Сергей Андреев – Еретик (страница 3)

— Что в повозке?

— Тебе лучше не знать. — Александр откинулся на спинку стула.

— Я не стану тебе помогать, пока не узнаю, что ты задумал.

— А ты все такая же недоверчивая. Помнишь, в детстве мы ходили купаться к озеру, и ты все боялась прыгать с самого высокого выступа скалы? А я тогда взял тебя за руку и попросил довериться мне. Ты робко кивнула, и мы прыгнули вместе. Так вот я и сейчас прошу тебя довериться мне и не задавать лишних вопросов. Все, что тебе нужно сделать — показать печать стражникам.

— Хорошо, — вздохнула Кара. — Но, если ты втянешь меня в неприятности, клянусь, я тебя отделаю своим молотом.

— Я согласен, — с улыбкой произнес Александр.

Кара допила свой эль, бросила на стол пару медяков и покинула таверну. Александр тоже уже собирался уходить, как вдруг заметил трех всадников, подъехавших к собору. Судя по символике на белом плаще одного из них, предположительно главного, это были члены Братства Слова. Практически все члены Братства носили его символику — золотые крылья ангела. Всадники спешились и вошли в собор.

Александр расплатился и покинул таверну. Он направился в торговый квартал, где собирался арендовать склад. Он впервые оказался в Гастенберге, но всюду узнавал изображения святого Дедерика — такие же висели в других городах Священной империи Омни. Он не понимал, как можно верить во что-то столь сомнительное. По его мнению, вера в ангелов и святых ослепляла людей, делая их послушными овцами под руководством пастуха, коим сейчас являлся Эрих Штейн. Церковь разоряет деревни, инквизиция сжигает людей целыми семьями, а Братство Слова фактически является сборищем убийц и насильников.

В торговом квартале было как всегда людно. Не обращая внимания на окружающих, Александр направился к складам. Склады торгового квартала находились через улицу и охранялись городской стражей. У главного входа за столиком в тенечке сидел управляющий, не спеша покуривая трубку. Двое стражников стояли неподалеку и готовы были прийти на помощь в любой момент.

— Нужно закрытое помещение подальше от чужих глаз. — Александр достал из-под плаща мешочек серебряных монет и бросил на стол управляющего.

— Э-э-э, — выдавил из себя управляющий, — так дела не делаются. Мне нужно сначала посмотреть, что ты будешь там хранить. — Он приподнял мешочек и легонько бросил его в сторону Александра.

— Тебе об этом знать не обязательно. — Александр бросил на стол еще один такой же мешочек. — И страже тоже. — Затем из-за пояса он достал три золотые монеты.

Он увидел, как загорелись глаза управляющего, но что-то все же сдерживало его.

— Что-то не так?

— Как долго вы планируете использовать склад? Стража осматривает склады раз в неделю. — Управляющий наклонился влево и посмотрел на стражников, которые о чем-то спорили и не обращали на них никакого внимания.

— Когда следующий осмотр?

— Через два дня.

— К этому времени склад будет пуст.

— Договорились, — широко улыбаясь, произнес управляющий.

Он схватил оба мешочка, изредка поглядывая на стражников, и убрал их в стол. Затем попробовал золотые монеты на зуб, один из которых тоже был золотым, и положил их себе в кошель.

— Повозка прибудет завтра утром.

— Хорошо, хорошо. Я приготовлю помещение.

Выходя из торгового квартала, Александр заметил трех членов Братства. Через некоторое время еще троих, а затем еще и еще. Патрули Братства понемногу заполняли весь город. Так вот зачем Братство посетило собор — они встречались с епископом, который поручил им патрулировать весь город. «Его это все равно не спасет», — произнес про себя Александр. Нужно было искать альтернативный маршрут от городских ворот до склада. К счастью, торговый квартал можно было обойти по улице мясников, где патруль проходил только раз в час. А оттуда через переулок можно было попасть к складам с противоположной стороны канала, проходившего через весь город. Оставшееся до закрытия городских ворот время Александр потратил на изучение движения патрулей.

* * *

Смеркалось. Пение птиц в лесу понемногу стихало и сменялось стрекотом сверчков. Старая обветшалая хижина скрывалась за густой листвой деревьев. В единственном открытом окне можно было увидеть едва заметное свечение огня из камина. Постучав в дверь заранее обговоренным образом, мужчина в грязных потоптанных сапогах вошел внутрь. Облака на небе собирались в темные тучи, и, судя по мелким капелькам, падавшим с неба, скоро должен был пойти дождь. В небольшом помещении на наполовину прогнившем полу располагались четыре лежака.

Генри в это время опять что-то вырезал из дерева, сидя в углу комнаты, а Ева готовила похлебку с заячьим мясом и овощами.

