Сергей Арьков – Всем сосать! (страница 107)

– Увы, но это так, – признала Ольга. – Этот детородный орган увял безвозвратно.

– Когда там уже конец света? – заливаясь слезами, кричал Вася. – Хочу сдохнуть!

– Так, ну-ка расступитесь, – ворчливо потребовала Агата. – Отойдите, не толпитесь. Пустите меня к братику. Братик, заебал реветь. Убери свои руки.

– Ничего не выйдет! – горько выл Вася со дна пропасти отчаяния. – Он не встанет. Он больше никогда не встанет. Он навеки поник от стыда.

Лолька склонилась над Васиным пахом, изучающе осмотрела его хозяйство, и взялась за дело.

Вначале Вася не чувствовал ничего. Ничего, кроме всепоглощающего стыда. Но постепенно старания Агаты начали приводить к результату. Вася ощутил, как его увядшее естество наливается силой и крепостью. Все-таки сыграл свою роль богатейший сосальный опыт. Не зря Агата столько лет лазала по чужим гробам и сосала напропалую. Словно предчувствовала, что готовит себя к чему-то важному. К некому судьбоносному дню, когда от качества ее сосания будет зависеть судьба мира. И сегодня она сосала как никогда прежде, вкладывая в это дело всю свою сосальную душонку.

Но в этот момент произошло нечто, едва не перечеркнувшее все старания лольки. Из вентиляционного колодца вдруг донесся жуткий голос сестры Марфы.

– Я иду! – зловеще прогремела монашка. – Скоро я очищу вас всех. Я отправлю ваши души прямиком в рай. Там хорошо. Там повсюду летают иконы и храмы. Там летают ангелы и святые угодники. Они все летают. Вы тоже будете летать.

От этих жутких слов Васины четырнадцать с половиной едва не сжались до трех с четвертью. Но лолька не допустила катастрофы, значительно нарастив сосательный накал. Сосала с такой интенсивной яростью, что уже захлебывалась слюнями. Заглатывала под корень, давясь и хрипя, но не прерывая своего судьбоносного дела.

Грянул взрыв. Прочные металлические двери сорвало и бросило на пол. В зал, в клубах дыма, ворвались враги, сумевшие найти общий язык. Одновременно с этим из колодца показалась рука сестры Марфы. Монашка ухватилась пальцами за край, подтянулась, и высунула наружу голову. Сквозь большой пролом в ее черепе виднелась розовая мозговая масса. Из ее пучины торчал край крошечной иконки.

– Киберсвят вернулся! – закричала Анемия. – Василий, скорее.

Вася и сам ощутил величие момента. Вцепившись пальцами в волосы Агаты, он яростно имел ее в рот. Мелкая хрипела и размахивала руками. Из ее носа, пузырясь, лезли слюни вперемешку с соплями. Глаза дико выпучились. Лолька судорожно сучила ножками.

– Да! – торжествующе взревел Вася, ощущая привычную твердость и мощь. – Вампир-ебун снова в деле.

Он оттолкнул от себя задыхающуюся сосульку, бросился к металлической плите, и резко вогнал мясной ключик в предназначенное для него отверстие.

Секунду ничего не происходило, а затем начался сущий кошмар. Вся плита вспыхнула ярким светом, и Вася почувствовал, как его головку больно пощипывают электрические разряды. Он попытался вырвать член из отверстия, но тот внезапно не пожелал выходить наружу. А над головой, меж тем, набирал силу жуткий гул. Генератор заискрился. По его цилиндрической поверхности пробежали голубые молнии. Весь огромный механизм, проработавший пятьдесят тысяч лет, содрогался и шумел все громче. В его железных недрах что-то громыхало и щелкало.

– Что происходит? – заорал Вася.

– Генератор не может совершить корректное отключение, – прокричала в ответ Анемия. – Он перегружен. Скорее, вынь ключ из разъема, иначе корабль взорвется.

Вася уперся руками в плиту, и попытался вырвать член из дыры. Но тот засел внутри, что твоя репка.

– Не вынимается, – в отчаянии прокричал Вася. – Неужели....

И тут его осенило.

– Неужели он стал больше?

Но Васина радость была недолгой. Анемия огорчила его, прокричав:

– Под воздействием энергии происходит сжатие металла. Еще немного, и твою письку раздавит.

Васины глаза округлились от ужаса.

– Тяните меня! – заорал он истошно. – Тяните все! Любой ценой спасайте пенис, он у меня последний.

Множество рук вцепилось в Васю. Затем они рванули его прочь от плиты. Но пенис твердо сидел в разъеме. Запрокинув голову, Вася дико орал. Он чувствовал, что еще немного, и ему точно оторвут под корень.

– Я спасу братика! – крикнула лолька.

Она ловко поднырнула под Васю, и безжалостно вонзила в его мошонку свои острые мелкие зубки.

Резкая и сильная боль тотчас же отшибла весь стояк. Васин орган опал, и легко выскользнул из отверстия.

