Сергей Арьков – Дикие земли (страница 54)
- Глазам не верю! – прохрипел Колька, с которого градом катился пот, смешанный с тухлой болотной водой.
Действительно, трудно было поверить в то, что кто-то мог построить замок в подобном месте? И, главное, зачем? Разве что в качестве некоего уединенного убежища от всех внешних невзгод. Этот мир сотрясала идущая столетиями война, и многим хотелось скрыться от нее. Но не в прогнившем же болоте. Здешние условия убьют куда быстрее, чем любые враги.
- Уж не замок ли там виднеется? - спросил Ильнур, вглядываясь в постройку. - А в нем томится заколдованная принцесса. Колюнюшка, хочешь принцессу-то спасти?
- Заткнись! - взмолился Колька.
- Какой же ты, все-таки, неласковый. Устал, должно быть. Умерь свой гнев, Колюнюшка. Скоро будем в замке, там и отдохнем.
- Ага, отдохнем, - скептически проворчал Колька. - Нас там уже ждут, красную дорожку расстелили.
- Где это видано, чтобы двух благородных рыцарей не приветили в замке? - искренне удивился Ильнур. - Сейчас в баньку, а после к столу. Помни, Колюнюшка, о манерах. За столом не чавкай, рук о скатерть не вытирай. Мы с тобой не просто бродяги, а представители славного ордена паладинов. По нам будут судить обо всей Ангдэзии.
- Судя по тебе, Ангдэзия, это психиатрическая лечебница, - сквозь зубы процедил Колька.
- С принцессой будь учтив и галантен, - продолжил поучать его Ильнур. – Вольностей себе не позволяй. Особенно чего не надо делать, так это пытаться заглянуть ей под юбку. Понимаю, тебе может быть любопытно. Я тоже, в годы юности, задавался вопросом – а что у них там под юбками сокрыто? Но помни, Колюнюшка, о том, что ты паладин. Паладины так себя не ведут.
Колька остановился, обернулся, и устремил на Ильнура полный ярости взгляд. Тот добродушно улыбнулся, подмигнул ему и заговорщицки предложил:
- А хочешь, расскажу, что у них под юбками?
- Чертов идиот! - взорвался Колька. - Да что с тобой не так?
Неадекватность Ильнура не столько раздражала, сколько пугала. Колька готов был потерпеть глупые речи спутника, хоть те и бесили с каждой минутой все сильнее, но в замке им, возможно, придется столкнуться с некой опасностью. И как в этом случае поведет себя поехавший Ильнур? Сможет ли он сражаться? Или в бою от него не предвидится никакой пользы? Узнать это наперед было невозможно, но Колька решил исходить из самого худшего сценария, и готовить себя к тому, что биться предстоит в гордом одиночестве, а Ильнур не только не поможет, но и, вероятно, помешает.
По мере приближения к замку открывались все новые его подробности. Сооружение было значительно больше, чем показалось издали. Его темные каменные стены имели ветхий и потрепанный вид. Глубокие трещины пересекали их во всех направлениях. Всюду наблюдались следы разрушения и упадка.
Колька заметил ворота, расположенные на значительной высоте. К ним вели остатки каменного моста, чьи мощные опоры уходили основаниями в болотную воду. Мост тянулся в никуда метров на тридцать, а затем обрывался. Похоже, остальная его часть давно обрушилась. Теперь уже не было никакой возможности установить, куда он вел прежде. Одно было ясно – замок возвели задолго до того, как всю эту местность поглотило болото. На неимоверную древность постройки указывали и особенности архитектурного стиля. Колька наблюдал немало картин и гравюр с изображением тех или иных достопримечательностей Ангдэзии, будь то дворцы, замки, крепости или храмы. Все они в той или иной степени транслировали схожую архитектурную традицию. Но в очертаниях стен и башен старинного замка сквозило нечто чуждое, враждебное. Эта была не та милая притягательная древность, коей дышали руины родного Колькиного мира, будь то торчащие из песка усыпальницы фараонов или грандиозные римские храмы. От этих развалин за версту разило угрозой. Замок черным безмолвным призраком высился над морем гнилой воды.
Два паладина медленно приближались к древней твердыне. Колька старался отрешиться от болтовни Ильнура, который с каждой минутой нес все большую околесицу. Затем поток его бредятины вдруг оборвался, сменившись жуткими захлебывающимися звуками. Колька стремительно обернулся, боясь, что придурковатый паладин нырнул с головой, и, чего доброго, не догадается всплыть на поверхность. Но Ильнур не собирался тонуть. Он сложился пополам в приступе рвоты. Из паладина мощным потоком выплескивалось содержимое желудка.
- Боже мой! - простонал Колька. - Чувак, да ты реально болен.
- Нормально, Колюнюшка! Нормально! - попытался заверить его Ильнур, после чего вновь сложился пополам, почти уткнувшись лицом в болотную воду.
- Какое еще нормально? - чуть не закричал Колька.
Ильнур поднял голову. Он был бледным и мокрым от пота. Его трясло. По всему лицу гуляли непрекращающиеся нервные тики, из-за чего казалось, что паладин нарочно корчит дурацкие рожи.
