Сергей Арьков – Нейтрально-враждебный (страница 26)

— Боже мой! — простонал Стасик. — Где я?

— Где? — усмехнулся возница. — А ты не знаешь?

— Нет.

— Не бывал тут прежде? Я думал, ты один из героев.

— Я свинопас, — честно признался Стасик, решив не приукрашивать свое ничтожное социальное положение. Что-то ему подсказывало, что у Свиностаса больше шансов уцелеть в плену, чем у Стаса паладина.

— Свинопас? — удивился возница. — Не понимаю! Зачем мы тебя взяли? У нас, разве, своих свинопасов нет? Или все дело в шашлыке?

— В чем? — вздрогнул Стасик, понадеявшись, что он ослышался.

— В шашлыке, — охотно повторил возница.

— Почему шашлык? — забеспокоился Стасик. — Зачем шашлык?

— А вот узнаешь, как на привал остановимся. Мы-то люди простые, нам кроме каши да бражки и не надо ничего. Но вот черные рыцари публика иного сорта. Есть у них одна… как бы это сказать… особенность.

— Какая особенность? — пропищал Стасик, хотя он не был уверен в том, что действительно хочет это знать.

Но возница все равно ответил. Притом было видно, что ответ доставил ему огромное удовольствие.

— Любят они, понимаешь ли, человечину трескать, — сообщил он. — Верят, что от этого становятся сильнее и злее. Вот я и думаю, что тебя для этой цели прихватили. Так оно или нет — привал покажет. Если придут за тобой, дружочек, и если увидишь шампуры да угли — все, прощайся с жизнью. Нарежут и насадят. Да, кстати — нарезают они заживо….

В полной мере осмыслить страшные слова Стасик не успел. Его тело среагировало быстрее мозга. С диким воплем он спрыгнул с телеги и со всех ног помчался прочь от дороги. О том, куда он бежит, не думал. Зато знал — откуда. От шашлычной участи.

— Стой! Куда? — прокричал ему вслед возница.

Стасик даже не обернулся. Наоборот, прибавил ходу. В прежней жизни его физическая форма оставляла желать лучшего, но двухмесячная работа свинопасом пошла ей на пользу. Проводя целые дни на ногах, Стасик несколько окреп, и теперь уже не падал без сил после двадцатиметровой пробежки.

— Эй, народ, шашлык уходит! — во все горло завопил возница.

Эти страшные слова подстегнули Стасика, и он побежал быстрее. Он уже почти летел, не касаясь подошвами земли, когда вдруг ноги полностью вышли из-под его контроля. Он буквально перестал их чувствовать, словно они отвалились и остались где-то позади. С криком ужаса Стасик полетел носом вперед и рухнул на твердую каменистую почву. От удара из него едва не вынесло все внутренности вместе с душой. Но он уцелел, даже не потерял сознания. Ноги по-прежнему не повиновались ему, но страх пред шашлычной участью был так велик, что Стасик пополз вперед на руках. А за своей спиной он уже слышал топот ног преследователей и их сердитую ругань.

Его настигли, грубо схватили под руки и поволокли обратно. Непослушные ноги волочились по земле, как две тряпки. Глотая слезы, Стасик умолял отпустить его, обещал, что ничего никому не расскажет, но два солдата в черных шлемах лишь грубо требовали, чтобы он захлопнул варежку, если ему хоть немного дороги зубы.

Его доставили обратно к дороге и бросили на землю возле телеги.

— Пожалуйста! — стенал Стасик, копошась в серой пыли. — Не ешьте меня! Не надо!

— Ну, и что здесь происходит? — вдруг услышал он поблизости знакомый женский голос.

Стасик поднял голову, и увидел Риану. Ту самую девушку, которую он встретил в дубовой роще. Ту самую обманщицу, которая попросила его расклеить листовки, нужные, по ее словам, для каких-то шпионских задач. А на деле выяснилось, что это не так. Стасик еще тогда, в Форинге, сообразил, почему пали городские стены, открыв дорогу захватчикам. Это все черные заклинания, начертанные на тех бумажках, которые он прилепил к фундаменту.

Но даже после того, как Риана его обманула, он был счастлив увидеть знакомое лицо.

— Это я! — закричал Стасик. — Помнишь меня? Я тот самый….

— Помню, помню, — ответила Риана.

Она сидела верхом на черной кобылке, и смотрела на Стасика сверху вниз.

— Больше не пытайся убежать, — попросила она Стасика. — Наши лучники привыкли стрелять во все излишне подвижное. Особенно в этом краю.

— Меня подстрелили? — захныкал Стасик. — Я ранен? Ног не чувствую. У меня стрела в спине, да? Позвоночник перебит? Я умру в муках?

— Да не ранен ты, — поспешила успокоить его Риана. — Это я тебя обездвижила.

— Ты?

— Да. Ты же оказал мне услугу, и я это ценю. Поэтому и не позволила тебе сбежать. Без обид, конечно, но здесь, на нейтральной полосе, ты едва ли долго протянешь. Но если настаиваешь, я могу тебя отпустить. Ты ведь не пленник.

Она что-то негромко прошептала, и Стасик вновь почувствовал свои ноги. Он медленно и не без опаски поднялся на них, а затем воззрился на Риану.

