Сергей Арьков – Первенцы богов (страница 19)

Владику стало дурно. Он уже как-то привык к Центу садисту, извергу, палачу, скотине бездушной, но при всех своих недостатках бывший рэкетир никогда не демонстрировал тревожных признаков умственного помешательства. Все свои издевательства над беззащитным Владиком он творил в здравом уме и твердой памяти, прекрасно отдавая себе отчет в своих действиях, а если кто и впадал в состояние аффекта, так это несчастный программист. Так что же могло подвигнуть этого, прежде разумного, человека пуститься бежать неизвестно куда? Неужели он услышал вечный зов? А что насчет кота? Этого-то куда понесло?

Владик сам не понял, какое шестое чувство заставило его обернуться. Возможно, это был сигнал от ангела-хранителя, или животный инстинкт самосохранения, но именно это и спасло его от страшной смерти. Потому что, обернувшись, Владик увидел такое, что его трусливое заячье сердечко едва не вырвалось наружу, не дойдя до пяток примерно сантиметров семидесяти пяти.

По голой земле пустыря, бесшумно, будто в страшном сне, прямо на него катилось нечто чудовищное. Повергнутый в ужас Владик не сразу опознал в лютом монстре обычного медведя. То есть, что значит, обычного? Обычных медведей Владик, за исключением одного душераздирающего эпизода, никогда не видел, даже в зоопарке до них не дошел, ибо был еще на подступах психологически травмирован ламой – та в него плюнула. Зато Владик наблюдал данных зверушек в американских фильмах про спецэффекты, и там мишки всегда выступали на стороне добра и справедливости, свободы и демократии, а также прочих ценностей цивилизованного мира. Более того, мишки из американского кино являлись лучшими друзьями детей, катали их на себе, спасали из разных неприятных ситуаций и вообще развлекали. Но глядя на приближающуюся к нему взъерошенную тварь, Владик сразу понял, что этот конкретный мишка любит человеческих детенышей только на ужин.

Поняв, что он обнаружен, медведь издал дикий рев. У Владика от этого рева случилась медвежья болезнь. Ноги подкосились, сознание приготовилось покинуть тело, но программист чуть ли не руками удержал его на месте. Крича от ужаса, он помчался следом за Центом и Баюном, прекрасно осознавая, что в этом забеге не будет бронзового призера. На спасительном пьедестале окажутся двое. А вот третьему не суждено будет достичь финиша, поскольку им отобедают.

Воздух с хрипом вырывался из легких, подкашивающиеся ноги с трудом держали тело на весу, перегруженные штаны тянули к земле. Владик несся как ветер, испущенный после трех тарелок горохового супа, но спины лидеров марафона маячили далеко впереди. Цент, большой не любитель бегать, в этот раз переступил через себя, и вспомнил молодость. Летел как птица, только большая и без крыльев. Назад он не оглядывался, боясь сбить темп. Владик поступал так же, но он прекрасно слышал топот тяжелых лап и голодное рычание хищника. Владик спиной ощущал на себе заинтересованный взгляд медвежьих глаз. Медведь хотел его точно так же, как Владик мог хотеть сочный гамбургер или вкусную пиццу.

Дерево, только что далекое и недостижимое, как-то резко приблизилось. Кот уже карабкался на его вершину, вонзая в кору мощные когти. Цент корячился следом, зажав секиру в зубах. Для своих лет рэкетир был в отличной форме, или просто помирать так сильно не хотелось. Взобравшись метра на четыре, Цент остановился, схватил топор в руку, и начал срубать нижние ветви, послужившие ему опорой при восхождении.

– Нет! – закричал Владик, мигом постигший коварный замысел своего недоброго спутника. Цент возжелал принести его в жертву медведю, тем самым отвратив опасность от себя самого. Подобное поведение было вполне в духе Цента, то есть ничего другого от него и ждать не приходилось. Небесное оружие, острое, как бритва, легко сокрушало древесину. Вот, затрещав, вниз полетел первый сук, а Цент уже занялся вторым, время от времени поглядывая куда-то за спину бегущему Владику. Программист знал, на кого смотрит Цент. На огромного мохнатого злого зверя, которого подлые вруны из Голливуда превратили в друга детей и защитника либеральных ценностей.

– Очкарик, здесь для тебя места нет! – зло закричал с дерева Цент, видя набегающего Владика. – Катись отсюда!

Владик подлетел к дереву, на которое в обычной ситуации не влез бы и с альпинистским снаряжением, и в мановение ока оказался метрах в трех от земли. Тут дорогу к спасительной вершине ему преградил Цент. Замахнувшись секирой, он люто рявкнул:

– Занято!

Снизу прозвучал рев такой силы, что Владик едва не полетел прямо в лапы к медведю. Глаза Цента, глядящие куда-то мимо программиста, полезли на лоб. Потеряв к Владику всяческий интерес, Цент белкой взметнулся вверх по стволу. Владик, одолеваемый недобрыми предчувствиями, бросил взгляд вниз.

Медведь лез на дерево. Обхватив могучими лапами толстый ствол, топтыгин упорно карабкался вверх, к еде. Прежде Владик даже не подозревал, что медведи умеют лазать по деревьям, думал, что те только по земле ходят и в берлогах спят.

Подвывая от ужаса, Владик устремился вверх, карабкаясь с ловкостью обезьяны, хотя прежде всегда отличался неуклюжестью. За долю секунды он очутился на одном уровне с Центом и Баюном. Отягощенная тремя телами вершинка начала опасно раскачиваться, тонкие ветви страдальчески потрескивали, не желая держать на себе белочек-переростков.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.