Сергей Антонов – Высшая сила (страница 38)

Маршрута он не знал, но был уверен: очень скоро увидит нечто такое, что сразу даст ему понять, как действовать дальше.

Внимание Добровольского привлек блеск какого-то предмета за пыльным стеклом одной из дверей Кремлевского дворца. Сработал инстинкт исследователя. Макс, конечно же, пришел сюда с четкой целью, но очень хотел понять, чем живут обитатели этого места, какие страсти испытывают, кроме охоты за незваными гостями. Как-никак, а Кремль был местом загадочным на все сто. Если, например, Великая Библиотека являлась просто опасной территорией, то тайны сердца Москвы так и не были раскрыты. Только обрывочные сведения, слухи да откровенные байки-ужастики, сочиненные сказителями, которые зачастую никогда и не покидали своих насиженных станций.

На самом деле Кремль лишь предстояло исследовать.

Убедившись в том, что поблизости никого нет, Макс толкнул дверь и вошел в вестибюль здания. Там царила гробовая тишина, но Добровольский провел несколько минут, напряженно ожидая какого-нибудь звука или движения, сигнализирующего об опасности.

Макс включил фонарик. Увидел цепочки следов босых ног на пыльном мраморе пола. Вели они внутрь помещения и обратно. Его дружки-охотники здесь бывали. И не раз. Но сейчас, по всей видимости, шныряли в других местах.

Настал черед осмотра блестящего предмета. Это была банка из-под консервов. Очень примечательная.

Добровольский присел на корточки, поднял банку. Тушенка. Съеденная совсем недавно – на внутренней поверхности блестели потеки жира. Тот, кто лакомился деликатесом, явно не экономил. Любой житель Метро не оставил бы столько жира. Так мог поступить лишь человек, котоый не знавал вкуса жареных крыс и имел в распоряжении большие запасы этой самой тушенки.

Теперь Добровольским двигало не просто любопытство: Кремль вполне мог оказаться источником ресурсов, позволяющих сделать жизнь людей, прозябающих под землей, чуть более комфортной. И еще. Если раньше мелькала мысль, что обитающие здесь психи могли быть каннибалами, то сейчас ее можно было ставить под сомнение. Зачем же тогда отлавливать гостей? Только чтобы не делиться с ними тушенкой?

Макс направился к одному из входов в зал Дворца, чтобы узнать, зачем туда ходили кремлевские жители-небожители.

Снова пауза для оценки ситуации. И снова – ни звука, ни шороха. Макс не включал фонарик, когда вошел в зал, но сразу ощутил объем и масштабы помещения. Оно было огромным. Для привыкшего к ограниченному пространству Метро человека – просто гигантским.

Добровольскому доводилось бывать в самых разных помещениях, в том числе и в таких, которые простой житель Метро посчитал бы громадными, но сейчас он испытывал самый настоящий трепет.

Макс нажал кнопку фонарика и… не сдержал возгласа ужаса.

В зале были зрители. Из своих мягких кресел на сцену смотрели мертвецы. В самых разных, порой нелепых, порой жутких до дрожи позах, уронив головы на спинки передних сидений или откинувшись назад. Торчащие пучками волосы, зеленые и черные трупные пятна, висящая безобразными лохмотьями кожа, темно-красные ямки гнили на телах.

Каким же должно быть зловоние в этом царстве тлена и разложения?!

Макс инстинктивно поднес руку к лицу, чтобы зажать ноздри. Пальцы ткнулись в резину противогаза. Хвала тебе, Господь, за то, что ты не позволил вдохнуть рабу твоему эту вонь! Славься в веках имя твое, господин Зелинский, за то, что нашел время изобрести противогаз!

Немного успокоившись, Добровольский принялся водить лучом фонарика по секторам зала. Некоторые трупы были здесь так давно, что от них остались одни скелеты, другие только-только раздувались, находясь в самом начале пути разложения.

Одежда… В основном костюмы химзащиты. Кое-где на спинках кресел висели противогазы, а на сиденьях лежали автоматы.

Ну да. Сталкеры. Пропавшие сталкеры. Те парни, что попали под влияние кремлевских звезд. Они стали зрителями бесконечного спектакля, разворачивающегося на пустой сцене зала Кремлевского дворца.

Макс попытался прикинуть количество мертвецов, но свет фонарика выхватывал из темноты лишь фрагменты секторов. Не меньше трех сотен навскидку…

А еще Добровольский увидел знакомые банки тушенки. Целые, тускло поблескивающие смазанными солидолом боками, они были сложены в пирамиды между рядами. Пустые банки валялись на полу вперемешку с разорванными пакетами из-под галет.

Этот огромный морг был еще и столовой. Обитатели Кремля рассаживали в креслах пойманных и убитых ими сталкеров, а потом пировали.

Точно сумасшедшие. И не просто идиоты, а буйные психи.

Макс покинул зал, размышляя над перипетиями кремлевской жизни и пытаясь найти им хоть какое-то объяснение. Не получалось. Из-за недостатка информации.

