Сергей Александрович Плотников – Ярл (страница 16)

Тем не менее, Ната не могла просто взять и перестать работать. То есть могла – вот как вчера я заставил её прекратить. Но в этом случае ей всё равно придётся сделать все запланированные зелья – только в более сжатые сроки, что ещё менее полезно для здоровья, чем регулярные кровопускания. Наверняка, что-то можно оптимизировать в процессе вливания Тьмы в субстрат – в конце концов, кровь вливается женой “на глазок”, без всякого дозирования. Вот только эксперименты – это дополнительный расход алой жидкости, который, отмечу, и так близок к пороговым значениям условного сохранения здоровья. Замкнутый круг, как он есть. И разомкнуть его я могу только уменьшив потребность деревни в “воде” и прочих препаратах. Всё ведь честно? Меньше надо – меньше делаем. Загвоздка только в том, как обеспечить это “меньше надо”.

Самое простое и первое, что приходит в голову – это медицинское обслуживание местных: сразу минус расход препаратов. Тут всё знакомо, и этим я займусь в ближайшее время. Проблема в том, что эти “лишние” препараты староста просто продаст Войску, и скажет мне “спасибо”... или даже не скажет. Ну а что – я ведь свой долг как бы выполнил, раз меня в ярлы записали, я тебе тоже как бы здешний, пусть и временный. Так что прежде, чем обращаться с предложением о снижении производства зелий мне нужно как-то уменьшить зависимость Ключей от внешних поставок – что общество воспримет на ура, разумеется. И вот тут есть варианты. Более того, Неясь сам оставил мне первую подсказку-задание – помочь с выращиванием зелени здешним женщинам.

Задание не пустяк “на отцепись”, между прочим – зелень это витамины, важная часть рациона, особенно для детей. Между прочим, витамины никакая магия Жизни не заменит – я могу многократно ускорить клеточные процессы, частично взяв на себя энергетические расходы организма, но из ниоткуда нужные для работы клеток вещества взять не могу. Так что всё по делу. Другой вопрос, что староста просто не представляет мои настоящие возможности по работе с растениями – а я могу заставить огороды Ключей выдать в десятки раз больше биомассы, чем сейчас. Что позволит, например, частично заменить те же каши и сильно разнообразить рацион.

Как прослуживший год на заставе могу сказать – разнообразие в еде это трындец как важно. Казалось бы пустяк – есть в вашей тарелке помидоры круглый год или только летом? Пустяк, как же. Возможность есть разные блюда в разные дни невероятно поднимает качество жизни, напрямую влияет на настроение, способно даже с депрессиями бороться! А я ведь зерно растить могу, и фрукты круглый год – это не говоря уже о лекарственных травах (ещё раз спасибо Колину за практику). Последнее тоже актуально – нефиг магию глотать, что светлую, что тёмную на каждый чих. И нужна мне, кроме моей Стихии, разумеется, для обеспечения всей этой красоты самая малость. Положительная, желательно градусов хотя бы пятнадцать – температура почвы. То есть отапливаемая теплица.

Ах, дядя Мартин и Сарочка – не так долго мы жили под одной крышей, меньше полугода, и неизменно я вспоминаю про вас с теплотой! Я ведь был тогда дурень дурнем – ничего не знал, с трудом разбирался в реалиях королевств, ещё и остался один, потеряв единственную безусловно верную спутницу. Нечаянно найти людей, без вопросов принявших в семью – это дорогого стоит. А уж по пользе эти несколько месяцев смело можно приравнять к моему короткому обучению в Нессарийском Университете. Мартин и его дети сделали всё, чтобы за кратчайшие сроки превратить провинциального барончика-попаданца в настоящего мага.

Именно они научили меня впитывать любые знания, вне зависимости от того, насколько они мне прямо сейчас нужны, научили, что “лишних” навыков не бывает. Например, я знаю,как нужно обустроить теплицу – на Земле ни за что не взялся бы за такой проект лично. Сейчас же… да, я не очень представляю конструктивные особенности отдельных элементов, но знаю, как они должны функционировать. А если что – поправим по ходу дела. Почему поправим? Ну не один же я буду корячиться, право слово. Если пятеро долбодятлов-залётчиков решили, что родное командование (меня) можно втёмную сделать мужем ведьмы и военным вождём – это они зря. Армия меня тоже очень многому научила. Я ведь уже разобрался, кто виноват? Настало время карать кого попало! А там и до награждения непричастных дойдёт...

Глава 4

— А может, не надо? – тихо и с какой-то безнадёжной интонацией изобразил голос разума Косточка, сжимая и разжимая пальцы на черенке лопаты.

— Конечно же надо! – уверенно возразил я ему. — Смотри, вон как Баюн горит энтузиазмом!

Если сержант чем-то и горел, то это явно был не энтузиазм. Однако и спорить со мной он явно не собирался. Сложно спорить с тем, кто тебя совсем недавно по кускам собирал назад. Вот кто был совершенно точно счастлив – так это баюновские детки! Горящие глаза, море позитива и предвкушения. Они, кстати, совершенно добровольно включились в процесс, притащив себе со склада дополнительные лопаты… и попутно собрав приятелей-погодок в количестве восьми штук. Из которых шестеро в свою очередь тоже помчались за инструментом. Ну как же, такая движуха – и мимо них? Том Сойер определённо пожал бы мне руку.