Сразу же вслед за этим корабль содрогнулся. Зародившийся в его недрах гул достиг наивысшей точки звучания. Палуба заходила ходуном. Отовсюду несся надрывный скрежет, что-то бухало, что-то звенело. А затем из колодцев охлаждения вверх ударили потоки ослепительно яркой энергии. Один из них поглотил сестру Марфу, и та в одно мгновение превратилась в пар. Энергия, перехлестнув через края, пронеслась по палубе. Оказавшиеся на ее пути вампирская гэбня и рыцари ордена непрочного бытия распались на атомы раньше, чем успели сказать «пармезан». Белое слепящее пламя хлынуло наружу сквозь взорванные двери. По мере его распространения гул усиливался. Палуба тряслась все сильнее. Вампиры и оборотни, растянувшись на полу, с ужасом ждали, что сейчас достанется и им.

– Что происходит? – прокричала Ксюша.

Анемия открыла рот, чтобы что-то ответить, он не успела, потому что где-то над ними раздался страшный взрыв. Казалось, там подорвали водородную бомбу. Палуба содрогнулась в последний раз, а затем все стихло. Генератор мозговой активности больше не светился. Теперь он был обычной безобидной железной бочкой с кучей шлангов и проводов.

90

Подставив лицо порывам холодного северного ветра, Вася глядел вдаль. Над его головой ярко пылали звезды. Вася провел ладонью по потному лицу, и отметил, что рука все еще заметно дрожит. Что было неудивительно. Ему наверняка потребуется немало времени, чтобы полностью прийти в себя после всего этого военно-сосально кошмара.

Огромный холм исчез. Теперь на его месте темнел металлом куполообразный корпус исполинского корабля. Весь грунт, прежде покрывавший его, был сброшен силовым полем и разлетелся по окрестностям.

– Теперь все изменится, – услышал Вася голос Ксюши.

– Не сразу, – возразила ей Анемия. – Но со временем вампиры отойдут от воздействия генератора и станут свободными.

– А люди? Что будет с ними?

– Боюсь, обезьянья участь предрешена. Их возвращение в состояние дикости неизбежно. Думаю, лет через двадцать они начнут кидаться говном, лепить из него идолов, густо обмазываться. Но до тех пор мы должны заставить их изготовить запчасти, необходимые для ремонта корабля. Насколько я поняла, уровень технического развития уже позволяет это сделать. И тогда мы сможет вернуться домой.

– Но наш дом здесь, – возразила Ольга.

– Нет, – покачала головой Анемия. – Это чужая планета. Здесь нам не место. Конечно, те вампиры, что захотят остаться, смогут так поступить. Но зачем? Лет через пятьдесят люди полностью деградируют в обезьян. Их города обратятся в руины, их механизмы разрушатся, их культура канет в небытие. Они будут нагишом скакать по веткам и кидаться говном. А кидаются они метко.

– А я бы хотела увидеть наш подлинный дом, – заявила Ксюша. – Да и другие вампиры, я думаю, решатся покинуть Землю. Василий, а что насчет вас?

Вася не сразу расслышал вопроса. Он стоял на корпусе корабля и обозревал залитые звездным светом окрестности. Выглядели они мрачно. Только камни, голая земля да пятна ягеля. От всего пейзажа веяло депрессивным унынием. Оно же тяжким грузом лежало на Васином сердце. Страшная правда, которую он узнал, жгла его изнутри. Выяснилось, что у всех вампиров огромные пенисы. А у него и ныне покойного капитана Кровоглотуса крошечные. И как, скажите, с этим жить? Капитану-то хорошо, он уже давно отмучился. Но что было делать Васе? Как вынести на своих хрупких плечах тяжкую ношу великого позора?

– Василий? – повторила Ксюша.

Вася вздрогнул и повернулся к ней.

– А? Что? – спросил он.

– Что вы думаете?

Ох, Вася бы рассказал, что он думает. Мрачны были его думы. Тут хоть гирю повесь, хоть две – много не натянешь. А если переборщить, можно и последнего лишиться. Вот перегрузишь, а он возьми, да оторвись. Тогда точно останется только в петлю.

– О чем? – уточнил Вася.

– О том, чтобы отправиться на планету вампиров.

Ни на какую планету Вася отправляться не хотел. Его и здесь все устраивало. Вот бы еще поправить семейные дела, да нарастить сантиметра три-четыре.

– Хули я там забыл? – пожал плечами Вася.

– Но ведь это наш дом.

Дом. У Васи уже был дом. Его фамильный склеп, перешедший ему в наследство от предков. За время своего проживания в нем Вася привык к холодным бетонным стенам, к плесени на обоях, шампиньонам на потолке и плоским формам Матильды. И он не собирался менять его на какую-то далекую планету, где у каждого мужика в штанах по тридцать сантиметров. Да он там со стыда сгорит со своими четырнадцатью с половиной.

– Наш дом здесь, – буркнул он, и вновь обратил свой взор на залитый звездным светом пейзаж унылого бескрайнего севера.

Внезапно рядом с ним оказалась Ольга. Наклонившись к Васе, она прошептала:

– Василий Андреевич, сейчас самый благоприятный момент.

– Да я вот и сам думаю, не передернуть ли мне на родные просторы, – сознался Вася. – Но при всех немножко стесняюсь.