Сергей Александров – Давыдов. Завещание магистра (страница 8)

Он выбрал второе.

— Рябов, — рявкнул он в селектор. — Поднимай группу. Выезжаем через двадцать минут. Объект — Красково, особняк бывшей спецдачи. Американцы будут там с минуты на минуту. Наша задача — встретить их и взять живыми. Полное снаряжение, оружие, приборы ночного видения. Работаем тихо, но если что — разрешаю огонь на поражение.

Через двадцать минут три неприметных автомобиля выехали с территории бывшего завода и направились в сторону Красково. Зорин сидел в головной машине рядом с Виктором и просматривал на планшете спутниковые снимки местности. Спецдача №14 — двухэтажный особняк, ныне частично разрушенный, но сохранивший подвальные помещения. Именно туда, по данным перехвата, направлялись люди Коллинза. Старая почта, о которой говорил Давыдов, находилась в трёхстах метрах восточнее, но её решено было оставить на утро — сначала нужно было нейтрализовать непосредственную угрозу.

Машины остановились в лесополосе в полукилометре от цели. Дальше двинулись пешком. Ночь была безлунной, и оперативники, облачённые в тёмную одежду и оснащённые приборами ночного видения, скользили между деревьями, как тени. Зорин распределил людей по периметру особняка и приказал ждать.

Ждать пришлось недолго. Около двух часов ночи к особняку подъехал тёмный внедорожник с погашенными фарами. Из него вышли трое — все в тёмном, с оружием и, судя по движениям, хорошо подготовленные. Они быстро проникли внутрь через разбитое окно первого этажа.

— Внимание, — прошептал Зорин в микрофон. — Работаем по плану. Берём живыми. Пошли.

Группа захвата ворвалась в особняк через несколько входов одновременно. Внутри раздались крики, выстрелы, грохот падающих тел. Бой был коротким и жестоким. Один из боевиков попытался уйти через подвал, но был встречен Виктором и после короткой рукопашной обезврежен. Второй отстреливался из пистолета с глушителем, пока не получил пулю в плечо. Третий, поняв, что уйти не удастся, попытался покончить с собой — выхватил из кармана ампулу с ядом и поднёс ко рту. Зорин, заметивший это движение, в два прыжка оказался рядом и сильным ударом выбил ампулу. Она отлетела в угол и разбилась о стену, оставив на обоях тёмное пятно.

— Живым, — процедил Зорин, заламывая американцу руки за спину. — Ты мне живым нужен.

Пленного усадили на пол, прислонив спиной к стене. Это был мужчина лет сорока, с короткой стрижкой и жёстким, ненавидящим взглядом. На одежде — никаких опознавательных знаков, в карманах — только пачка сигарет и зажигалка. Ни документов, ни телефона.

— Кто такой? — спросил Зорин, присев перед ним на корточки. — Кто послал? Коллинз? Виленс?

Американец молчал, сверля его глазами. Потом вдруг сделал резкое движение головой к воротнику куртки — явно пытался достать зубами что-то, спрятанное в шве. Зорин среагировал мгновенно: короткий, но сильный удар в челюсть. Голова пленного мотнулась, и из воротника выскользнула вторая ампула — крошечная, стеклянная, с мутноватой жидкостью внутри. Она упала на пол и покатилась, но не разбилась.

— Обыскать тщательно, — приказал Зорин. — Каждый шов, каждый карман. И в машину его. В управлении допросим.

Задержанного подняли и вывели. Зорин подобрал ампулу, аккуратно завернул в носовой платок и убрал в карман. Потом обвёл взглядом разгромленное помещение. На полу валялись гильзы, осколки стекла, обрывки каких-то бумаг. Обычный налёт на заброшенный объект, который не увенчался успехом.

— Чисто, — доложил Рябов. — Больше никого.

— Хорошо. Оставь здесь двоих для наблюдения. Остальные — в управление. Утром продолжим.

* * *

Сергей почти не спал — мысли о предстоящей поездке в Красково, о документах Реутова, о Соне не давали покоя. Ближе к пяти утра он выполз из комнаты основное помещение офиса. В переговорной его уже ждал Алмейда, который, казалось, вообще не нуждался во сне — португалец сидел за столом с чашкой кофе и изучал какие-то бумаги.

