал он, – здесь не надо. Там еще много чего, все не поместится. Госпожа сказала прямо в ее апартаменты заносить. Ее апартаменты где?

– Да, блядь, хуй знает, – пожал плечами Вася. – Кеша, куда мы ее поселим?

– Есть несколько комнат в западном крыле, – ответил дворецкий. – Они пустуют. Только там не прибрано.

– Хуй с ним. Несите пока все туда. Кеша, покажи им дорогу.

Носильщики потащили чемоданы за дворецким. В этот момент внутрь склепа вошли еще два вампира. Надрываясь, они тащили на руках огромный деревянный сундук, который едва пролезал в двери.

– О, тут, наверное, баксы! – размечтался Вася.

Его немного удивило, что Ксюша не вошла к нему первой, а заслала авангардом носильщиков. Но Васино удивление многократно возросло, когда из дверей донесся знакомый, но неожиданный, голос.

– Ну, долго там еще? – возмущенно пищала Агата. – Сколько можно возиться с сундучком? Я тут стою в темноте и скучаю.

– Сейчас, госпожа, уже почти пронесли, – пыхтели носильщики.

Они протиснули в двери огромный сундук и едва не затоптали Васю. Тот испуганно прижался к стене, все острее чувствуя, что что-то идет не так.

Следом за сундуком из дверей появилась и сама лолька. В этот раз она вырядилась особенно пышно – в яркое розовое платье, чей шлейф бахромой тащился по грязному полу. Над ее головой пылали огромные банты, целых три штуки. Лолька решила добавить немного шика, и повесила в уши серьги из темного золота, выполненные в виде перевернутых пентаграмм. Украшения были слишком тяжелы для детских ушей, и заметно оттягивали вниз мочки.

– А вот и он, Васенька Носфератов! – воскликнула она, заметив растерянного хозяина дома, прижавшегося к дальней стене. – Вечер добренький. Скорее беги сюда и нежно обними долгожданную меня.