Сергей Арьков – Дикие земли (страница 31)
Но разве такое возможно? Никто по доброй воле не склонится перед каким-то самозванцем? Мир еще нужно завоевать. А он же будет сопротивляться, брыкаться до последнего, партизанить по ночам, пускать поезда под откос и прочим образом хулиганить. Придется действовать жестко, сделав ставку на тактику выжженной земли. И в итоге, пока завоюешь мир, он и превратится в безжизненную пустыню. Иначе не получится. Пока не истребишь все живое, готовое оказывать тебе сопротивление, не выйдет объявить себя властелином всего сущего. А после уже и властвовать будет нечем. Останется сидеть на черном троне посреди дымящихся развалин, чесать репу и думать - а дальше-то что?
- О чем призадумался, властелин? - спросила Злюка.
- А? Что? – вздрогнув, быстро сказал Стасик.
- Спрашиваю, какую думу думаешь? Ты уже пять минут как в лосиную кучу вступил, и все идешь, размазываешь.
Стасик быстро осмотрел свои сапоги, задрав обе ноги поочередно. Обувь была чиста. До его слуха донесся смех спутницы.
- Не зевай, властелин, - посоветовал она. - Мы на вражеских землях. Добро не дремлет.
Тут Стасик подумал вот о чем: а что, если все темные властелины на самом деле желали миру добра? Но не встречали понимания. И все их попытки установить всеобщее царство благоденствия и процветания наталкивались на упрямое сопротивление со стороны костного несознательного элемента. Вот и приходилось биться за светлое будущее так, что в итоге не оставалось камня на камне. Но властелин не может иначе. Он не может отказаться от своей борьбы. Видя всю несправедливость и несовершенство мира, он не в силах опустить руки. Ведь знает, что все это можно устроить лучше и прекраснее. Если бы только окружающие смогли его понять. Если бы не вставляли палки в колеса. Но они не понимают. Каждый цепляется за свое привычное, за неизменность бытия, за дедовские заветы. Новое и непонятное рождает страх. И отторжение. И вот уже собирают они войска и идут войной на темного властелина, лишь бы отстоять существующий порядок вещей и не позволить миру измениться к лучшему. А когда одерживают победу, ликуют и веселятся, буквально захлебываясь восторгом. Какое счастье! Какое блаженство! Ничего не изменилось. Будущее не наступило! Все по-прежнему. Ура-ура!
- Властелин!
В этот раз в голосе Злюки прозвучали нотки, сразу подсказавшие Стасику, что это не очередная шуточка. Он вскинул голову и быстро огляделся. И сразу же заметил впереди нечто, белеющее среди огромных деревьев. Судя по всему, это были каменные стены какого-то сооружения.
Злюка быстро подошла к Велте и схватила ту за плечо.
- Последний шанс, ушастая, - прорычала она. - Признавайся, есть ли здесь вооруженная стража?
- Вам же сказали, что нет, - пискнула та. - В это священное место нельзя входить с оружием. Здесь все живет в мире и гармонии.
Вскоре среди деревьев обнаружилась широкая тропа. По ней отряд двинулся к цели. Стасик замечал в лесу все больше следов цивилизации. Тут и там белели стены каких-то сооружений, вставали столбы колонн, мелькали статуи и арки. Затем тропа вывела их на большую площадь, мощенную огромными плитами. В ее центре, на цилиндрическом постаменте, высилось еще одно изваяние богини, такое же прекрасное, как и то, что развандалила Злюка. Правда, эта статуя была заметно крупнее.
- Прямо руки чешутся! - призналась Злюка, злобно глядя на каменную деву.
- Не надо! - потребовал Стасик.
- Ладно, ладно, - нехотя согласилась та. - Ты у нас ценитель искусства. Позже перевезем каменную бабу в твою черную цитадель.
- У меня нет цитадели, - напомнил Стасик.
- Будет. Когда мы разрушим весь этот мир, то из его обломков воздвигнем великую крепость - черную и страшную, обитель ужаса и страданий. А на вершине самой высокой башни будет стоять черный трон владыки. Ты будешь сидеть на нем своими величавыми ягодицами, и с вершины обозревать картину всеобщего опустошения и отрадного геноцида.
- Скучно будет просто так сидеть и таращиться на развалины, - буркнул Стасик.
- Эй! А камера пыток для кого придумана? Заскучал на троне, пошел, попытал пленников. И потом, о какой скуке ты молвишь? Этот мир единственный из череды многих. И все их еще предстоит поработить и разрушить. Работы на сотни лет. Скучно не будет.
Вокруг площади белели прекрасные строения, все до одного тронутые следами упадка. Постройки явно возвели в незапамятные времена, и с тех пор не подвергали капительному ремонту. На плитах и колоннах темнели трещины и сколы. Кое-где сквозь плиты двора проросли молодые побеги. Стояла удивительная тишина.
- Тут никого нет, - сказала Матрена.
