Сергей Афанасьев – Звездный странник (1-2) (страница 25)
Сергей соединился с медпунктом. Со стажером ничего страшного не произошло, но для профилактики врачи решили проколоть его от столбняка — падая юноша порезался о старую ржавую арматуру.
Отключив видеофон он мельком посмотрел на часы — до конца рабочего дня оставалось еще целых двадцать минут. А завтра — Новый Год. Праздник для него вообще-то грустный — потому что семейный. А когда у тебя никого нет из близких людей, то ты обречен на тоскливое одиночество. Хотя в прошлом году у него была попытка провести этот праздник вдвоем, но от этого остались одни неприятные воспоминания. И скорее всего придется выпить с хозяевами по стаканчику, посмотреть телевизор и спать. Хотя нет, спохватился он, с хозяевами как раз и нельзя — шеф запретил. Интересно — почему? Впрочем, что тут непонятного. Их дочка — фигура сейчас значительная, наверняка под сильной охраной и наблюдением — как своих, так и противников. А значит, стоит мне засветиться, как тут же попаду в черные списки со всякими бесконечными проверками и перепроверками. Начнут лезть к нашему отделу — а не ведете ли вы господа хорошие какую-нибудь игру против нашего главного министра? А если нет, то тогда что делает ваш человек в этом окружение? Ах, простое совпадение?! Не смешите! Кто же в это поверит? И т. д., и т. д… Работа у них такая. Да и мы ведем себя точно так же. Впрочем, что это я? Черт с ней, с этой работой.
В зале никого не было — пустынно и тихо. Народ скорее всего разбрелся по этажам. Хотя вход в помещения других отделов был запрещен, но на самом деле, когда много лет работаешь с кем-то под одной крышей, и к тому же и вне работы имеешь общие интересы, то почему бы и не зайти (и не пропустить)? На носу всетаки такой праздник, и сейчас, естественно, фактически никто не работает, слоняются без дела в нетерпении ожидая восемнадцати часов, когда с веселым шумом начнут освобождаться и сдвигаться столы и из сумок и многочисленных пакетов извлекутся всевозможные яства, закуски и напитки.
Сергей прошел между пустующими столами, поправил редкие праздничные украшения, поднял отвалившуюся бумажную снежинку, приклеил ее на стекло кусочком воскового пластилина. И в этот момент легкий подозрительный шум из аппаратной привлек его внимание. В углу тесной комнаты, разложив на белой крышке ксерокса вяленную рыбу, Густав с Закиром неторопливо потягивали пиво, ведя при этом светскую беседу.
— Самое лучшее пиво — это светлое троечка. Остальные, типа «Черный принц», «Юбилейное» или та же девяточка — это уже на любителя, особенно темные сорта… Все-таки не каждый их может пить. А троечка универсальна — она для всех. А особенно она хороша с похмелья…
— Это точно, — подтвердил немногословный Густав. — Но тут, кстати, и однерочка идет.
— Н-е-ет, — Закир отрицательно помотал в воздухе рыбьим хвостиком. — Однерочка… она как-то ближе к воде… А у нас возле дома точка одна была… Пиво разливное классное поначалу варили, тем более что без консервантов. А потом они стали туда димедрол забодяживать. Канистру выпил — и отьехал.
— Да, — неопределенно согласился Густав пиная незаметно своего собеседника под столом.
— Шеф, присоединяйтесь, — предложил как ни в чем не бывало Закир, оборачиваясь и неуклюже подвигаясь вместе со стулом. — Густав классную рыбеху принес. Не смогли удержаться.
— Ну а как же проводы Старого года? — улыбнулся Сергей, беря свободный стул и присаживаясь рядом. — Или вы на этот раз обойдетесь без водки?
— Пиво без водки, деньги на ветер, — усмехнулся Закир. — Я шучу, добавил он поспешно. — Просто, какие проводы без водки? Так, смех один. Год был вроде не очень плох, зачем же нам его обижать? А пиво это все-таки ритуал, это для удовольствия. Кстати, и новичков надо бы обмыть, тем более что состоялось их первое крещение… Густав, я что-то не вижу стаканов. Или вы из горла? Нет? И правильно. Сейчас сбегаю.
Закир, быстро допив свое пиво, выскользнул из тесной и плохо освещенной комнаты, оставив их вдвоем.
— Не понимаю я нынешней моды пить пиво из бутылки, — неторопливо произнес Густав, подавая Сергею листок бумаги под рыбу. — Никакого удовольствия. То ли дело прозрачный стакан — во-первых, жидкость видна как на ладони, а, значит, удовольствие получаешь не только через вкусовые ощущения, но и через органы зрения. Во-вторых, пена… Это такое наслаждение, опустить губы в пену…
— Ба, наши мужчины уже пьют! — притворно возмутилась вошедшая Алла ведя за собой Лану. — И без нас. Фу, как некрасиво.
Девушки были слегка разгоряченные — видно уже где-то у соседей пропустили по стаканчику, а возможно, и не по одному.
Алла небрежно взяла из рук Густава очищенный от шкурки и чешуи кусочек рыбьей спинки.