– Дёрн аккуратно снимайте, — хочешь сделать хорошо, сделай сам. Ну или хотя бы покажи остальным, как по-твоему правильно. — И откладывайте в сторону, он нам ещё пригодится. А потом начинайте копать, только аккуратно, не пробейте дымоход…

– Дядя Огонёк, да мы так уже сто раз делали, когда трубу чинили! — вмешался старшенький отпрыск разведчика. -- А дальше что?

– А дальше мы сделаем грядки слева и справа, вот так, – мой рисунок на гордое звание чертежа не тянул, зато я постарался сделать его максимально наглядным. Причём в первую очередь для себя, чтобы самому понимать, что хочу построить – и только потом, чтобы остальным это тоже было понятно. – А сверху соберём крышу из стекла, чтобы свет проникал, а тепло не уходило. И будет у нас огород – круглый год!

– Круто-о! – пока я объяснял одному, меня успела обступить остальная детвора. – И что, можно будет щавель есть зимой? Люблю щи!

– А я лук!

– Фу-у, лук! Вот укроп, да с картошечкой…

– Сначала картошку вырасти, мечтатель! Будут на тебя взрослые праздничное блюдо переводить.

– Возьму и выращу!

– Вот и не вырастишь!

– Давайте сначала зелень посадим, – мягко прервал я не самый конструктивный спор. – Если всё правильно с первого раза сделаем…

Я потянул паузу, пытаясь изобразить самый загадочный вид, но потом демонстративно “сломался” и “по секрету”, громким шёпотом сообщил детворе:

– Тогда покажу самую настоящую огородную магию!

– Ура!

– Сначала нам, это наш огород,– а вот и младшенькая сержанта подключилась.

– Нефига! Магия – для всех!

– Ты выкопай сначала хоть что-то, а потом “для всех”!

Несмотря на то, что спор и не думал затихать, работа пошла. Да так, что мои подчинённые по большому счёту остались не у дел: ребятня обоего пола буквально вгрызлась в землю с энтузиазмом кротов, оттеснив и рядовых, и хозяина дома. Наблюдавшая от открытой двери со скептическим видом супруга Баюна закатила глаза, потом покачала головой, и ушла в дом. Но молча.

– Ловко ты, командир, – Косточка, как самый массивный, вообще отошёл в сторону от размеченного на земле четырёхугольника, чтобы не зацепить случайно кого-нибудь. Фронт земляных работ прямо на глазах самыми ударными темпами превращался в прямоугольную яму. Кем-кем, а вот белоручками местные “цветы жизни” не были.

– Сам не ожидал такого… трудового энтузиазма, – тихо признался я ему.

– Дык зима же, время для чудовищ самое голодное, вот детей за частокол и не пускают, – пояснил мне снайпер. – Да и взрослые стараются не выходить, чтобы лишний раз не следить. Запах-то отбить полбеды, вот со снегу следы убрать, где сугробы не тают под ветвями – задачка. А некоторым пакостным тварям только потревоженного наста достаточно...

– Мне показалось, что и в деревне дел хватает, – пожалуй, такими темпами добровольные помощники часа за два с земляными работами справятся, если не быстрее. Дымоходы не так глубоко зарыты, их же, как мне тут уже сказали, обслуживать иногда надо, а для этого часто приходится вскрывать.

– Хватать-то хватает, да только однообразные они, дела эти, – вздохнул рядовой. – Твоя затея – как глоток свежего воздуха, командир. Ежли ещё сработает…

– Когда мои затеи – и не срабатывали? – хмыкнул я. – Вот что, зови наших. Пусть детки сами возятся с землёй, вон у них как хорошо получается. Займёмся сразу рамами и стеклом. Репей, помнится, хвастал, что он в этом деле хорош? Вот пусть и покажет…

* * *

Теплица – сложный инженерный объект. Инженер из меня… м-да, не стоит о грустном. С другой стороны, я хотя бы примерно представлял, что нужно построить – ещё раз спасибо дяде. И смог нарисовать то, что хочу построить – внезапно оказалось, что черчение в школе не было пустой тратой времени. Ещё, как ни странно, помогла работа над проектами уже в кресле ведущего менеджера: когда есть шанс продать два железнодорожных состава труб или полторы сотни кэмэ высоковольтного кабеля, волей-неволей появляется стимул научиться разбираться в линиях и пунктирах трёхмерной паутины CAD-овских чертежей. Разобраться же без понимания, пусть даже в самых общих чертах, зачем этот трубопровод идёт в эту сторону, а тот кабель-канал – в другую, тоже не выйдет… В общем, теплица получилась. В смысле, размеры односкатной, чуть наклонённой на юг крыши сошлись с размерами котлована, а доски со склада для частично заглублённых стен пришлось доносить только раз – совсем немного ошибся в расчётах объёма материалов.