- Слушай, - предложил Колька, - ты, может, тут меня подождешь, а?
- Как это, тут? - растерялся Ильнур. - То есть, пока ты будешь в баньке париться....
Колька схватился за голову.
- Какая банька? - взвыл он. - Ильнур... Вот что я предлагаю. Ты постой здесь, а я быстро сгоняю в замок и предупрежу местных, что их вот-вот почтит визитом великий герой. Пусть они подготовятся, ковровые дорожки расстелют, столы накроют, баньку натопят, а как все будет сделано, я тебя сразу позову. Давай так, а?
- Ну, ладно, - неожиданно легко согласился Ильнур. - Тоже верно, так будет лучше. Что мне там под ногами путаться? Пусть все подготовят и тогда уже зовут. А ты, Колюнюшка, парень головастый.
- Господи, за что мне все это? - чуть слышно простонал Колька, снимая с плеча свой мешок.
Он вручил его Ильнуру, строго-настрого наказав беречь мешок как зеницу ока. Эти слова почему-то вызвали у паладина приступ глупого смеха.
- И сам никуда не уходи! - потребовал Колька. - Стой тут. На этом месте. Ни шагу в сторону.
- Да, да, как скажешь, - широко улыбаясь, пообещал Ильнур.
- Нет, я тебе серьезно говорю.
- Колюнюшка, все будет в лучшем виде. С места не сдвинусь.
Но Колька понимал, что на слово верить такому Ильнуру нельзя. В нынешнем состоянии с него станется выкинуть любую дичь. Еще полбеды, если он потащится в замок вслед за своим спутником. А если его понесет куда-нибудь в болото? Его же потом вовек не отыщешь. Да и искать, скорее всего, будет уже некого.
- Стой тут! – обернувшись, строго повторил Колька. - Я скоро за тобой вернусь.
- Ты им там передай, Колюнюшка, пускай кабанчика на углях запекут, - крикнул ему вслед Ильнур.
- Да, да, - отмахнулся Колька. – Ты, главное, оставайся на месте… кабанчик.
Он побрел к замку, постоянно оглядываясь на оставленного спутника. Ильнур послушно стоял на одном месте, опершись на длинную жердь. Но Колька знал, что расслабляться нельзя. Неадекватный паладин мог в любой момент выкинуть что-нибудь безумное. А ведь болото не место для умалишенных. Сделает шаг в сторону, ухнется в трясину, и пойдет ко дну с улыбкой на лице.
Достигнув подножия замка, Колька столкнулся с серьезной проблемой. Он не видел никакой возможности попасть внутрь. Пройдя вдоль стены, он очутился под мостом. Осмотрев одну из опор, он выяснил, что составляющие ее каменные блоки лежат неплотно. За минувшие века раствор между ними полностью рассохся и был вымыт дождями. Щели оказались достаточно широки и глубоки, чтобы запустить в них пальцы рук и использовать в качестве опоры для ног.
Вытерев влажные ладони о чуть менее влажные штанины, Колька стал карабкаться на опору моста. Камень крошился под его пальцами, и несколько раз юный паладин едва не сорвался вниз. Не то чтобы это стало большой трагедией, все-таки падать предстояло не на бетон, а в грязную воду, но Кольке не хотелось и этого. Он и без того был весь на нервах, и держался из последних сил. Как-то в один момент навалилось все и сразу - и Альмина пропала, и Ильнур спятил. А главное, не было никакой уверенности в том, что все эти беды поправимы. Если юной целительницы уже нет в живых, а к Ильнуру в скором времени не вернется разум, он рисковал остаться в этом болоте наедине с неадекватным паладином, от которого можно ждать чего угодно. И что ему, в этом случае, делать? Возвращаться обратно в Ангдэзию? Ага, пешком. С безмозглым Ильнуром, которого хоть связывай, а иначе натворит чудес великих.
Колька благополучно преодолел подъем и оказался на мосту. Тот натурально дышал на ладан - в его некогда мощеном плитами полотне зияли многочисленные дыры. Мост вел к узкой арке ворот. От ворот остался один голый проем – створы, если те и были раньше, давно сгнили и рассыпались в труху. Древний замок словно бы приглашал любого желающего входить и не стесняться.
Колька осторожно прошел по мосту, стараясь держаться ближе к краю, где вероятность провалиться вниз была чуть ниже, и достиг ворот. За проемом царила темнота. Перед входом темнели гнилые фрагменты древесины и куски ржавого железа.
Обнажив меч, Колька быстро прошептал простое заклинание, мысленно направив в оружие свою непреклонную волю. Клинок тотчас же вспыхнул яркой белизной. Затем его сияние чуть ослабло, превратив оружие в приемлемую замену фонарику. Держа меч перед собой, Колька шагнул в ворота замка.
Под его ногами захрустело крошево каменных обломков. Свет клинка выхватывал из тьмы огромные гирлянды паутин. Пол скрывался под толстым слоем пыли. Опустив меч вниз, Колька сразу же заметил цепочку оставленных недавно следов. Та вела куда-то вглубь большого зала.