— Где Мик? — спросил Александр, снимая капюшон.

— Он ушел в город, — ответил Генри, не отвлекаясь от резки.

— Что значит ушел в город? Я же сказал, чтобы все ждали моего возвращения.

— Ты же его знаешь, к утру вернется, — успокаивающе произнесла Ева.

— Город патрулирует Братство Слова. Если он попадется, в лучшем случае его просто убьют, а в худшем будут пытать, пока он не выдаст своих сообщников.

— Не думаю, что он попадется. Он все-таки опытный воришка. — Ева слегка улыбнулась.

— Как мы проедем в город, ведь все повозки наверняка будут досматривать? — спросил Генри, беспокоясь об успехе завтрашнего дела.

— Я все продумал. Моя хорошая знакомая нам поможет.

Александр немного успокоился, но чувство тревоги не покидало его. Ева налила ему похлебки и отломила кусочек хлеба. Он снял с себя плащ, положив его на спинку стула. Присел за столик, стоявший у левой стены, и начал не спеша есть, а Ева и Генри собирались ложиться спать.

Александр и Мик встретились при очень странных обстоятельствах. Их встреча произошла около года назад в городе Франкинвиле. Александр выслеживал инквизитора, принимавшего участие в уничтожении его родной деревни, и тот остановился в церкви Франкинвиля. Александр пару дней следил за церковью и изучал, кто, куда и в какое время ходит. Странным в этой церкви было то, что у главного входа постоянно находились стражники. Но он и не подозревал, что не только он наблюдал за служителями церкви. До Мика дошли слухи, что в церковь Франкинвиля прибудут пожертвования из соседних деревень, чтобы затем отправиться в столицу. Мик позарился на такое богатство; греховность ограбления церкви его нисколько не смущала.

На второй вечер Александр дождался закрытия церкви и спрятался у заднего входа. Вчера один из монахов выходил сюда курить, хотя это запрещалось. Засов скрипнул, и монах появился снова. Александр дал ему раскурить трубку. Когда тот наклонился, вытряхивая пепел, Александр ударил его в челюсть, оттащил в кусты и проскользнул внутрь.

Узкий коридор между кельями вывел его через пустую комнату в главный зал. «Инквизитора наверняка поселили получше», — подумал он. Справа от алтаря начиналась лестница. Ступени скрипели, и на каждой Александр замирал, прислушиваясь. Никто не вышел.

Наверху он миновал три запертые комнаты и остановился перед двумя дверями напротив друг друга. За одной спал инквизитор, за другой — аббат, но определить, где чья комната, было невозможно. Александр выбрал правую и прижался ухом к дереву. Тишина. Он осторожно повернул ручку, вошел и закрыл за собой дверь.

В это время с другой стороны церкви по стене карабкался Мик. Он присмотрел окно на втором этаже, которое постоянно было открыто. Пару раз у него соскальзывала то рука, то нога, но ему все-таки удалось проникнуть в церковь. Он оказался в коридоре с двумя дверьми, где буквально минуту назад был Александр. Долго думать Мик не привык и просто подкинул монетку, чтобы она решила за него, какую же дверь ему открыть. Выпал орел, а это значит левая дверь. Он уже было потянул руку к ручке, но в последний момент передумал. Интуиция подсказывала ему, что монетка сделала неправильный выбор, и он развернулся к противоположной двери. Попытка открыть дверь не увенчалась успехом, тогда Мик достал из сумки, висящей у него через плечо, сверток с отмычками. Несколько секунд возни с неподатливым замком принесли свои плоды. Еле слышный щелчок сигнализировал об открытии замка. Мик аккуратно сложил инструменты обратно, открыл дверь и вошел в комнату аббата.

Прямо напротив входа в комнату стояла кровать, где крепким сном спал тот самый инквизитор. Луна в эту ночь светила ярко как никогда, благодаря чему он с легкостью смог разглядеть спящего в кровати — Северина Фрея. Его лицо навсегда отпечаталось в памяти Александра, именно он отдал приказ на сожжение его жены и сына. Именно он собственноручно забивал людей до смерти своей кожаной плетью. Вот и настала пора возмездия. Александр достал из-за пояса кинжал и стал медленно приближаться к изголовью кровати. Затем он замер, он просто стоял и смотрел на спящего инквизитора несколько минут. Он уже убивал ранее, но сейчас было все иначе. Человек, лежащий перед ним, был одним из многих виновных в смерти семьи Александра и всех жителей деревни. С каждой секундой его ненависть росла и в какой-то момент достигла своего пика. Левой рукой он зажал ему рот, а правой перерезал горло. Кровь начала хлестать из артерии, инквизитор чуть вздрогнул и через пару секунд испустил дух. Кровь все не переставала идти и залила белое постельное белье, окрасив все в красный.