Стоило ей поспешить с выводами, как из ближайшего строения показались трое незнакомцев. Это, разумеется, были эльфы. Облаченные в какие-то белые тоги, босые, простоволосые, они неспешно направились к гостям. На их прекрасных лицах застыли умиротворенные выражения.
- Вам здесь нечего делать, живущие кратко создания, - сказал один из них, когда троица приблизилась к чужакам. - Сие священно место, но это не ваша святыня. Уходите. Проявите уважение к....
Злюка так быстро пробила эльфу ногой в пах, что Стасик не успел вмешаться. Эльф с визгом повалился на плиты. Его спутники в страхе попятились от наступающей на них принцессы. В руке у той сверкнул кинжал.
- Отрежу уши! - рявкнула на них Злюка. - И заставлю съесть!
- Бегите! - закричал Феромон. - Спасайтесь! Это монстры!
- Богиня не даст нас в обиду, - неуверенно произнес другой эльф, и тут же понял всю пагубность своих религиозных заблуждений. Потому что богиня и не подумала за него вступиться, когда Злюка, подскочив к нему, влепила жрецу кулаком в челюсть. Вот тут-то жрецы все поняли, и бросились наутек.
- Как вас только земля носит? - прокричал Феромон в отчаянии. - Кем нужно быть, чтобы поднять руку на жрецов богини?
- Битой жопе слово не давали! - отрезала Злюка. - Выдумали себе каких-то богинь, балбесы ушастые. Где она, богиня ваша? Где? Нет ее! Или она просто боится темного властелина. Даже боги поджимают хвосты, встречаясь со Свиностасом.
Злюка подошла к Велте и спросила:
- Где источник?
Та заколебалась - в этот момент в душе эльфийки происходила последняя внутренняя борьба. Но та продлилась недолго.
- Там, - ответила Велта, указав на самое большое строение.
- Веди!
- Подождите. Но вы же обещали, что не станете осквернять источник жизни. Давайте я принесу вам немного воды.
- Не помню, чтобы я что-то такое обещала, - сообщила Злюка.
- Он обещал, - пояснила Велта, указав на Стасика.
- Ах, властелин!
Злюка рассмеялась, и похлопала Велту по плечу.
- Ты что, ушастая, не в курсе, кто он такой? Это же темный властелин! Он не обязан держать данное тебе слово. Ибо он владыка мрака, повелитель бренного мира, а ты жалкая дура из леса. Вы настолько несопоставимые величины, насколько это вообще возможно. А теперь веди нас к источнику и не капризничай. Иначе я возьмусь на хворостину.
По широким каменным ступеням они вошли в здание. Оно было совершенно пустым. Лишь в дальнем его конце темнела арка двери. За ней начинался вырубленный в скале тоннель, уходящий куда-то вниз. Тоннель освещался, притом мягкий белый свет, как показалось Стасику, лился прямо из камня стен.
Здесь, в шаге от источника, Феромон предпринял последнюю отчаянную попытку пробудить в чужаках совесть.
- Да неужели же вы сделаете это? - воскликнул он, словно бы не веря, что это вообще возможно. - Одумайтесь! Заклинаю вас, одумайтесь! Ради прихоти своей вы совершаете величайшее святотатство. Что вам нужно? Золото? Алмазы? Мы дадим вам все, что пожелаете. Но не оскверняйте источник.
- Властелин, мне все больше кажется, что Формалин тебя не уважает, - заметила Злюка. - По каким-то непонятным причинам позорный эльф считает тебя недостойным омовения в источнике жизни. То есть, ушастый дурень полагает тебя, повелителя мирового зла, существом второго сорта.
- Я этого не говорил, - быстро открестился от обвинений Феромон. - Я лишь сказал....
В этот момент Матрена выдала ему хлесткого леща, и эльф притих.
- Ты уже и так достаточно сказал, - отмахнулась Злюка. - А теперь идем вниз. Властелин желает видеть источник.
Они побрели вниз по ступеням, проложенным сквозь толщу скалы. Слабый приятный свет струился прямо из стен. Стасик этого не ощущал, а вот все остальные заметили, что воздух заметно потеплел, а еще в нем появился странный пряный запах. Затем впереди и внизу возникло слабое синеватое сияние. По мере приближения оно усиливалось. Стасик, шагая по ступеням, немного нервничал. Его тревожили все эти разговоры о какой-то богине. Вдруг это не пустые слова, и богиня существует на самом деле? Как бы она не разгневалась на него за все совершенные святотатства. Стасик не хотел добавлять в число своих врагов еще и высшее существо.
Лестница привела их в большой подземный грот. Здесь не было ни статуй, ни резьбы, и лишь площадка несла на себе следы обработки - ее искусственно выровняли, стесав все выступы. Площадка полукольцом огибала небольшой подземный водоем, который и служил источником синего света. Вода в нем буквально сияла, освещая весь грот.
- Так это и есть источник жизни? - спросила Злюка, не рискуя приближаться к водоему. Было видно, что ей не слишком-то хочется контактировать с этой странной светящейся водицей.