— Я не пленник? — переспросил он.

— Нет, разумеется, — пожала плечами та. — У нас ведь был договор: ты помогаешь мне с бумажками, а я помогаю тебе попытать счастье в империи.

Стасик тактично умолчал о том, что в рамках заключенного договора Риана подло обманула его. Но, похоже, этот упрек проступил на его лице. Девушка все поняла.

— Да, да, знаю, я не сказала всей правды, — без намека на раскаяние произнесла она. — Но ведь я это сделала ради тебя.

— Ради меня? — удивился Стасик. — Это как?

— Упростила тебе задачу. Для тебя было бы сложно согласиться помочь нам в штурме Форинга. Ты бы страдал, метался в сомнениях, заранее мучился угрызениями совести. Мог даже передумать. А так все прошло гладко. Все довольны. Мы устроили добрякам хорошую трепку, а ты заслужил право на второй шанс. Разве не этого ты хотел?

— Ну, да, наверное, — вынужден был согласиться Стасик. — Но там погибло столько невинных людей. И все из-за меня.

— Ты тут не при чем, — поспешила утешить его Риана. — Ты ведь лично никого не убивал.

— Но я все равно соучастник.

Девушка улыбнулась.

— Чувство вины не самое приятное, — сказала она. — Незачем возбуждать его в себе. Просто считай все произошедшее несчастным случаем. И да, ты ведь не знал, что делаешь, когда помогал нам. Так что твоей вины тут, пожалуй, и нет. И вообще, раз уж ты собрался связать свою жизнь с империей Кранг-дан, то завязывай с угрызениями совести. Они у нас не в моде.

— А вы меня вправду к себе возьмете? — спросил Стасик.

Он посмотрел на возницу, который внимательно прислушивался к их разговору с телеги, и добавил:

— Потому что вон тот мужик сказал, что черные рыцари из меня на привале шашлык приготовят.

Риана метнула на возницу злобный взгляд. Тот трусливо съежился и виновато забормотал:

— Госпожа, да я просто так сболтнул! Дай, думаю, пошучу. Я ведь без всякого умысла.

— Еще раз дашь волю своему глупому языку, и я поджарю тебя на медленном огне, — пообещала ему Риана ледяным тоном.

Возница чуть в обморок не упал, услыхав угрозу, и Стасик понял, что его знакомая не шутит. Действительно, возьмет и поджарит. Возможно, она уже проделывала это с кем-то, не воспринявшим ее угрозу всерьез.

Риана повернулась к Стасику. На ее хорошеньком лице вновь заиграла дружелюбная улыбка.

— Никто тебя не съест, — пообещала она. — Не слушай всяких идиотов.

— Значит, вся эта история про шашлык из человечины, это байка? — облегченно выдохнув, спросил Стасик.

— Ну, не то, чтобы байка… — уклончиво ответила Риана. — Ты, главное, помни, что лично тебе ничего такого не грозит.

Стасик позволил себе робко улыбнуться.

— А что мне теперь делать? — спросил он у своей покровительницы.

— Ничего. Полезай в повозку и отдыхай. Как только достигнем замка лорда Мортуса, пройдешь проверку на способности. А после, в зависимости от результата, получишь назначение на обучение или службу.

Стасик так и поступил — вернулся в повозку и устроился среди мешков с награбленным в Форинге добром. Возница, получивший от Рианы внушение, больше не пытался заговорить с пассажиром, даже головы ни разу не повернул. За что Стасик был ему бесконечно благодарен. Если он захочет найти себе друзей, этот скверный тип с неприемлемым чувством юмора никогда не окажется в числе кандидатов.

Глава 16

Все время до вечернего привала Стасик провел в телеге, отдавшись размышлениям о своей непростой судьбе.

Окрестные пейзажи оставались однообразно-депрессивными на всем протяжении их пути. Вокруг простерлась выжженная земля, где все живое было убито, а все целое сломано. Иногда вдалеке показывались жалкие руины давно разрушенных построек или крошечные островки чудом уцелевшей зелени, но в целом нейтральная полоса производила тягостное впечатление.

На то, чтобы выглядеть подобным образом, у этой земли имелась вполне очевидная причина. Нейтральная полоса активно использовалась героями Ангдэзии и воинами империи для кровопролитных разборок. Именно сюда отправлялись отряды из Форинга, именно здесь пришельцы из иных миров, решившие послужить делу добра и справедливости, добывали себе славу, сходясь в жестоких битвах с силами тьмы. Пережив тысячи и тысячи боевых заклинаний, выдержав поступь тысяч и тысяч закованных в латы воинов, эта земля просто не могла выглядеть никак иначе.

Стараясь не вспоминать о заваленных трупами улицах Форинга, Стасик задумался о том, что стало с Ильнуром, Лаурой и другими уцелевшими. Похоже, верховная волшебница перенесла их всех в какое-то безопасное место, подальше от захваченного врагами города. Всех, кроме него.

Стало так обидно, что Стасик чуть слезу не пустил. Почему же его не взяли? Неужели прекрасная Лаура не захотела тратить на него, жалкого и ничтожного свинопаса, свои магические силы, и просто бросила его на растерзание злодеям? Как же это было жестоко с ее стороны. И эти люди еще называют себя героями, защитниками добра!