— Рыба — это моя слабость, — сказала она, скинув ноготком парочку прилипших чешуинок.
— Ну вот… налетели… из рук все выхватывают, — проворчал Густав, оглядывая оставшиеся на импровизированном столе одни очистки.
Сергей с сомнением повертел в руках свой еще не начатый и протянул его Лане. Она, помедлив, взяла.
— Обожаю, — произнесла Алла, с наслаждением вгрызаясь ослепительными белыми зубами в еще не успевший как следует подсохнуть кусочек горбуши.
— Да у нас еще есть, — проговорил Густав, доставая из пакета оставшуюся половину рыбехи.
— Хорошо, тогда мне хвостик, если можно, — тихо сказала Лана, возвращая назад свою дольку.
— Я так и думал, — сказал ворчливо Густав. — Самое сухое обязательно заберут.
Если бы я был без ума от девушки, подумалось Сергею, и она бы подала мне собственными руками очищенный кусочек рыбы, я бы обязательно его сьел, и не стал бы возвращать. Впрочем, у женщин своя логика. Или я слишком многого хочу?.. Но и все же…
Открыв плечом дверь аппаратной вернулся Закир.
— О! Кто к нам пришел! — воскликнул он, выставляя стаканы на крышку прибора и приобнимая Аллу за талию.
Алла не обратила на него никакого внимания.
— Ты смотри! — удивленно повернулся он к Густаву. — Ни тебя ни меня не замечает. Одной рыбой увлечена. Как это называется по-научному? Не помнишь? Не рыбофобия случайно?
— Может, фишеромания? — улыбнулась Алла.
— Нет, — отрицательно и решительно покачал головой Закир, присев на стул и садя себе Аллу на колени. — Звучало как-то иначе.
— Зоофилия, — меланхолично сказал Густав, старательно обсасывая ребрышки.
И девушка, согнувшись, подавилась от смеха, расплескав пиво по прибору.
Пиво еще не успело кончиться когда пробило шесть часов, и Алла радостно и энергично потащила за собой девчонок в зал, чтобы подготовить все к неофициальному празднику.
— Ну что, проводим старый год, что ли? — потирая руки, весело заметил Закир, выкинув рыбьи остатки в мусорную корзину и доставая из одежного шкафа подозрительно звенящие пакеты.
Девушки в зале быстро освободили столы, убрав с них все лишнее в шкафы.
Мужчины весело сдвинули их в два ряда — чтобы было шире. И дальше все пошло как обычно — кто-то расстилал на столы уже ненужные листки бумаги, которые специально приберегали для таких случаев, не отправляя их на уничтожение, кто-то выставлял банки с домашними солениями, а кто-то резал салаты…
В число последних попал и Сергей. Он резал черный хлеб и подавал их стоявшей рядом Лане, которая так же молча неловкими движениями накладывала на них шпроты по штучке, поливая все это сверху майонезом…
— Лана, вы где учились? — спросил Густав, открывая следующую консервную банку.
— Да я уже спрашивала у нее, — сказала Ники, перебив готовую уже отвечать и уже начавшую поэтому вежливо улыбаться Лану.
— То ты… — протянул Густав. — А я то не знаю… — И он снова повернулся к новенькой.
— Я окончила курсы журналистики… — охотно начала девушка, и пока она говорила, все также беря из рук Сергея кусочки хлеба, он думал, что неплохо было бы постараться сесть с ней рядом за столом… И он уже начал прикидывать, как бы это покорректнее сделать, но тут Алла забрала девушку на чистку вареной картошки для салата с крабовыми палочками, а потом, когда рассаживались, она так и осталась на той дальней половинке.
— Я предлагаю начать, — сказал Закир, взяв в руки литровую бутылку водки и сворачивая с нее крышечку, когда предварительная часть приготовления была закончена. — Лана, вам что? — повернулся он к девушке. — Остальным то я знаю что наливать…
— Ей тоже водки, — зашумела Алла, взяв рюмку Ланы и протягивая ее Закиру. — Старый год провожают только водкой…
— Водка так водка, — неуверенно согласилась Лана, скромно улыбаясь. — Не будем отрываться от коллектива.
Закир ловко, даже можно сказать — профессионально, разлил водку по расставленным на столах рюмкам, вызвав восторг у девушек.
— Шеф, вам слово, — сказал он, поклонившись девушкам на их радостные возгласы и скромно присев, придерживая на весу свою рюмку.
Сергей встал.
— Выпьем за то радостное, что было с нами в уходящем году, и забудем все плохое…
Встали, громко чекнулись друг с другом. Молча выпили…
— Ну что? Процесс пошел? — произнес Закир, ставя свою рюмку и выглядывая на столе, чтобы взять из закуски…
Сергей, закусив крабовыми палочками, украдкой посмотрел в сторону Ланы, как она там? И она тут же отвела свой взгляд, принявшись усердно накладывать себе в одноразовую тарелку зимний салат. И Сергею стало вдруг приятно…
— По второй? — вопросительно привстал Закир. — Закуска градус крадет…