– Ты ее еще получишь, дружок, – буркнул он себе под нос. – Главное, чтобы ее было не чересчур много.

Добровольский вышел в вестибюль и направился к двери. И тут мутное стекло взорвалось, обдав его острыми брызгами осколков.

Глава 6

Воля или смерть

Психи окружали группу молча. Без выкриков и бормотания.

Было в этой молчаливой сосредоточенности что-то такое, отчего очень хотелось поднять шум самому. Завопить во всю глотку. Выстрелить. Швырнуть гранату. Любым другим способом покончить со зловещим безмолвием. Заставить этих уродов кричать.

Томский вдруг понял: сейчас кремлевскими чудиками кто-то руководит. И это уже не придурковатый «гусар», вопивший сатанинские молитвы, а человек пусть и больной на всю голову, но сохранивший в своем мозгу азы тактики и стратегии.

Толик попытался вычислить главного. Вожака стаи, которого следовало ликвидировать в первую очередь, чтобы внести смуту в скопище волков.

Не получалось. Чудики выглядели, как однояйцевые близнецы.

– Не стрелять, – почти шепотом приказал Томский. – Тьфу, огонь только по моей команде! Юрка. Ты видишь того, кто у них за главного?

– А хрен его знает, товарищ Томский! Но командир… должен быть!

Корнилов мыслил так же, как Толик. И хотя это обнадеживало, но большого оптимизма не вселяло.

Психи, двигаясь с обезьяньей грацией, замкнули кольцо. Их было больше сотни. И теперь они весьма организованно сужали круг. Томский уже собирался отдать приказ открыть огонь и прорубаться сквозь толпу, рассчитывая на везение, когда Кипяток вдруг прошептал:

– Вижу. Главного вижу. Слева, Томский. Он, бляха-муха, руководит этой бандой. Точно он.

Анатолий посмотрел в направлении, указанным Лехой, и увидел рослого человека, наблюдавшего за поединком со стороны. Поза у него была такой, словно он еще не решил: поучаствовать в драке или нет.

– Мочи его, Толян! Мочи… Или я сам! Мочи!

Томский прижал приклад автомата к плечу и прицелился. Поймал в прорезь мушки голову главаря, но почему-то не стрелял. Палец, лежавший на спусковом крючке, словно парализовало.

Толик никак не мог понять причину этого промедления. Мишень была как на ладони, а он… Было в этом психе что-то… Что-то очень знакомое! Что-то полузабытое. Из прошлой жизни. Да нет же! Не мог он видеть этого…

Томский опустил автомат и постарался внимательнее рассмотреть вожака. Странным было в нем все, начиная с одежды. Красная футболка, камуфляжные брюки и светлые кроссовки. Курчавые темные волосы, борода и… Никакого оружия, кроме десантного ножа в чехле, подвешенном к ремню. Он словно вышел на прогулку!

Что с того? Психи тоже гуляют без оружия, а иногда и нагишом. Чему удивляться?

Однако теперь Томский знал точно: этот парень не имеет никакого отношения к жителям Кремля. Здесь он такой же чужак, как и они.

– Почему не стреляешь, Толян?!

Из задумчивости Толика вывел голос Лехи, и почти сразу же грохнул выстрел – Кипяток взял на себя миссию по устранению главаря. Прежде чем Анатолий толкнул Леху, тот успел выстрелить еще раз. Человек в красной футболке дернулся. Одна из пуль точно его задела. Потом он замер, пристально рассматривая психов и окружаемую ими группу. Смотрел так, словно вычислял стрелка.

– Ты опять за свое?! – Толик не сдержался, врезал Лехе кулаком в челюсть. – Сколько мне еще терпеть?!

– А ты… Ты чего тормозишь?!

Томский не ответил и посмотрел на странного незнакомца. Того на прежнем месте уже не оказалось.

– Где он, Юра?! Куда подевался?!

Ответ был получен уже через несколько секунд. В кольце психов образовалась брешь. Бородач в красной футболке разбрасывал чудиков с такой легкостью, словно те были не людьми, а соломенными чучелами. Он шел вперед с напором танка, подминая под себя всех, кто попадался на пути. Психи, опомнившись, набросились на бородача со всех сторон. А он смахивал их с себя, как слон назойливых мосек. Молотил кулаками, бил ногами, резал ножом и продолжал идти в выбранном направлении. Настоящая машина уничтожения, под завязку заправленная топливом желания убивать.

Завороженный этим зрелищем, Томский не сразу понял, что целью монстра в красной футболке является не кто иной, как Кипяток. Бородач не собирался становиться на сторону окруженных психами людей, он пробивался к тому, кто в него стрелял!

Леха уже понял это. Отпрыгнув в сторону, чтобы никто не сумел ему помешать, он с диким воплем выпустил в бородача очередь. Расстояние было слишком маленьким для того, чтобы Кипяток мог промахнуться. На красной футболке появилось несколько дыр, но бородач не сбавил темпа.