— Доброе утро, сеньор Давыдов, — приветствовал он. — Готовы к приключениям?

— Более-менее, — ответил Сергей, наливая себе кофе. — Зорин должен подъехать с минуты на минуту.

Зорин появился ровно в шесть. Вид у него был уставший, под глазами залегли тени, но двигался он энергично.

— План меняется, — с порога объявил он. — Ночью мы взяли группу Коллинза в особняке. Трое его людей: один убит, один ранен, третий пытался покончить с собой, но мы успели. Самого Коллинза среди них не было — он, видимо, координировал из Москвы. Но главное — они ничего не нашли. Особняк пуст, подвалы завалены. Архив не там.

— Значит, наш ход через почту — единственный, — заключил Алмейда.

— Именно. Поэтому едем туда прямо сейчас. С нами Виктор и двое оперативников. Вперёд.

* * *

Утреннее солнце только поднималось над горизонтом, когда два автомобиля — неприметный «Фольксваген» Зорина и микроавтобус с оперативниками — въехали в посёлок. Красково встретило их тишиной и запустением. Старые, ещё советской постройки дома чередовались с современными коттеджами, но на Почтовой улице время словно остановилось. Одноэтажное кирпичное здание с покосившейся вывеской «Почта» стояло в глубине заросшего двора. Окна заколочены досками, дверь опечатана, но печать давно сорвана, и створка висела на одной петле.

— Приехали, — сказал Виктор, глуша двигатель.

Они вышли из машины. Утренний воздух был свеж и прозрачен, пахло мокрой травой и старым кирпичом. Где-то вдалеке лаяла собака, и этот звук, такой обычный, деревенский, странно контрастировал с ощущением тревоги, которое висело в воздухе. Сергей поёжился — то ли от утренней прохлады, то ли от предчувствия.

Виктор ловко снял остатки двери с петель, и они вошли внутрь. Внутри царил хаос. Стены были увешаны пожелтевшими агитплакатами советских времён: «Слава труду!», «Вперёд, к победе коммунизма!», «Почта — связь времён и народов». На полу валялись кучи мусора, обрывки старых газет, сломанная мебель. Несколько комнат — бывший операционный зал, кабинет начальника, подсобка — были пусты и не содержали ничего интересного.

— Где здесь может быть печь? — спросил Сергей, оглядываясь. — В схеме Реутова сказано: «Люк за печью».

Они обыскали все помещения. Печь нашлась в дальней комнате — массивная, сложенная из старого кирпича, с чугунной дверцей. Но за ней была лишь глухая стена. Ни люка, ни намёка на подземный ход.

— Может, печь не та? — предположил Алмейда. — Или её перенесли?

— Или вход заложили, — мрачно сказал Зорин. — Смотрите, кладка здесь свежее, чем вокруг. Видите? Раствор другой.

Он указал на участок стены за печью. Действительно, несколько рядов кирпичей отличались по цвету и фактуре от остальных. Кто-то тщательно заложил проём, замаскировав его под основную кладку.

— Ломать? — спросил Виктор, доставая из рюкзака небольшой ломик.

— Ломай, — кивнул Зорин.

Виктор принялся за работу. Кирпичи поддавались с трудом — кладка была сделана на совесть. Но через полчаса в стене образовался пролом, за которым чернела пустота. Виктор посветил фонариком.

— Ход. Уходит вниз, ступени.

Они один за другим спустились в подземелье. Ход был узким, выложенным старым кирпичом, с низким сводом. Пахло сыростью, плесенью и чем-то ещё — сладковатым, тошнотворным запахом разложения. Пройдя метров двадцать, они упёрлись в массивную железную дверь. Замка на ней не было — только тяжёлый засов.

Виктор навалился на засов, и тот с протяжным скрежетом поддался. Дверь открылась.

За ней оказалось просторное помещение — примерно пять на шесть метров, с бетонными стенами и низким потолком. Вдоль стен стояли стеллажи, заставленные картонными коробками и папками. В углу — ржавый сейф с распахнутой дверцей. Пол был усыпан обрывками бумаг, мышиным помётом и мусором. Часть коробок развалилась от сырости, их содержимое превратилось в бесформенную массу.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.